Амсдам — негласная столица Республики. Самый большой город на восточном побережье, взбалмошный и суетный, как и положено столице. Сегодня он предложит тебе все удовольствия, от крепчайшего медландского пойла в задней комнате респектабельной кофейни, до щепотки кейна на ноготке смешливой флаппи, ищущей ночных приключений под звуки орочьего джайва. А завтра… Кто знает, что будет завтра? Этот город во мгновение ока творит богачей и звёзд, и с равной лёгкостью превращает их в нищих. Здесь путь от полуподпольного театра на окраине Хооглана до подмостков Гидеон-хаала, может быть короток, как вспышка фотокамеры ушлого журналиста, а переселение из пентхауса на Четвёртой аллее в ночлежки Дортлана, плавным и незаметным, как закат солнца. Здесь в один момент можно подняться над толпой, сорвав куш на бирже, а повернув за угол Гротмуур страат, оказаться случайной жертвой очередной разборки между Семьями, не поделившими доход с подпольной винной лавки. Это Амсдам — Город Дождей.

Амсдам – негласная столица Республики. Самый большой город на восточном побережье, взбалмошный и суетный, как и положено столице. Сегодня он предложит тебе все удовольствия, от крепчайшего медландского пойла в задней комнате респектабельной кофейни до щепотки кейна на ноготке смешливой флаппи, ищущей ночных приключений под звуки орочьего джайва. А завтра… Кто знает, что будет завтра? Этот город в мгновение ока творит богачей и звёзд и с равной лёгкостью превращает их в нищих. Здесь путь от полуподпольного театра на окраине Хооглана до подмостков Гидеон-хаала может быть короток, как вспышка фотокамеры ушлого журналиста, а переселение из пентхауса на Четвёртой аллее в ночлежки Дортлана – плавным и незаметным, как закат солнца. Здесь в один момент можно подняться над толпой, сорвав куш на бирже, а повернув за угол Гротмуур-страат, оказаться случайной жертвой очередной разборки между Семьями, не поделившими доход с подпольной винной лавки. Это Амсдам – Город Дождей.

Спокойствие... Это слово, кажется, начисто отсутствует в словаре бывшего офицера, не менее бывшего детектива и почти настоящего князя Виталия Родионовича Старицкого. Уважаемый директор серьезного учебного заведения, заводчик и титулованный дворянин… Судьба щедро одаривает его приключениями и вовсе не желает признать, что всякого рода авантюры попросту не приличествуют человеку его статуса. Но может, избавившись от груза обязанностей, непременно сопутствующих достигнутому положению, Виталий Родионович сможет отдохнуть от незавидной роли игрушки Рока?

Говорят, жить надо так, чтобы после смерти боги предложили тебе повторить. Если так, то это определенно был тот самый случай. Случай и воля древнего божества, занесшего бывшего военного инструктора в тело четырнадцатилетнего подростка с советом-наказом продолжать «учительствовать». Вот только где найти время на столь благородное дело, когда вокруг закручиваются какие-то непонятные, но явственно попахивающие опасностью интриги. Нежданно обретенная родня так и норовит подкинуть неприятностей, а то и просто спалить к чертям, пользуясь Даром и фамильной склонностью к Пламени, а давно сгинувшие родители его «нового» тела даже после смерти умудряются подкидывать сюрпризы.

Шаг за Грань не всегда уводит в забвенье. В этом прирождённый учитель и отставной военный инструктор по прозвищу Росомаха убедился на собственном опыте… и надо сказать, весьма обрадовался такому повороту. Неудивительно! Волей древнего божества этот шаг привёл его к новой жизни в ином странном, удивительном мире и другом теле, молодом и пышущем здоровьем. Пожалуй, даже слишком молодом. Впрочем, дарёному коню в зубы не смотрят, да и четырнадцать лет, как оказалось, не самый неудачный возраст. Ещё бы было поменьше проблем с новыми родственниками… Как бы то ни было, переиграть уже ничего нельзя, а значит, Росомахе придётся приложить все усилия, чтобы доказать свою силу, выжить в круговерти боярских интриг и при этом постараться не забыть о своём призвании учителя, как и наказал старый сереброусый бог, забросивший его в этот мир.

Когда дела, идут не по плану, Кириллу приходиться пойти по стопам колобка. Но большие игроки почему-то не подумали, что и у колобка могут быть острые зубы.

Говорят, жить надо так, чтобы после смерти боги предложили тебе повторить. Если так, то это определенно был тот самый случай. Случай и воля древнего божества, занесшего бывшего военного инструктора в тело четырнадцатилетнего подростка с советом-наказом продолжать «учительствовать». Вот только где найти время на столь благородное дело, когда вокруг закручиваются какие-то непонятные, но явственно попахивающие опасностью интриги. Нежданно обретенная родня так и норовит подкинуть неприятностей, а то и просто спалить к чертям, пользуясь Даром и фамильной склонностью к Пламени, а давно сгинувшие родители его «нового» тела даже после смерти умудряются подкидывать сюрпризы.

Правильно говорят: свобода не избавляет от проблем. Вот и юному Кириллу Николаеву, избавившемуся наконец от навязчивой опеки родни, пришлось убедиться в этом на собственном опыте. Не успел он вдохнуть пьянящий воздух свободы, как навалились неприятности, от которых до недавнего времени его избавлял статус несовершеннолетнего боярича. Сплетается вокруг невидимая, но ощутимая паутина чьих-то интриг, с интересом поглядывают в сторону юного эмансипированного мещанина бояре и Преображенский приказ, вьются вокруг представители малоизвестного, но очень влиятельного клуба эфирников, прибавляется количество учеников… а интуиция так и воет, предупреждая о приближающейся опасности.

Говорят, жить надо так, чтобы после смерти боги предложили тебе повторить. Если так, то это определенно был тот самый случай. Случай и воля древнего божества, занесшего бывшего военного инструктора в тело четырнадцатилетнего подростка с советом-наказом продолжать «учительствовать». Вот только где найти время на столь благородное дело, когда вокруг закручиваются какие-то непонятные, но явственно попахивающие опасностью интриги. Нежданно обретенная родня так и норовит подкинуть неприятностей, а то и просто спалить к чертям, пользуясь Даром и фамильной склонностью к Пламени, а давно сгинувшие родители его «нового» тела даже после смерти умудряются подкидывать сюрпризы.

Снова попаданец, снова в Хольмград, но позже. Сильно позже. Век двадцать первый... прошу прощения, семьдесят пятый по местному летоисчислению.

Снова попаданец, снова в Хольмград, но позже. Сильно позже. Век двадцать первый... прошу прощения, семьдесят пятый по местному летоисчислению.

Плывут в небесах гигантские дирижабли-«киты», скользят от одного парящего города к другому, свысока взирая на происходящее далеко внизу. Хищные «акулы» пиратов сбиваются в стаи и нападают на земные города. Воюют государства, и концерны стремятся прибрать крошки, падающие с их стола. А в маленьком венедском городке Меллинг живет одинокий мальчишка по имени Рик Чернов… Живет? Выживает на огромной свалке дирижаблей, так называемом китовом кладбище. И спасают его лишь упорство и знания, принесенные из прошлой жизни, короткой, но насыщенной и совсем несчастливой. Но именно эти воспоминания и делают его сильнее, питая волю к жизни, мечту о полете и… мести. Мести уже за второе искореженное чужой волей детство и родителей, сгинувших в огне взрыва во время нападения пиратов на мирный тихий городок. И пусть мечты пока далеки от воплощения – когда-нибудь он непременно добьется своего и поднимет в воздух самый лучший дирижабль на планете, от которого не сможет удрать ни один пират. Это Рик знает точно.СИ 11.02.16. Черновик.

Вот такая, понимаешь, загогулина… Автора не пинать, он бредит как умеет:) И вообще, дирижабли — это круто, вот!

Вот такая, понимаешь, загогулина… Автора не пинать, он бредит как умеет:) И вообще, дирижабли – это круто, вот!

Самое страшное проклятие у китайцев: «Чтоб ты жил в эпоху перемен!» Если так, то Кирилла Николаева явно проклял весь китайский народ. Не успел мещанин Николаев выкрутиться из неприятностей с клубом эфирников и отвести от себя угрозу со стороны бывших родственников, как навалились новые неприятности. Мятеж в столице недавно спокойного Русского государства подхватывает людей, словно ураган листья, и несет их сквозь дым и пожары к грандиозной катастрофе. Грохочут по древней брусчатке гусеницы бронемашин, гремят в ночи взрывы и горят дома. Владетельные и служилые бояре увлеченно режут друг друга, не гнушаясь ничем, привлекая на свою сторону европейских наемников и бросая в атаку собственные дружины. И среди всего этого сумасшествия Кирилл крутится как белка в колесе, пытаясь защитить своих близких и не влезть при этом в разборки меж боярами и государем.

Этот мир велик и тесен, он жесток к слабым и милостив к сильным. В нём путь от боярича-изгнанника до опричника и гранда может занять год, а от раба до свободного человека всего пару лет... Если есть воля и хватает терпения. Сыну контрактной девки, Вячеславу Стрелкову, рабу живущему в Свободных Балканских территориях, воли не занимать, да и терпеть он умеет. Единственное слабое место Вячка - его сестра. Единственный близкий человек, его семья, покушений на которую он не потерпит. Но много ли может обычный раб-контрактник с покалеченным даром?

Мир, удивительно похожий на земной. Во многом похожий, но разительно отличающийся несколькими контрастными чертами. Например, в нем правит магия и существует рабство, в которое можно попасть еще ребенком, а заработать свободу ох как непросто. Вячеславу Стрелкову, рабу и сыну рабыни, обладающему покалеченным, запечатанным внутри него Даром стихийника, очень хочется обрести свободу: и для себя, и для младшей сестренки, тоже рабыни с детства. Но для этого парню придется пройти через такое… от чего в его шестнадцать лет и поседеть можно вмиг.

Мир, удивительно похожий на земной. Во многом похожий, но разительно отличающийся несколькими контрастными чертами. Например, в нем правит магия и существует рабство, в которое можно попасть еще ребенком, а заработать свободу ох как непросто. Вячеславу Стрелкову, рабу и сыну рабыни, обладающему покалеченным, запечатанным внутри него Даром стихийника, очень хочется обрести свободу: и для себя, и для младшей сестренки, тоже рабыни с детства. Но для этого парню придется пройти через такое… от чего в его шестнадцать лет и поседеть можно вмиг.

Быть изгнанным незавидная судьба. Даже если изгнание всего лишь формальность. Но вот боль потерь поугасла, обучение в подземном городе предков окончено, и впереди маячит новая цель – впервые за долгое время собственная, а не навязанная властолюбивыми риссами или интриганами-хоргами, но в далекой империи Хань император привечает послов Порядка и Хаоса. И за всем этим мелькают тени эйре… Казалось бы, какое дело до всей этой чехарды молодому сумеречному дракону? Но деваться некуда, и, если нельзя свернуть, то сумеречный дракон пойдет напролом. И в Бездну дипломатию!

Здесь летающие машины соседствуют с магическими артефактами, волхвы полемизируют с церковью, а в университетах, на кафедрах философии и естествознания изучают теорию ментального манипулирования. Мобильные телефоны похожи на волшебные зеркала, наговоры рассчитываются на компьютерах, а в небе состязаются дирижабли и реактивные самолёты-«скаты». С момента появления в Хольмграде некоего Виталия Родионовича Старицкого, прошло семьдесят лет. Изрядно потревоженный неугомонным князем, мир успокоился и расслабился. Зря. Ведь если калитку можно открыть один раз, что помешает сделать это снова?