В настоящем томе представлены два романа Эмиля Золя (1840–1902): «Тереза Ракен» и «Жерминаль».

Первый из них — это первый шаг большого писателя на пути литературного новаторства; второй — вершина его творчества и общепризнанный его шедевр.

Вступительная статья С. Брахман.

Примечания В. Балашова и С. Емельяникова.

Иллюстрации Г. Филипповского.

В двенадцатый том Собрания сочинений Эмиля Золя (1840–1902) вошел роман «Земля» из серии «Ругон-Маккары».

Под общей редакцией И. Анисимова, Д. Обломиевского, А. Пузикова.

Эмиль Золя – один из столпов мировой реалистической литературы, основоположник и теоретик натурализма, увлеченный исследователь повседневности, страстный правозащитник и публицист, повлиявший на все реалистическое направление литературы XX века и прежде всего на школу «новой журналистики»: Трумена Капоте, Тома Вулфа, Нормана Мейлера. Его самый известный труд – эпохальный двадцатитомный цикл «Ругон-Маккары», раскрывающий перед читателем бесконечную панораму человеческих пороков и добродетелей в декорациях Второй империи. Это подлинная энциклопедия жизни Парижа и французской провинции на примере нескольких поколений одной семьи, родившей самые странные плоды. В настоящее иллюстрированное издание вошли романы, занимающие, согласно предписанному автором порядку чтения, одиннадцатое и двенадцатое место в цикле.

«Чрево Парижа» – один из самых знаменитых романов цикла. Написанный в 1873 году и в том же году изданный в России, роман фактически положил начало популярности Эмиля Золя у русского читателя. Громадный Центральный рынок, Чрево Парижа, раскинувшийся посреди французской столицы, источник и символ сытости и довольства – главных добродетелей Второй империи, с подозрением относящейся к голодным идеалистам…

Для юной Полины Кеню, героини одного из главных шедевров натурализма – романа «Радость жизни» (1884), расставание с Центральным рынком ознаменовало окончание безмятежного детства под кровом преуспевающих родителей. Полине досталось немалое состояние, но вместе с ним это доброе дитя не унаследовало ни житейской хватки, ни практичности своих предков Маккаров…