Советская власть, нагромождая нелепые цензурные запреты, ограничивая в правах по национальному признаку, подозревая в каждом слове и в каждой ноте покушение на свой авторитет, сама тем самым делала из многих представителей творческих профессий инакомыслящих. Неприятие тотального контроля, запретов и притеснений, поиски свободы самовыражения подтолкнули героев этой книги к непростому решению — эмиграции. Отсюда и название книги, ведь слово «диссидент» в переводе с латыни значит «несогласный».Эта книга о тех советских артистах, которые, оказавшись на Западе, остались верны эстрадному жанру, а не запели, как некоторые их коллеги, песни «за Одессу-маму». Однако, несмотря на то что их репертуар остался нейтральным и не содержал никакой антисоветской направленности, сам факт эмиграции превращал их в глазах советских властей во врагов, предателей и отщепенцев. О том, как складывалась жизнь вчерашних кумиров на Западе, рассказывает эта книга.

С момента изобретения звукового кино на советском экране вольготно чувствовали себя песни, официально запрещенные к исполнению с эстрады: блатные, одесские, белогвардейские, уличные, эмигрантские…Часто наблюдался парадокс: «запрещенные» песни сочиняли признанные поэты и композиторы, а исполняли народные артисты.Знаете ли вы, что один из всем известных «блатных» шлягеров сочинил Евгений Евтушенко, а есенинское «Письмо матери» прозвучало в картине Шукшина «Калина красная» благодаря личной просьбе Л. И. Брежнева?Интеллигенция пела «блатные песни» не только с советского экрана, но и вне его. Магнитные ленты с записями городских романсов в исполнении актеров Евгения Урбанского и Николая Рыбникова, спортивного комментатора Виктора Набутова, корреспондента Анатолия Аграновского пользовались большим успехом в богемной среде. А многие образцы якобы «уличного» фольклора были сложены ради шутки знаменитыми сценаристами, учеными или художниками.О том, как, когда и почему «антисоветские» песни звучали с советского экрана, об истории создания многих хитов, о судьбах их авторов и даже о том, кто же все-таки мог написать «Мурку», читайте в новой книге серии «Русские шансонье»!