Мигранты — это армия вторжения. Ее авангард. Они едут сюда не перевариваться — отнюдь! — они едут сюда переваривать Европу. Желудочный сок уже впрыснут в обреченное тело.

«…Вот же окопались сценаристы в кино – гранатометом не вышибешь, насмерть держат рубеж у заветного пирога.– Да? Напиши хороший сценарий. И посмотри, как от него в кино ничего не останется: режиссер гений, актеры гении, сценарист дурак, пшел вон, болван, не путайся под ногами.– Да я бы им под холодную закуску левой ногой такое заворачивал за полгонорара – никакой постановкой не угробить, за счет голого сюжета и раскладки ситуаций фильм бы на ура держался. Народу простого кина охота, чтоб дух захватывало, и похохотать, и слезку вытереть.– А-а! Так что ж ты тут сидишь? Давай, заворачивай.– Да элементарно! Сейчас я тебе кинуху расскажу – финиш. Еще все будет перед глазами стоять, покажется потом, что ты это точно в кино видел!– Ну-ну. Гомер из Конотопа. Представляю себе эту развесистую клюкву.– Слушай внимательнее и тогда представляй. Сейчас…»

Все знают, что она есть, и никто не знает, что это такое. Или еще: все знают, что это такое, но никто не знает, как это сказать. Хотя практики-эмпирики, профессиональные соблазнители и многоженцы по этим путям ходят, как по тротуару возле собственного дома. Зная все повороты наизусть.Удивительные вещи происходили вечно по причине ея.Чем сильнее любовь – тем больше наломано дров. Вечно какие-то препятствия, вечно какие-то страдания, и чем трагичнее страдания – тем более прекрасные и проникновенные песни слагают поэты.«Жестока, как ад, ревность», – пожаловался Соломон, и через некоторое время Отелло задушил Дездемону, Хозе зарезал Кармен, а Российский уголовный кодекс признал ревность смягчающим обстоятельством.

Все знают, что она есть, и никто не знает, что это такое. Или еще: все знают, что это такое, но никто не знает, как это сказать. Хотя практики-эмпирики, профессиональные соблазнители и многоженцы по этим путям ходят, как по тротуару возле собственного дома. Зная все повороты наизусть.Удивительные вещи происходили вечно по причине ея.Чем сильнее любовь – тем больше наломано дров. Вечно какие-то препятствия, вечно какие-то страдания, и чем трагичнее страдания – тем более прекрасные и проникновенные песни слагают поэты.«Жестока, как ад, ревность», – пожаловался Соломон, и через некоторое время Отелло задушил Дездемону, Хозе зарезал Кармен, а Российский уголовный кодекс признал ревность смягчающим обстоятельством.Содержание сборника:Она«Чуча-муча, пегий ослик! —»Любит – не любитНебо над головойКолечкоОсуждениеРазбиватель сердецМимоходомО нейЛюбовьРевностьСтраданиеСексМужчина и женщинаНесовпадение вершинДон-Жуан

«– Пригласили в телевизор. Престижное ток-шоу. Интеллектуалы дискутируют: почему приблатненный жаргон пустил корни глубже пырея и звучит от Госдумы до книг современных классиков. Вылили море глупостей: в тюрьме много народу сидит, многие сферы жизни криминализированы, воры тон задают и т. д. Не сказал и ваш покорный слуга ничего умного…»

«Еще раз повторим: упадок страны, народа, государства начинается не с падения экономики, или политического фиаско, или военного поражения. Землетрясения еще нет – но неуловимые колебания заставляют насторожиться животных. Держава еще могуча – но подспудные процессы уже вылезают наружу, являя себя через вещи, в которых можно различить начавшееся падение…»

«Владимир Викторович Колесов, лингвист, профессор, доктор филологии, заведующий кафедрой русского языка филфака Санкт-Петербургского университета, монографии, переводы, почетные дипломы и степени; акцентолог. Учитывая вес и традицию петроградской-ленинградской русской лингвистической школы – пожалуй что русист-акцентолог Петербурга номер раз и, с учетом совокупности факторов, России и мира. Из Петроградской кафедры вышла вся русская лингвистика…»

Новая книга Михаила Веллера — ироничная по форме и скандальная по существу — о том, почему классика уродует сознание интеллигенции, как пили шампанское герои золотого периода советской культуры, где найти правду о войне и кто такой великий русский поэт Владимир Высоцкий.

В новую книгу Михаила Веллера входит как издававшийся ранее «русский Мартин Иден» — роман о советском писателе «Мое дело», ставший внутрилитературным бестселлером, так и впервые публикующиеся произведения.

Повесть «Смотрите, кто ушел» рассказывает о громкой славе первого советского «шестидесятника», кумира того поколения Анатолия Гладилина.

Уникальный обзор мировой литературы — чем отличается написание шедевра от успеха и признания писателя — завершает сборник.

Новый роман Михаила Веллера — «метароман», как определил жанр автор, огромен по охвату тем и многообразен по литературным приемам. В нем сочетаются триллер и гиперреализм, антиутопия и философская пародия, жестокий юмор и пафос. Предстающий со страниц завтрашний день дает решения всех главных сегодняшних проблем неожиданным и беспощадным образом. Книга восхитит одних, возмутит других, призовет к действию третьих.

«– Любовь моя, осень, – изрекаю я. – Когда приходит знание и покой, весна раздражает, пора беспокойства, и я жду сентября.– Ста-ре-ешь, – улыбается Анна…»

«…Поистине наша Родина достойна удивления. На самом деле Россия достойна много большего и лучшего, чем простое удивление. Но, во-первых, с много большим и лучшим у нас всегда напряженка. У нас без проблем только с много меньшим и худшим. Во-вторых, это не простое удивление. Это шок, когда гипноз плавно переходит в наркоз. Это столбняк. Там, где европеец изящно удивляется, русский получает веслом по голове. Причем ему же суют потом счет за лечение, нарушение правил и оскорбление приличий. Родине нужны герои, а рожает воров и сволочей. Итак, мы заговорили о правительстве, как вы, наверное, уже догадались. Кстати иностранцы отмечают, что у нас меньше ожиревших, чем на Западе. Злоба отбивает аппетит и активизирует обмен веществ. Дорогие. Сограждане. Потерпите. Пройдет всего несколько лет. И каких только собак не навешает на сегодняшнего президента и сегодняшнее правительство! Зная благородство и благодарность народа, в эпитетах не приходится сомневаться…»