Метаполитика
Зависят ли исторические события от индивидуальных усилий микроклетки социума — отдельного человека? И если зависят, то как? Как народы устраивают свою политическую жизнь и заслуживают ли они свои правительства? Что развязывает войну? Автор умеет вышелушивать из разных эпох сутевые факты, находить внутреннее единство, что возбуждает читательский интерес. Как писал его друг, поэт, лауреат Нобелевской премии Иосиф Бродский, проза Игоря Ефимова — «в русле, великой традиции русской философской прозы».Известный ленинградский прозаик Игорь Ефимов написал эту книгу еще в России, не надеясь на публикацию. Она вышла в США в 1978 году под псевдонимом Андрей Московит, а вскоре после этого вынужден был эмигрировать и ее автор. Теперь, когда покончено с государственной монополией на идеологию, актуальность иных, немарксистских, взглядов на ход истории человечества неизмеримо возрастает. В СССР данная книги выходит впервые. Рассчитана на широкий круг читателей.
|
Метаполитика
Зависят ли исторические события от индивидуальных усилий микроклетки социума — отдельного человека? И если зависят, то как? Как народы устраивают свою политическую жизнь и заслуживают ли они свои правительства? Что развязывает войну? Автор умеет вышелушивать из разных эпох сутевые факты, находить внутреннее единство, что возбуждает читательский интерес. Как писал его друг, поэт, лауреат Нобелевской премии Иосиф Бродский, проза Игоря Ефимова — «в русле, великой традиции русской философской прозы».Известный ленинградский прозаик Игорь Ефимов написал эту книгу еще в России, не надеясь на публикацию. Она вышла в США в 1978 году под псевдонимом Андрей Московит, а вскоре после этого вынужден был эмигрировать и ее автор. Теперь, когда покончено с государственной монополией на идеологию, актуальность иных, немарксистских, взглядов на ход истории человечества неизмеримо возрастает. В СССР данная книги выходит впервые. Рассчитана на широкий круг читателей.
|
Неверная
Умение Игоря Ефимова сплетать лиризм и философичность повествования с напряженным сюжетом (читатели помнят такие его книги, как «Седьмая жена», «Суд да дело», «Новгородский толмач», «Пелагий Британец», «Архивы Страшного суда») проявилось в романе «Неверная» с новой силой.Героиня этого романа с юных лет не способна сохранять верность в любви. Когда очередная влюбленность втягивает ее в неразрешимую драму, только преданно любящий друг находит способ спасти героиню от смертельной опасности.
|
Невеста императора
На страницах романа Игоря Ефимова (автора книг «Седьмая жена», «Неверная», «Суд да дело», «Архивы Страшного суда» и др.) «Невеста императора» оживают события и лица, которые относятся к периоду заката Римской империи, с его кровавой борьбой за власть, изменой и предательством, предвещающими гибель большого государства. Скрупулезно воссоздавая историческую канву этого переломного времени, автор делает акцент на духовных исканиях эпохи и помещает в центр действия фигуру хрониста Альбина Паулинуса, по крупицам собирающего материалы о своем учителе и наставнике — христианском монахе и мыслителе Пелагии Британце, чьи проповеди были объявлены ересью и подверглись церковному запрету. Наряду с философскими спорами об инакомыслии, толковании Библии, роли Церкви, возможности человека самостоятельно выбирать собственную судьбу в романе развивается лирическая линия прекрасной гречанки Афепаис, былой возлюбленной Альбия Паулинуса, которая в финале становится повелительницей Восточной Римской империи Евдокией, вместе с августейшим титулом принявшей христианство…
|
Новгородский толмач
Новый роман Игоря Ефимова, автора книг «Седьмая жена», «Архивы Страшного Суда», «Суд да дело», повествует о времени правления князя Ивана Третьего, о заключительном этапе противоборства Москвы с Великим Новгородом. В центре романа — молодой чех Стефан Златобрад, приезжающий в Россию в качестве переводчика при немецком торговом доме, но также с тайным заданием сообщать подробные сведения о русских княжествах своему патрону, епископу Любека. Бурные события политической жизни, военные столкновения, придворные интриги и убийства в Кремле всплывают в письмах-донесениях Стефана и переплетаются с историей его любви к русской женщине.Кажется, это лучший роман автора. Драма одного человека разворачивается на фоне широкого исторического полотна и заставляет читателя следовать за героем с неослабевающим волнением.
|
Пелагий Британец
Действие исторического романа И. М. Ефимова происходит в Древнем Риме периода упадка. Автор рассказывает о походах варваров, о проблемах христианства V века, о монахе Пелагии Британце и его учении, которое было объявлено еретическим.
|
Портрет поздней империи. Андрей Битов
Это и годы оттепели — время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране — иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник — его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями.О том, что же такое была «эпоха Битова» и что за величина сам писатель, ставший классиком русской литературы, рассказывают в этой книге прозаики, поэты, журналисты, кинорежиссеры, актеры театра и кино. Среди них Дмитрий Быков, Соломон Волков, Александр Генис, Александр Кушнер, Сергей Соловьев, Вадим Абдрашитов, Юрий Беляев и многие другие.Предисловие В. Попова
|
Практическая метафизика
«Практическая метафизика» представляет собой новую законченную философскую систему, ставящую своей задачей найти внутреннюю связь и разграничения между четырьмя основными сферами духовной жизни человека — научным познанием, художественным творчеством, этикой и религией. Текст печатается в авторской редакции, с исправленным списком цитируемой литературы, сносками и указателем имен. Книга эта была переправлена автором на Запад в 1970 году и печаталась большими отрывками в журнале «Грани» (1973) под псевдонимом Андрей Московит. Отдельным изданием вышла в Америке, в издательстве «Ардис» (1980), уже после того как Игорь Ефимов эмигрировал из СССР. |
Пурга над «Карточным домиком»
Приключенческая повесть о школьниках, оказавшихся в пургу в «Карточном домике» — специальной лаборатории в тот момент, когда проводящийся эксперимент вышел из-под контроля.О смелости, о высоком долге, о дружбе и помощи людей друг другу говорится в книге.
|
Пурга над «Карточным домиком»
Приключенческая повесть о детях, которые в сложных обстоятельствах спасли жизнь ученым. О смелости, о высоком долге, о дружбе и помощи людей друг другу говорится в книге.
|
Пять фараонов двадцатого века
О Сталине, Муссолини, Гитлере, Мао и Кастро в духе последних модных тенденций антисоциалистической пропаганды — Сталин (Мао, Кастро) хуже Гитлера. Очередное квазинаучное "историческое исследование" от Игоря Марковича. Орфографические и прочие ошибки из сетевой публикации данного продукта графомании заботливо сохранены.
|
Разлад и разрыв
Главы из книги воспоминаний. Опубликовано в журнале «Нева» 2011, №9.
|
Свергнуть всякое иго: Повесть о Джоне Лилберне
«Свергнуть всякое иго» — первое произведение писателя в историческом жанре. Оно посвящено судьбе Джона Лилберна — одного из вождей английской буржуазной революции XVII века, главы партии левеллеров, мужественного борца с политическим гнетом. Судьба его оказывается одновременно подвигом и трагедией: подвигом бескорыстной борьбы за свободу и трагедией человека, опередившего свой век.
|
Связь времен
Бродский считал, что Игорь Ефимов "продолжает великую традицию русских писателей-философов, ведущую свое начало от Герцена". И вот теперь, опубликовав дюжину романов и полдюжины философских книг, Ефимов написал свой вариант "Былого и дум". Из первого тома его воспоминаний — "В Старом Свете" — читатель узнает, что его жизнь в Россиипроходила под лозунгом "не верь, не бойся, не проси" задолго до того, как этот лозунг был отчеканен Солженицыным. Уже в школьные годы он не верил газетной и радиопропаганде — только Пушкину, Лермонтову, Толстому. И не боялся вступиться за сослуживца, которому грозил расстрел. И за гонимого поэта, будущего нобелевского лауреата. Не боялся распространять запрещенную литературу и печататься за границей в те годы, когда за это давали до семи лет лагерей… Ефимову повезло — ему довелось дожить довозвращения его книг в Россию.
|
Связь времён. В Новом Свете
Игорь Ефимов и его жена Марина эмигрировали в Америку в 1978 году. Там они создали издательство «Эрмитаж», просуществовавшее 27 лет и публиковавшее таких авторов, как Аксёнов и Аверинцев, Битов и Бродский, Вайль и Генис, Галич и Грекова, Губерман и Довлатов, Лев Лосев и Анатолий Найман, Евгений Рейн и Людмила Штерн. За тридцать три года жизни в Новом Свете Игорь Ефимов написал восемь романов, среди которых — «Архивы Страшного суда», «Седьмая жена», «Суд да дело», «Неверная», «Новгородский толмач», «Невеста императора» и другие. Из-под его пера также вышли историко-философские исследования «Стыдная тайна неравенства», «Грядущий Аттила», «Кто убил президента Кеннеди». Все его книги после падения коммунизма были переизданы в России. Второй том его воспоминаний «Связь времён. В Новом Свете» представляет развёрнутое описание жизни российской литературной эмиграции в конце XX века. |
Седьмая жена
«Седьмая жена» – пожалуй, самый увлекательный роман Ефимова. Это удивительный сплав жанров – философского и приключенческого. Темп, и событийная насыщенность боевика соединены с точным и мудро-ироничным пониманием психологии отношений Мужчины с Женщинами. Американцы и русские, миллионеры и люмпены, интеллигенты и террористы, и в центре герой – муж семи жен, гений страхового бизнеса Антон Себеж, отправляющийся в смертельно опасное путешествие за своей дочерью.
|
Седьмая жена
«Седьмая жена» – пожалуй, самый увлекательный роман Ефимова. Это удивительный сплав жанров – философского и приключенческого. Темп, и событийная насыщенность боевика соединены с точным и мудро-ироничным пониманием психологии отношений Мужчины с Женщинами. Американцы и русские, миллионеры и люмпены, интеллигенты и террористы, и в центре герой – муж семи жен, гений страхового бизнеса Антон Себеж, отправляющийся в смертельно опасное путешествие за своей дочерью.
|
Статьи о Довлатове
Сергей Довлатов как зеркало Александра Гениса. Опубликовано в журнале «Звезда» 2000, № 1. Сергей Довлатов как зеркало российского абсурда. Опубликовано в журнале «Дружба Народов» 2000, № 2. |
Статьи разных лет и список журнальных публикаций
Статьи разных лет и список журнальных публикаций 1997–2017.
|
Стыдная тайна неравенства
Когда государство направляет всю свою мощь на уничтожение лояльных подданных — кого, в первую очередь, избирает оно в качестве жертв? История расскажет нам, что Сулла уничтожал политических противников, Нерон бросал зверям христиан, инквизиция сжигала ведьм и еретиков, якобинцы гильотинировали аристократов, турки рубили армян, нацисты гнали в газовые камеры евреев. Игорь Ефимов, внимательно исследовав эти исторические катаклизмы и сосредоточив особое внимание на массовом терроре в сталинской России, маоистском Китае, коммунистической Камбодже, приходит к выводу, что во всех этих катастрофах мы имеем дело с извержением на поверхность вечно тлеющей, иррациональной ненависти менее одаренного к более одаренному. Интеллигенция и предприниматели (включая независимых крестьян-фермеров), "хозяева знаний" и "хозяева вещей" — вот главные жертвы коммунистического террора во всех странах. Нарушая кодекс "политической корректности", автор говорит о том, о чем все знают, но предпочитают молчать: о том, что люди от рождения не равны по уму, по энергии, по художественной одаренности. В своем новом труде Игорь Ефимов убедительно показывает, что противоборство между "высоковольтными" и "низковольтными" (такими терминами он обозначает врожденное неравенство людей) пронизывает не только всю мировую историю, но и политическую борьбу наших дней, а также предопределит в ближайшие годы судьбу Америки и многих других стран.
|