Юрий Никитин – один из самых талантливых российских писателей-фантастов. Его наиболее известные книги погружают нас в сказочный мир отдаленного прошлого, как "Трое из Леса", или посвящены животрепещущим проблемам современности, как "Великий маг". На этот раз он предлагает читателю перенестись в будущее, побывать на далеких мирах, пройти по звездным дорогам и посетить Планету Красивых Закатов.

Наконец-то совершеннолетие и право носить меч! Теперь Ютланд, сын Темного Бога, уверен: ничто его не остановит и не заставит свернуть с пути.

Но прекрасная принцесса Мелизенда, единственная дочь властелина королевства Вантит, уверена, это ее ничто не остановит, а вот она остановит кого угодно.

Ютлану, последнему из легендарных братьев, сыновей Осеннего Ветра, пришло время выбирать: быть человеком среди людей, что считают его чужим, или… темным дивом в причудливом мире, где принимают как своего. И чтобы определиться с выбором, он побывает среди артан, куявов, барбусцев и даже в страшном загробном мире, откуда нет возврата.Он меняет даже имя на «Ютланд», знак для тех, кто поймет.

Ютлану, последнему из легендарных братьев, сыновей Осеннего Ветра, пришло время выбирать: быть человеком среди людей, что считают его чужим, или… темным дивом в причудливом мире, где принимают как своего. И чтобы определиться с выбором, он побывает среди артан, куявов, барбусцев и даже в страшном загробном мире, откуда нет возврата.Он меняет даже имя на «Ютланд», знак для тех, кто поймет.

Ютлану, последнему из легендарных братьев, сыновей Осеннего Ветра, пришло время выбирать: быть человеком среди людей, что считают его чужим, или… темным дивом в причудливом мире, где принимают как своего. И чтобы определиться с выбором, он побывает среди артан, куявов, барбусцев и даже в страшном загробном мире, откуда нет возврата.Он меняет даже имя на «Ютланд», знак для тех, кто поймет.

«Этот роман… даже я при всем нахальстве не решаюсь сказать, к какому жанру принадлежит. Возможно, к совсем новому, пока еще не существующему. Нобелевскую премию за него, конечно же, получу, это и козе понятно, но этого, увы, мало. Хочу большего: чтобы слова и идеи, вложенные в этот роман, сработали, подействовали. Чтобы и вы стали сингулярами».

Это – ужасник. Конечно же, – самый ужасный ужасник всех времен и народов. Естественно, без вампиров, оживших мертвяков, маньяков и прочего картонного бреда. Вы заглянете в самое ужасное – в себя.

Возможно, любовь тоже исчезнет в наступающем суровом мире, где можно будет не только обрести долголетие, завидное здоровье, быстроту реакции и увеличить объем памяти, но и убрать из нашей сути все, что причиняет страдания?Это уже не теория, Максим и Аллуэтта столкнулись с этой проблемой лицом к лицу. И им предстоит трудный выбор… и не совсем ожидаемое решение.

Фантастические рассказы из шестнадцатого выпуска художественно-географической книги «На суше и на море».

Фантастические произведения из девятнадцатого выпуска художественно-географической книги «На суше и на море».

Новый шокирующий и скандальный роман о завтрашнем дне, в который войдем уже в этом году и пойдем дальше… благодаря новым технологиям!* * *Впереди маячил Таргитай, разорванные на заднице портки болтало по ветру.— Тарх! — рявкнул Мрак. — Бес бы тебя побрал! Ты еще вчера портки распорол! Почему не залатал? Надоело смотреть на твою голую задницу!— Мрак, — сказал Таргитай робко, — я вижу эти белокожие березы, что, как девушки, собрались стайкой, смеются и шепчутся, вот-вот пойдут в хороводе… зрю могучие дубы, так похожие на тебя, солнечные лучи проникают сквозь листву, а она светится странно и таинственно… Пушистые облака над деревьями похожи на невинных барашков, их подсвечивает солнце, они осыпаны золотым песком, чистым и невесомым… Мир велик и прекрасен… Но куда смотришь ты?

Все накормлены, болезни под корень, а медицина продлила жизнь. Еще не бессмертие, но жить молодыми и красивыми – да хоть тысячи лет!

Остался последний шаг за грань сингулярности, но большинство во всем мире возжелало «остановить мгновение». Наконец-то на земле рай, живи и радуйся, а за порогом обещанного учеными Большого Перехода пугающая неизвестность.

И потому случилось то, что должно было, мы же люди, а не арифмометры.