Монгольские народные сказки. Для младшего и среднего возраста.

В сборник входят сказки, истории, легенды, баллады, песни о простых людях Америки: лесорубе, садоводе, молотобойце, ковбое и др. Это весёлые небылицы ковбоев, шутки янки, сказки-истории из времён войны за независимость и гражданской войны, причудливые сказки о чудо-животных. Очерки Т. Голенпольского и А. Ващенко дают краткую характеристику исторических этапов развития США.

Мифологическо-летописный свод «Анналы Японии» («Нихон сёки», 720 г.) — основной памятник раннеяпонской словесности. Он представляет собой своеобразную энциклопедию древней Японии, содержащую в себе богатейшие данные по мифологии, истории, этнографии и поэзии.

В первый том настоящего издания памятника, впервые публикуемого на русском языке, вошли мифы, предания и хроники первых правителей древней Японии.

• Афоризмы• Поговорки• Законы Мерфи• Определения

«Откровенные рассказы странника» являются лучшим учебником молитвы. Впервые книга появилась в России в XIX веке в самый расцвет старчества, в основе которого лежал т. н. «путь духовного делания», т. е. созерцательное отношение к жизни и познание себя в окружении мира. Первое издание книги стало, как бы сейчас сказали, бестселлером. Как это ни странно, но она остается им спустя столетие.

"Это – путь странника по бесконечным дорогам, большакам и проселкам Св. Руси; одного из представителей той "во Христе бродячей" России, которую мы так хорошо знали тогда, давно, давно..., – России, которой теперь нет и которой, вероятно, никогда больше и не будет. Это те, кто от преп. Сергия шли в Саров и на Валаам, в Оптину и к киевским угодникам; заходили и к Тихону и Митрофанию, бывали и в Иркутске у святителя Иннокентия, доходили и до Афона и до Св. Земли. Они, "не имея пребывающего града, искали грядущего". Это те, кого манила даль и беспечная легкость бездомного жития. Оставив свой дом, они находили его в иноческих обителях. Сладости семейного уюта они предпочли назидательную беседу старцев и схимников. Крепкому укладу векового быта они противопоставили ритм монастырского богослужебного года с его праздниками и церковными воспоминаниями. Они кажутся нам теперь гораздо более близкими к Бедняку из Ассизи или еще ближе к тем первохристианам, о которых древний автор написал: "христиане населяют свои отечества, но как пришельцы; во всем участвуют, как граждане, но все терпят, как чужестранцы; всякая чужбина им – отечество, и всякое отечество – чужбина... Будучи во плоти, они не по плотскому живут; по земле скитаются, но на небе жительствуют." Киприан (Керн). Предисловие к новому изданиюВ примечаниях даны главные разночтения из первого казанского издания 1881 года и афонской пантелеимоновской рукописи № 50/4/395. Работа по исследованию этих разночтений проведена  иеромонахом Василием (Гролимундом)В Приложениях приведены две статьи касающиеся "Странника": "Послесловие" Гролимунда и "Авторство "Откровенных рассказов странника духовному своему отцу"" И. В. Басина. В начале книги приведено предисловие Киприана (Керна)Квадратными скобками обозначены главные разночтения из первого казанского издания 1881 года и афонской пантелеимоновской рукописи № 50/4/395. Фигурными - примечания статей Гролимунда и Басина.

«Орел ко солнцу ныне возлетает…»«Буря море раздымает…»«Уж как пал туман на сине море…»«Ах, что есть свет и в свете, ах, все противное…»«Фортуна злая, что так учиняешь…»«О коль велику радость аз есмь обретох…»«Радость моя паче меры, утеха драгая…»Застольная песня

ПОВЕСТЬ О ГОРЕ-ЗЛОЧАСТИИ — стихотворное произведение XVII в., сохранившееся в единственном списке XVIII в. (полное название: “Повесть о Горе и Злочастии, как Горе-Злочастие довело молотца в иноческий чин”). Повесть начинается с рассказа о первородном грехе, причем автор излагает не каноническую, а апокрифическую версию, согласно которой Адам и Ева “вкусили плода виноградного”. Подобно тому как первые люди нарушили божественную заповедь, так и главный герой Повести — молодец, не послушав “учения родительского”, пошел в кабак, где “упился без памяти”. Нарушение запрета наказано: все одежды с героя “слуплены”, а накинута на него “гунка (ветхая одежда) кабацкая”, в которой он, стыдясь случившегося, идет “на чужую сторону”. Он попадает там “на почестей” пир, ему сочувствуют и дают мудрые наставления, молодец снова нажил себе “живота больше старого, присмотрил невесту себе по обычаю”. Но тут, на пиру, он изрек “слово похвальное”, которое и подслушало Горе. Привязавшись к нему, являясь во сне, оно убеждает отказаться от невесты и пропить свои “животы”. Молодец последовал его советам, снова “скинул он платье гостиное, надевал он гунку кабацкую”. Попытки молодца избавиться от страшного спутника, по совету добрых людей, явиться с раскаянием к родителям ни к чему не приводят. Горе предупреждает: “Хотя кинься во птицы воздушные, хотя в синее море ты пойдешь рыбою, я с тобою пойду под руку под правую”. Наконец молодец нашел “спасенный путь” и постригся в монастыре, “а Горе у святых ворот оставается, к молодцу впредь не привяжется”.Д. С. Лихачев характеризовал Повесть как “явление небывалое, из ряда вон выходящее в древней русской литературе, всегда суровой в осуждении грешников, всегда прямолинейной в различении добра и зла. Впервые в русской литературе участием автора пользуется человек, нарушивший житейскую мораль общества, лишенный родительского благословения”, “впервые… с такой силою и проникновенностью была раскрыта внутренняя жизнь человека, с таким драматизмом рисовалась судьба падшего человека”.В Повести нет реалий, которые позволили бы ее точно датировать, но очевидно, что главный герой — человек XVII в., “бунташной” эпохи, когда ломался традиционный уклад жизни. Повесть возникла на стыке фольклорной и книжной традиции; ее “питательной средой” были, с одной стороны, народные песни о Горе, а с другой — книжные “покаянные стихи” и апокрифы. Но на основе этих традиций автор создал новаторское произведение, и в русскую литературу “в гунке кабацкой” вошел герой греховный, но вызывающий сострадание.

"Повесть о Савве Грудцыне" написана в 70-х годах XVII в. В произведении отразились исторические события первой половины столетия и многие бытовые черты того времени. Однако это второстепенные, сопутствующие детали повествования. В центре произведения, как и в "Повести о Горе-Злочастии", — судьба молодого человека. Подобно молодцу из «Горя-Злочастия», Савва Грудцын, по молодости и неопытности попавший в зависимость от враждебной потусторонней силы, находит спасение в монастыре.В «Повести» многие оценки и авторские трактовки различных ситуаций носят традиционный характер, отступления героя от принятых норм поведения, его любовная страсть, его забвение долга перед родителями объясняются дьявольским искушением, но вместе с тем произведение это впервые в древнерусской литературе развивает романическую тему повествования с отражением живых человеческих чувств. Характерно, например, что герой, охваченный любовной тоской, ищет утешение в общении с природой; страсть, охватившая Савву, вызвана "приворотным зельем", но переживания героя описаны автором сочувственно и жизненно. В «Повести» своеобразно переплетаются сказочные похождения Саввы с историческими событиями, в которых участвуют реальные исторические лица. Примечательно в этом отношении то, что и сам герой произведения носит имя известного в XVII в. богатого купеческого рода Грудцыных-Усовых. Сочетание в «Повести» романической темы с подробными описаниями быта и нравов Руси XVII в. дало основание ряду исследователей видеть в этом произведении опыт создания первого русского романа.Текст печатается по изданию: Изборник. С. 609–625.

"Повесть о Савве Грудцыне" написана в 70-х годах XVII в. В произведении отразились исторические события первой половины столетия и многие бытовые черты того времени. Однако это второстепенные, сопутствующие детали повествования. В центре произведения, как и в "Повести о Горе-Злочастии", — судьба молодого человека. Подобно молодцу из «Горя-Злочастия», Савва Грудцын, по молодости и неопытности попавший в зависимость от враждебной потусторонней силы, находит спасение в монастыре.В «Повести» многие оценки и авторские трактовки различных ситуаций носят традиционный характер, отступления героя от принятых норм поведения, его любовная страсть, его забвение долга перед родителями объясняются дьявольским искушением, но вместе с тем произведение это впервые в древнерусской литературе развивает романическую тему повествования с отражением живых человеческих чувств. Характерно, например, что герой, охваченный любовной тоской, ищет утешение в общении с природой; страсть, охватившая Савву, вызвана "приворотным зельем", но переживания героя описаны автором сочувственно и жизненно. В «Повести» своеобразно переплетаются сказочные похождения Саввы с историческими событиями, в которых участвуют реальные исторические лица. Примечательно в этом отношении то, что и сам герой произведения носит имя известного в XVII в. богатого купеческого рода Грудцыных-Усовых. Сочетание в «Повести» романической темы с подробными описаниями быта и нравов Руси XVII в. дало основание ряду исследователей видеть в этом произведении опыт создания первого русского романа.Текст печатается по изданию: Изборник. С. 609–625.

Сборник рассказов из серии «Мастера ужасов», изданный для русских читателей лагерей Ди-Пи.

Книга «Поизмятая роза, или Забавное похождение прекрасной Ангелики с двумя удальцами», вышедшая в свет в 1790 г., уже в XIX в. стала библиографической редкостью. В этом фривольном сочинении, переиздающемся впервые, описания фантастических подвигов рыцарей в землях Востока и Европы сочетаются с амурными приключениями героинь во главе с прелестной Ангеликой.