Я сижу, положив руки на планширь, на скамейке на правом крыле ходового мостика пассажирского катера «Мухалатка» и смотрю на медленно темнеющее, чистое небо, с которого недавно сползло солнце. Катер ошвартован к причалу левым бортом, на него грузятся пассажиры, желающие совершить двухчасовую прогулку в сторону открытого моря и на обратном пути полюбоваться огнями ночной Ялты.

Мацзу — китайская богиня, покровительница моряков. Именно она будет помогать нашему герою, оказавшемуся в первой половину девятнадцатого века в Южном Китае. В это время произойдет так называемая Первая Опиумные войны, в результате которой британцы получат возможность безнаказанно грабить великую древнюю империю. Волею случая и богини Мацзу наш герой окажется втянутым в эти события.

Вторая половина шестнадцатого века. В Нидерландах началась буржуазная революция. Наш герой волею судьбы оказывается в гуще событий, помогая исполниться тому, что должно было исполниться.

«Холод сковывает не только тело, но и мозги. Я привык думать в любой ситуации, даже тогда, когда и не следовало бы. А сейчас не получается. Любая попытка подумать обрывается жестяным словом „холодно“. Я, обхватив обломок утлегаря, как любимую женщину, дрейфую вместе с ним среди высоких волн. Они плавно, заботливо понимают и опускают меня, поднимают и опускают. От их убаюкивания хочется заснуть. Я гоню сон, пытаясь подумать о чем-нибудь теплом. Попытка сразу пресекается словом „холодно“. Как ни странно, холод я чувствую только ушами, носом, щеками, губами. Последние свело так, что не смог бы позвать на помощь. Остальные части головы не мерзнут. Может, потому, что привык зимой ходить без головного убора. И тело не мерзнет. Даже та часть его, которая над водой. Я пытаюсь делать так, чтобы как можно большая часть тела была над водой. В воде кажется теплее, но на самом деле она интенсивнее высасывает тепло. Статистика кораблекрушений показывает, что чаще выживают те, кто менее погружен в воду. И кто борется до конца. Я еще борюсь, даже не смотря на то, что не могу думать…»

«Под Рождество до нас добралась новость, что король Стефан был обменян на графа Глостерского, и в Вестминстере синод вновь признал его королем Англии. Тем, кто будет воевать на стороне императрицы Матильды, пригрозили отлучением от церкви. Я не мог понять, радоваться мне этой новости или нет. Я – мелкая сошка, церковь меня особо преследовать не будет, даже если решу повоевать на стороне императрицы. Делать ведь это буду по приказу своего сеньора. С него и спрос. А Ранульф де Жернон, граф Честерский, – тот еще гусь. На него где сядешь, там и слезешь. Впрочем, зимой никто ни с кем не воевал. Король Стефан болел. Темница и кандалы плохо влияют на здоровье. Императрица Матильда и ее брат Роберт Глостерский тоже в драку не рвались, не хотели быть еще раз побитыми Вильгельмом Ипрским, которого король Стефан в награду за освобождение из плена сделал графом Кентским…»

«Появление на палубе членов экипажа и пассажиров с бледно-зелеными лицами – первый признак окончания шторма. До этого они отлеживались в трюме, не имея ни сил, ни желания подняться наверх. Я не страдаю морской болезнью, поэтому не могу поделиться впечатлениями. Мне только непонятно, зачем природа награждает таких людей тягой к морю? Чтобы сполна заплатили за добытую на море или благодаря морю славу? Но это касается только знаменитых флотоводцев, как адмирал Нельсон, или писателей-маринистов, как Александр Грин. А за что страдают остальные, которым нет числа? В двадцатом и двадцать первом веках мне попадались люди, страдающие морской болезнью на всех должностях, включая капитанскую. Последний случай самый тяжелый. Такой капитан норовил изменить курс, чтобы уменьшить качку, даже если это было опасно для судна и экипажа…»

На Японских островах в середине шестнадцатого века был так называемый период Сэнгоку (Эпоха воюющих провинций). В империи Нихон ее правитель тэнно Огимати живет в горной хижине, не в силах собрать деньги для проведения церемонии интронизации. Теряет силу правивший два с лишним века сёгунат Акугава. В это время на историческую арену выходит Ода Нобунага, мало кому известный даймё небольшой провинции, имевший прозвище Большой дурак из Овари, который решает создать централизованное государство. Наш герой в силу обстоятельств помогает ему в этом. После окончания Сэнгоку на Японских островах на две с лишним сотни лет прекратятся войны и, как следствие, закончится эпоха настоящих самураев и синоби (ниндзя) и появится их культ, сильно отличающийся от реальности.

Конец тринадцатого века до нашей эры. Этот период ученые назовут Катастрофой бронзового века. Недавно по историческим меркам погибла Минойская цивилизация, доживает последние дни империя хеттов и пока еще отбивается Та-Кемет (Древний Египет). Во всем Средиземноморье наступают «темные века». Виновниками этого принято считать так называемые народы моря.

Двадцать третий (двадцать девятая книга) серии "Вечный капитан". Апрель!904-го года. Идет Русско-японская война. Наш герой оказывается в Порт-Артуре и выдает себя за штурмана с португальского парохода, якобы налетевшего на мину. Это помогает ему обзавестись документами и заработать деньги на вывозе мирного населения из осажденного города. Затем он перебирается в Одессу, в то время один самых продвинутых городов не только России, но и мира. В то время Российская империя, которую мы потеряли, находилась на подъеме. в начале своего Золотого века. к сожалению, прерванного манкуртами. Наш герой оказывается в городе, бурлящую из-за революции, где учится в университете, занимается бизнесом, творчеством. и заодно реализует приобретенные ранее навыки для совершения дел, которые не всегда дружат с уголовным кодексом. Затем начинается Первая мировая война, и он служит сперва офицером-артиллеристом, а потом летчиком.

Конец второго века до н. э. Римская республика набирает силу. Ей не хватает воинов, поэтому вербует иностранцев и проживающих на захваченных территориях неграждан, которых называет перегринами. Наибольшая потребность в них на флоте, потому что римляне — «сухопутная» нация. Что ж, наш герой готов применить свои навыки на службе римлянам, если интересы будут совпадать.

Перекресток в центре города. Гудят едущие машины, шуршат шинами, визжат тормозами. Постепенно эти звуки уходят на второй план.

Конец восемнадцатого века. Во Франции произошла революция. которую пытаются задушить все соседние государства. Наш герой силой обстоятельств оказывается подданным Англии и поступает на службу в Королевский военно-морской флот. Его зачисляют мичманом на семидесятичетырехпушечный линейный корабль третьего ранга «Бедфорд».

Играет скрипка. Разухабистая мелодия сливается с топотом прохожих.НИЩИЙ (с пьяной развязностью). Господа и граждане! Братья и сестры! Подайте двум калекам, одноногому и слепому! Поделитесь с убогими, чтобы вы и ваши дети всегда видели и только мирную жизнь!Звенят падающие монеты.

Менялись названия контор и улицы, менялись дома и покрытие дорог, менялись времена года, но каждый вечер, в любую погоду, при любой власти здесь можно было найти женщину нетяжелого поведения.