Алмазная пыль
На этой земле нет законов – ни Божьих, ни человеческих – здесь каждый выживает как может. Но те, кто живут за пределами этой зоны, так не считают. Здесь сошлись интересы правительств, спецслужб разных стран и авантюристов всех мастей. Но кто получит главный приз и какую цену он за это заплатит?
|
Бастарды
Сменяются века и эпохи, правители и короли, но отношения между людьми остаются прежними. И что делать, если ты оказался один против целого мира, в котором слишком много тех, кому ты неприятен только потому, что ты не такой, как все? Если положиться ты можешь только на свой меч и на верных данному слову стариков.И пусть ты великий воин, но без друзей, ты все равно один. И найдутся люди, которые встанут с тобой плечом к плечу, чтобы вместе встретить опасность и защитить место, ставшее их домом только потому, что ты был честен с ними и справедлив.
|
Бастарды
Сменяются века и эпохи, правители и короли, но отношения между людьми остаются прежними. И что делать, если ты оказался один против целого мира, в котором слишком много тех, кому ты неприятен только потому, что ты не такой, как все? Если положиться ты можешь только на свой меч и на верных данному слову стариков.И пусть ты великий воин, но без друзей, ты все равно один. И найдутся люди, которые встанут с тобой плечом к плечу, чтобы вместе встретить опасность и защитить место, ставшее их домом только потому, что ты был честен с ними и справедлив.
|
Бродяга (СИ)
Он оказался лишним. Ненужным. Инвалид, в прошлой жизни, и ничего не знающий, о нынешней. Человек, единственным другом которого стал новый, экспериментальный искин, получивший матрицу развития личности. Живой, имеющий руки, и неживой, обладающий знаниями…
|
Война морей (Рыцарь дорог[2])
…Наведя относительный порядок в пустыне, можно заняться и морем. Ведь если твои жена и сын жить не могут без этой стихии, то поневоле придётся сделать так, чтобы там, в море, им ничего не грозило…
|
Война морей (Рыцарь дорог[2])
…Наведя относительный порядок в пустыне, можно заняться и морем. Ведь если твои жена и сын жить не могут без этой стихии, то поневоле придётся сделать так, чтобы там, в море, им ничего не грозило…
|
Война морей (Рыцарь дорог[2])
…Наведя относительный порядок в пустыне, можно заняться и морем. Ведь если твои жена и сын жить не могут без этой стихии, то поневоле придётся сделать так, чтобы там, в море, им ничего не грозило…
|
Дитя прибоя
Он выжил в аду приюта в девяностые, и пытался жить дальше. Но вот беда, он оказался никому не нужен. Ни той стране, ни тому времени, ни даже тому миру. Но если умеешь выживать, то сумеешь прожить и в мире, о котором ничего не знаешь. Главное, всегда оставаться собой.
|
Месть амазонки
Огромный воин, одержимый местью за близких, и крошечная амазонка, шпионящая ради своего государства. Что общего может быть у двух таких разных людей? Но они встретились и решили остаться вместе. Вопреки правилам и законам королевства амазонок. Вопреки воле богов. Вопреки всему, что может им помешать. Их всего двое против всего мира…
|
Месть амазонки
Огромный воин, одержимый местью за близких, и крошечная амазонка, шпионящая ради своего государства. Что общего может быть у двух таких разных людей? Но они встретились и решили остаться вместе. Вопреки правилам и законам королевства амазонок. Вопреки воле богов. Вопреки всему, что может им помешать. Их всего двое против всего мира…
|
Месть амазонки
Огромный воин, одержимый местью за близких, и крошечная амазонка, шпионящая ради своего государства. Что общего может быть у двух таких разных людей? Но они встретились и решили остаться вместе. Вопреки правилам и законам королевства амазонок. Вопреки воле богов. Вопреки всему, что может им помешать. Их всего двое против всего мира…
|
Последний рейд
Молодой сподвижник Рольфа, первого герцога Нормандского, викинг по имени Агнар неосторожно позволяет увлечь себя в Страну Альвов. Он позабыл о том, что нельзя принимать ни гостеприимства альвов, ни их пищи и питья, ни любви их женщин. Слишком поздно он понял, что в свое родное время ему не вернуться. Вырвавшись из волшебной страны, викинг оказывается в мире древних кельтов, за много столетий до Рождества Христова. Здесь, под гнетом местных законов и традиций, ему предстоит проложить свой путь. Долго ли смогут даже сильнейшие из друидов держать в плену вольнолюбивого северянина?..
|
Рыцарь дорог (Рыцарь дорог[1])
...Когда случилось так, что от городов и государств остались только воспоминания, тем, кто уцелел в ядерном аду, остаётся только выживать. Выживать, пытаясь спасти себя и своих близких от крысиных законов и правила кулака, делая всё, чтобы они просто жили...
|
Рыцарь дорог (Рыцарь дорог[1])
...Когда случилось так, что от городов и государств остались только воспоминания, тем, кто уцелел в ядерном аду, остаётся только выживать. Выживать, пытаясь спасти себя и своих близких от крысиных законов и правила кулака, делая всё, чтобы они просто жили...
|
Сотня. Смутное время (Сотня [Трофимов][2])
Есть такая пословица. Попала собака в колесо – пищи, но беги. Так и Матвей, оказавшись в новом для себя мире, вынужден следовать всем местным правилам. Ведь от этого зависит не только его жизнь, но и жизни тех, кого он уже привык считать своей семьёй. А ведь по сути они и вправду являются его семьёй. А значит, нужно сделать всё, чтобы семья жила, а род не прервался…
|
Темная Канцелярия
Состоять на службе у дьявола, «работая» при этом на силы добра. Таких заданий не получал еще ни один разведчик. Но Марти пришлось заключить договор одновременно с дьяволом и ангелом. Служба оказалась нелегкой: необходимость лавировать между двумя господами, искушение красавицами, знакомство с законами дьявольского мира не на шутку запутали героя. Но настоящая проблема возникает, когда Марти понимает: каждый из его хозяев ведет свою хитрую игру. И вопрос, чью сторону принять в этой игре, решить удается не сразу – границы между добром и злом в потустороннем мире размыты так же, как и в нашем.
|
Хищники
«От знакомства с палачом его спасало только умение заставить противника броситься в драку первым, и тогда, будучи в праве оскорблённого, он мог спокойно бросить вызов».
|
Хищники
«От знакомства с палачом его спасало только умение заставить противника броситься в драку первым, и тогда, будучи в праве оскорблённого, он мог спокойно бросить вызов».
|