Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 98, 11 мая; номер 100, 14 мая; номер 105, 20 мая; номер 106, 21 мая; номер 107, 24 мая, с подзаголовком «Валашская сказка». В воспоминаниях «В.Г.Короленко» Горький говорит о том, что сказка была написана ещё в Тифлисе, то есть в 1892 году. Одна из песенок чабана, начинающаяся словами «В лесу над рекой жила фея», неоднократно переиздавалась под названиями: «Легенда о Марко», «Валашская сказка», «Валашская легенда», «Фея», «Рыбак и фея». Текст этой песни после первой публикации был значительно исправлен стилистически, изменена концовка стихотворения и прибавлено заключительное четверостишие.

В собрания сочинений сказка не включалась.

Печатается по тексту «Самарской газеты».

Впервые напечатано в "Самарской газете", 1895, номер 98, 11 мая; номер 100, 14 мая; номер 105, 20 мая; номер 106, 21 мая; номер 107, 24 мая, с подзаголовком "Валашская сказка". В воспоминаниях "В.Г.Короленко" Горький говорит о том, что сказка была написана ещё в Тифлисе, то есть в 1892 году. Одна из песенок чабана, начинающаяся словами "В лесу над рекой жила фея", неоднократно переиздавалась под названиями: "Легенда о Марко", "Валашская сказка", "Валашская легенда", "Фея", "Рыбак и фея". Текст этой песни после первой публикации был значительно исправлен стилистически, изменена концовка стихотворения и прибавлено заключительное четверостишие.

В собрания сочинений сказка не включалась.

Печатается по тексту "Самарской газеты".

Впервые напечатано в газете «Нижегородский листок», 1894, номер 349, 25 декабря.

Рассказ полемически заострён против традиционного жанра сентиментального святочного рассказа.

В собрания сочинений не включался.

Печатается по тексту «Нижегородского листка».

Эта скандальная статья Горького вышла в 1922 году в Берлине. Ее не издавали в России ни до, ни после войны, ни в перестройку, — вообще никогда. Просто не издавали и все тут. Быть может, как раз потому, что именно в этом своем сочинении Буревестник говорит о сути революции откровеннее, чем где-либо еще, и чем это позволяли себе его товарищи-большевики. Он живописует варварство и отсталость крестьянской массы, подсказывая читателю, что искоренить это зло возможно только чрезвычайщиной. Создатель Челкаша и Клима убежден: «Как евреи, выведенные Моисеем из рабства Египетского, вымрут полудикие, глупые, тяжелые люди русских сел и деревень — все те почти страшные люди, о которых говорилось выше, и их заменит новое племя — грамотных, разумных, бодрых людей».

«Интеллигенция и революция» — тема из разряда вечных. А вот крестьянство и революция — это то, о чем многое еще не сказано. И сетования Ленина на узость мысли «мелких хозяйчиков», и сочувственно-лирические суждения Солженицына о крестьянском «мiре», «мироустроении» — лишь два идейных края, между которыми еще много невозделанной земли. Мысли титулованного «пролетарского классика» — лишь кое-что из непрочитанного. Или хорошо забытого.

Текст статьи печатается полностью по изданию: Максим Горький. О русском крестьянстве. Издательство И. П. Ладыжникова. Берлин, 1922.