Беглец [litres] (Рейдер (Калбазов)[1])
Он уже не ждал от жизни ничего хорошего. Калека, до конца своих дней прикованный к инвалидному креслу. Но неожиданная встреча все изменила в один миг. Он вновь обрел потерянное здоровье. Мало того, годы, проведенные на Океании, выковали из него другого человека. Еще недавно неуверенный в себе и трусоватый, сегодня он рвется в космос, в его крови бушует адреналин, а душа жаждет схватки. Ему суждено стать пилотом-истребителем, гладиатором на космической арене и рудокопом на задворках фронтира. Повстречать на своем пути предательство, преданность и дружбу. Перейти дорогу сильным мира сего… и оказаться в бегах. Вот только все время бегать непродуктивно. Ведь давно известно, что лучший способ защиты – это нападение.
|
Боярин (Фаворит (Калбазов)[3])
Угораздило же нашего современника Ивана Рогозина, мужчину средних лет, оказаться в конце альтернативного 17 века. Оно с одной стороны вроде как обретенная молодость, как ни крути, но сейчас ему не сорок с лишним, а только двадцать два года. И весь его багаж знаний и опыта остался с ним. И перспективы безбедной жизни очень даже реальны. Но с другой стороны, на плечах Ивана Карпова, как теперь его зовут, оказался стрелецкий кафтан, а он сам на пожизненной государевой службе. И мотает его от Урала до Крыма. И когда кажется, что его удел это огонь и гарь сражений, до конца дней, жизнь закладывает очередное колено. И вот он уже в гуще интриги цель которой ни много ни мало, бескровное присоединение вольной земли Псковской к Русскому государству. Интересно? А Ивану признаться уже надоело.
|
Боярин [litres] (Скиталец[4])
Позади начало тернистого пути. Наш современник, оказавшийся в мире с игровыми реалиями, неплохо вписался в него и добился больших успехов. Сделано уже много. Но, похоже, предстоит еще больше, если поставить перед собой ясную цель. А тут еще шило в известном месте, не дающее спокойно усидеть на месте. Словом, скучно не будет, это точно.
|
Бульдог (Бульдог[1])
|
Бульдог (Бульдог(СИ)[1])
18 век. Век технической революции и прорыва научной мысли. Сложный и противоречивый период для России. Век дворцовых переворотов. Век в котором российский трон держался на хрупких женских плечах. Но что если все было бы немного иначе? Или совсем по другому? Автор не может поручиться за достоверность исторических событий, но с присущей ему самоуверенностью заявляет, что все изложенное в тексте — правда. Разумеется, за исключением вымысла. ОКОНЧАНИЕ ОТ 15.01.2014 г.
|
Бульдог. В начале пути (Бульдог[1])
Умудренный годами мужчина из двадцать первого века и малоопытный, всеми обманутый юный император Петр Второй. Что может быть между ними общего? Ничего. Если только не эта встреча посреди бескрайней, заснеженной пустоши, где время застыло вечностью. Встреча, спаявшая их в одно целое.Теперь у них все общее: и жизнь, и судьба, и долг. И трудов им предстоит ой как немало, потому что проблем в Российской империи более чем достаточно. И пусть они только в начале пути, главное — сделать первый шаг, потому что любая долгая дорога начинается именно с него.
|
Бульдог. В начале пути (Бульдог[1])
Умудренный годами мужчина из двадцать первого века и малоопытный, всеми обманутый юный император Петр Второй. Что может быть между ними общего? Ничего. Если только не эта встреча посреди бескрайней, заснеженной пустоши, где время застыло вечностью. Встреча, спаявшая их в одно целое.Теперь у них все общее: и жизнь, и судьба, и долг. И трудов им предстоит ой как немало, потому что проблем в Российской империи более чем достаточно. И пусть они только в начале пути, главное – сделать первый шаг, потому что любая долгая дорога начинается именно с него.
|
Бульдог. Хватка (Бульдог[3])
Позади восемнадцать лет мира, за которые Россия успела сделать рывок в развитии и занять лидирующее положение во многих областях. Постепенно, исподволь русские товары захватывают рынки сбыта, купцы проникают все дальше и дальше за океан, осваивают Дальний Восток, северное и западное побережье Америки. Звучит обнадеживающе? Да нет. Не все так гладко. Далеко не все русские купцы отваживаются покинуть Балтийское или Черное море, за пределами которых на них охотятся все кому не лень. Это удел лишь немногих. Россия все так же почитается европейскими державами как дикая Московия, которую все хотят использовать в своих целях. А тут еще и Европа уподобилась котлу с адским варевом, готовым вот-вот выплеснуться через край. И похоже, что этой свары никак не избежать. А ведь еще нужно соблюсти интересы своей державы…Н-да, все это прибавит головной боли императору Петру Второму, за которым уже начало закрепляться прозвище Бульдог, и его верному соратнику, незримому ни для кого, кроме самого императора, нашему современнику Сергею Бурову.
|
Бульдог. Экзамен на зрелость (Бульдог[2])
Взвалив на свои плечи заботу о необъятном государстве, будь готов к тому, что ноша эта окажется тяжкой. Возжелав сделать державу сильной и могучей, готовься к тому, что весь свет ополчится против твоей Родины. А тогда уж будет все: и интриги, и заговоры, и кровь, и грязь, и войны. И только от тебя зависит, испугаться и свернуть с избранного пути или, подобно бульдогу, вцепиться в глотку своему врагу и не отпускать, пока тот не запросит пощады или не испустит дух.Петр Второй, молодой император России, свой выбор сделал. Он готов пройти этот нелегкий путь до конца. И горе тому, кто решит встать на его пути. Потому что для достижения своей цели он не остановится ни перед чем.
|
В шаге от дома (Шаман (Калбазов)[3])
Быть в шаге от цели. Протянуть руку к ключу, ведущему домой, и… ухватить пустоту. Есть трофеи. И по местным реалиям весьма богатые. Но нет самого главного. Путь на родную Землю двадцать первого века остался закрытым. Признаться, ему здесь нравится. Практически погибший мир, ставший на путь возрождения. Открытые и слабо заселенные просторы фронтира. Враждебные кочевники и горцы. Адреналин, огнем струящийся по венам. В этих краях с человека слетает шелуха цивилизованности, обнажая его сущность. Все это близко Бородину. Но ему претит, когда кто-то распоряжается его судьбой и принимает решения за него. А еще он не любит проигрывать. Первый раунд остался за кукловодами. Что же, добро пожаловать во второй. Шаман готов идти до конца. Нашел одну базу кукловодов, найдет и другую. Так что неприятности у этих ребят не закончились. Они только начинаются. |
Воевода [litres] (Пилигрим (Калбазов)[2])
Ему оставалось жить несколько месяцев. Но счастливый случай позволил обрести новую, насыщенную жизнь. Да, в Средневековье, но какое это имеет значение. Тем более если все складывается так, что скучать не приходится. Он испытал на себе, каково это – пройтись по пути «из варяг в греки». Увидел блеск и нищету Царьграда. Прошел через грязь, кровь и смрад сражений. Едва не разрушил государство сельджуков. Был любимцем будущего императора и любовником его сестры. И судьба готова одаривать его новыми радостями и испытаниями, которые не дадут застояться крови. Но в какой-то момент чувство ответственности за доверившихся ему людей подсказывает, что на территории Византийской империи он их защитить не сможет. И тогда он решает вернуться на Русь. Там тоже неспокойно. Княжества то и дело сотрясают междоусобицы. Но ведь можно устроиться и в стороне от этих конфликтов. Если получится, конечно. |
Вольник [СИ c издательской обложкой] (Отступник[1])
Угораздило же меня! Нет, в тьме безвременья сидеть куда хуже. Факт! Но ведь меня туда опять упакуют. Причём скорее рано, чем поздно! Попасть в тело княжича… Плевать, что он не наследный. Потому что помножить на ноль решили всю старшую ветвь великокняжеского рода. Вот мало мне собственной тяги к приключениям на пятую точку. Так давайте по следу ещё и убийц пустим. Весело? Да просто обхохочешься! |
Гений [СИ] (Скиталец[1])
Что это? Бред? Кома? Или он и впрямь оказался в мире, живущем по правилам игровых реалий? Прокачка себя любимого, умения, навыки, дерево развития, уровни, артефакты. Вроде бы и Россия, но отчего-то раскинувшаяся на территории многочисленных архипелагов. Царь, князья, бояре, дружины, пароходы, пираты… Поверить в окружающую реальность трудно. Однако, бред это или нет, лучше все же принять существующие реалии и вписаться в этот мир. Пропасть-то всегда успеется.
|
Город в степи [litres] (Фронтир[4])
Шесть лет. Шесть долгих и вместе с тем стремительно пролетевших лет наши современники Варакин и Болотин находятся в параллельном мире без всякой надежды вернуться домой. Прожить скромную и серую жизнь у них никак не получилось. Ничего не поделаешь: люди не от мира сего в прямом смысле этого слова, они просто не могли не выделиться. Ну а раз уж так сложилось, то стоит подумать, как поступить – плыть по течению или браться за рулевое весло… Этот город возник благодаря их стараниям, воле и устремленности. Благодаря вере в них тех, кто пожелал изменить свою жизнь к лучшему. Их совместными усилиями в бескрайней дикой степи возник цветущий сад. Два друга готовы защищать свое детище до последней возможности. Они готовы даже преступить писаные и неписаные законы. Но что делать, когда наступает момент решающего выбора? Покориться невзгодам и смотреть, как рушится их дом? Или взять в руки оружие и отстоять свое право на лучшую долю? |
Гремя огнем… [litres] (Бронеходчики[2])
Великая война с миллионными жертвами позади. Окончательный передел территорий и сфер влияния завершен. Могучие генераторы Теслы стоят на страже мира. В старушке-Европе наконец установилась спокойная и размеренная жизнь. Но так ли это на самом деле? Все ли довольны принятыми решениями? Или, может, кто-то все же считает себя обиженным и жаждет реванша? А где-то в недрах мира закипает адский котел противоречий… И вновь расплатой за ошибки политиков и в угоду их амбициям льется солдатская кровь. Вновь на полях сражений слышатся яростные крики, стенания раненых, винтовочная трескотня, грохот пулеметов, гром пушек, лязг гусениц и грозная поступь бронеходов. |
Гренада моя [litres] (Бронеходчики[1])
Гений Теслы отбросил человечество в эпоху пара. Но он же стал неодолимой преградой на пути очередной общемировой мясорубки. Прогресс немного сместился и пошел по иному пути. Но великий сын сербского народа оказался не прав. В локальных войнах крови льется ничуть не меньше, а может, и больше. Под грохот и блеск стали на поля сражений выступают шагающие боевые машины. Грозные бронеходы, ведомые в бой отважными пилотами, рыцарями без страха и упрека бурного и стремительного двадцатого века.
|
Дверь домой [litres] (Шаман [Калбазов][4])
Адреналин, струящийся по жилам, и рухнувшие прежние барьеры. Схватки с аборигенами, бандитами, спецслужбами. Жизнь на грани. Этот мир пришелся Бородину как нельзя впору. Здесь он задышал полной грудью и стал самим собой. Но даже одна ложка дегтя способна испортить бочку меда. Он, как и другие земляне, здесь не по своей воле. Некие кукловоды забросили их в этот мир и наблюдают за ними, как за букашками. И вот с этим Бородин мириться не желает. Он уже дважды был в шаге от ключей к родному миру. И оба раза рука хватала пустоту. Два плохая цифра. Бог любит троицу! |
Дворянин [litres] (Скиталец[3])
Куда это он попал? По виду конец девятнадцатого века: в ходу паровые машины, а общество разделено на сословия. Да и живет этот мир по игровым реалиям. Уровни развития, опыт, навыки, умения, артефакты. А тут еще вдруг появившаяся одаренность, превратившая его в желанную добычу для власть имущих. Чтобы получить хотя бы относительную свободу, есть всего два выхода: скитания или дорога вверх. И он решает взять судьбу в свои руки, обзавестись командой и добиться дворянского звания. Только за это придется драться на пределах возможностей, не раз заглянуть за край, найти друзей и завести врагов.
|
Защитник [litres] (Рейдер (Калбазов)[2])
Лучший способ защиты – это нападение. Если из тебя сделали дичь, меняй правила и превратись в охотника. Загони свой страх на задворки и заставь бояться самих охотников. Конечно, так просто этого не добиться. Но кто не рискует, тот не пьет шампанское! А тут еще и межгалактическая война, в которую затягивает все больше и больше участников. Вроде и не желал влезать в это, но сложилось так, что война дотянулась и до него. Безбрежный космос, тайны, авантюры, схватки, абордажи, отчаянная отвага, преданность дружбе, любовь и верность долгу. Все это сплетается для Леднева в один клубок. Что поделать, такая у него теперь насыщенная жизнь. |
И пришел с грозой военной… (Росич[2])
Пять лет… Пять долгих и вместе с тем стремительных лет трое друзей, неожиданно для себя оказавшиеся в России накануне Русско-японской войны, готовились к неизбежной войне. За это время они не раз преступали закон, не гнушаясь тяжкими преступлениями, они поставили в заклад свои жизни ради одной только цели – переломить ход истории, заставить ее изменить намеченный курс. Но достанет ли у них сил? Насколько они хорошо подготовились? Захочет ли старуха-история уступить или прокатится катком по тем, кто решил ей перечить? Все, что могли, они уже сделали, а дальше, как говорится, война план покажет.
|