В рассказе нашли отклик обстоятельства жизни самого автора в начале Гражданской войны. Образ Молодого автобиографичен. Рассказ завершает своеобразную «криминальную трилогию», куда входят также «Повесть о трех неудачах» и «Рассказы о свободном времени».

Впервые — Воля России. 1927. № 11/12. Печатается по этой публикации.

Рассказ служит, по сути, великолепной иллюстрацией эпиграфа из «Шагреневой кожи» Бальзака: на протяжении жизни желания и действия человека приводят к его саморазрушению, и перед лицом смерти он приходит к мысли о бесполезности богатства, любви и счастья, поскольку жизнь бесцельна из-за присутствия в ней смерти.

B. Ходасевич в обзоре «Книги и люди. Современные записки» (Возрождение. 1936. № 3935) заметил: «„Мораль“ заключается в двух положениях, из которых одно (не в деньгах счастье) составляет прописную истину, а второе (деньги не обладают творческой силой) неверно даже по Марксу. В общем, очень изящный и умело использованный словесный материал затрачен автором впустую. Газданов сумел нарисовать героя, но не знал, что с ним делать, и насильно прицепил к изображению кое-как сделанный конец».

Г. Адамович критиковал автора за «беллетристическую элегантность» и «техническое остроумие», что, по его мнению, для Газданова важнее, чем описание глубины человеческого отчаяния перед лицом смерти (как у Л. Толстого в «Смерти Ивана Ильича»).

Впервые — Современные записки. 1936. № 60. Печатается по этой публикации.

Гайто Газданов (1903–1971), один из самых ярких прозаиков русского зарубежья, пока еще недостаточно известен российскому читателю. Критики не раз сравнивали его с В. Набоковым, М. Прустом, А. Камю, и в то же время самые проницательные из них верно угадывали, что предшественников у Газданова нет, что он насквозь самобытен, а реализм его назвали «магическим». Как прозаик Г. Газданов сложился за пределами России, но был и остался на всю жизнь русским писателем.

Впервые — Мир и искусство. 1930. № 13. 1 нояб. С. 5–7. Публикуется по этому изданию.

Написано в классической манере «южно-русской школы». Метафорическое означающее вместо означаемого предмета, обилие парадоксальных эпитетов и четкий угловатый почерк письма. Рассказ можно смело включать в «золотой фонд» короткой прозы о Гражданской войне. Точные приметы времени, яркие типажи, обыденность чудовищной жестокости. И «черный» юмор.

Впервые — Воля России (Прага). 1927. № 2. Печатается по этой публикации. Газданов считал эту публикацию началом своей писательской судьбы. На первые рассказы Газданова откликнулись С. Постников (Воля России. 1927. № 5/6) и Марк Слоним в статье «Молодые писатели за рубежом» (Воля России. 1929. № 10/11. С. 116–117).

Впервые — Воля России. 1928. № 10/11. Печатается по этой публикации.

Героя романа тяготит воспоминание об одном событии его жизни, которое произошло во время гражданской войны в России. Тогда, в юности, ему случилось застрелить преследовавшего его неизвестного человека. Никаких свидетелей этого убийства не было. Через несколько лет в Париже в руки герою попадает сборник рассказов незнакомого автора, написанных на английском языке. Как ни странно, в одном из рассказов, озаглавленном «Приключение в степи», в точности описывается тот самый случай из прошлого…

Пьер Форэ, скромный бухгалтер из Парижа, его жизнь ему самому кажется бессмысленной и неинтересной. Но однажды, в деревенском домике своего школьного приятеля, он встречает существо, иначе никак нельзя назвать эту женщину, потерявшую во время войны память и рассудок и живущее с тех пор растительной жизнью. Движимый состраданием, Пьер забирает ее к себе домой, он хочет попробовать помочь ей вернуться к нормальной жизни. Но и его собственная жизнь обретает смысл…

Впервые — Воля России. 1927. № 8/9. Печатается по этой публикации.

Впервые — Дни (Париж). 1928. 18 марта. № 1362. Печатается впервые по этому изданию. Публикация Т. Красавченко.

«Рассказ восхитительно написан, как, впрочем, всегда пишет Газданов, с необычайной изобразительной меткостью, с какой-то вкрадчивой, бесшумной, гипнотизирующей эластичностью ритма. Но, как всегда у Газданова, вся эта словесная прелесть кажется скорее растраченной попусту, нежели служащей замыслу: в „Смерти господина Бернара“ замысла нет», — отмечал Г. Адамович.

Впервые — Современные записки. 1936. № 62. Печатается по этой публикации. Архив Газданова. Тетрадь 3. В рукописи рассказ называется «Господин Бернар».

Рассказ «Судьба Саломеи» — это эмигрантская история с небольшой любовной линией — вечный сюжет. Молодой русский парижанин межвоенных лет Андрей встречается с роковой красоткой Саломеей, которая вертит нашим безропотно влюблённым в неё славянином как игрушкой. Эта эгоцентричная девушка капризничает и доминирует над Андреем, напоминая ему каждый раз, что он её недостоин. Позже их пути расходятся…

Впервые опубликовано в «Новом журнале» (Нью-Йорк), 1959, № 58

В обзоре „Современные записки“ Николай Андреев писал: «Лишь относительно удачно „Счастье“ Гайто Газданова. Прекрасно начатый, отличный во многих своих частях, обнаруживающий глубину и силу авторского дыхания, как всегда у Газданова, полный психологического своеобразия, рассказ этот оказался растянутым, лишенным единства, перегруженным проблематикой, риторикой. Газданов отказался на этот раз от непрерывного повествования, столь удающейся ему плавной неторопливости рассказа. Он, однако, не перешел и к какой-либо конструктивности. Удар получился чересчур ослабленным».

Еще один недостаток обнаруживает Г. Адамович: «Г. Газданов пишет о французах. Это очень способный беллетрист, по блеску и какой-то постоянной удачливости письма стоящий рядом с Сириным или непосредственно после него. Его рассказ „Счастье“ местами очарователен. Но… налет „эсперантизма“ все-таки чувствуется. Андрэ Дорэн, его отец, Мадлен — все они чуть-чуть тронуты той схематичностью, которую никаким искусством скрыть нельзя. Характерно, между прочим, что в диалог Газданов то и дело вводит французские фразы. Зачем? — казалось бы. Ведь его герои французы, они только по-французски и говорят, следовательно, все их беседы даны как переведенные».

Впервые — Современные записки. 1932. № 49. Печатается по этой публикации.

В воспоминаниях рассказчика имя Татьяны Брак связано с чередой кровавых событий в России времен гражданской войны.

Рассказ приоткрывает «окно» в напряженную психологическую жизнь писателя. Эмоциональная неуравновешенность, умственные потрясения, грань близкого безумия, душевная болезнь — постоянные его темы («Возвращение Будды», «Пробуждение», фрагменты в «Вечере у Клэр» и др.). Этот небольшой рассказ — своего рода портрет художника, переходящего границу между «просто человеком» и поэтом; загадочный женский образ, возникающий в воображении героя, — это Муза или символ притягательной силы искусства, творчества.

Впервые — Современные записки. 1932. № 50. Печатается по этому изданию.

Архив Газданова. Тетрадь 3 — в ней две рукописи с одинаковыми заглавиями: «Третья жизнь» (обе — без даты). Первая, очень короткая (3 страницы), содержит эпиграф из А. С. Пушкина («Дар напрасный, дар случайный…», 1928):

Кто меня враждебной властью

Из ничтожества воззвал?

Другие тексты в тетради датированы январем-мартом 1932 г. Очевидно, эта датировка относится и к тетради в целом.

Впервые — Новая газета (Париж). 1931. № 3. 1 апр. Печатается по этой публикации. Архив Газданова. Тетрадь 1.

Впервые — Русские записки. 1938. № 11. Печатается по этой публикации. Архив Газданова. Тетрадь 6. Рукопись датирована: «Июль 1938».

Рассказ об одном из русских эмигрантов в Париже, незаурядном молодом человеке, который застрелился в назначенный им самим день, потому что жизнь тяжела и неинтересна.

Впервые — Воля России. 1930. Э 9.

Печатается по этой публикации.

Это действительно странный рассказ… Написан в стиле какой-то абсурдной клоунады, помесь Кафки и Чаплина. Будто некий стендапер из парижского кабаре в 1920-х решил рассказать о своих похождениях в Гражданскую и нескольких странных встречах со своим странным приятелем-шпионом.

Видимо, и сам Газданов не обольщался по поводу сего произведения: рассказ был напечатан анонимно, после того, как получил десятое место из одиннадцати на конкурсе малой прозы.

Последний законченный роман Газданова. В нем писатель создает особый «интровертный» художественный мир. В этом мире, даже при наличии «детективного» сюжета, главенствующая роль принадлежит не внешним событиям, но внутренней эволюции участников этих событий. Роман озаглавлен «Эвелина и её друзья», и о дружеских отношениях, дружеской поддержке в нем говорится заметно больше, чем в прочих произведениях Газданова.