Автор, жги! [Азы конфликтологии для сторителлеров]
Краткое введение в возможности конфликтологии для создания новых историй. Книга адресована писателям, сценаристам, гейм-дизайнерам и любым другим сторителлерам.
|
Вербариум [litres]
Вначале было Слово. Именно оно – самый драгоценный дар, полученный людьми. А потом начались сложные отношения между Человеком и Словом. В их дружбе, вражде и сотрудничестве родилась особая магия – ее-то мы теперь и называем литературой. Герои рассказов и повестей в этой книге – Буква, Слово, Речь, Текст, Книга. Думаете, жизнь этих героев скучна и правильна, как учебник грамматики? Нет! Она полна опасных и прекрасных приключений! И выстрелы прогремят, и бурные страсти вскипят, и снова схватятся в драке Добро и Зло. На то и фантастика, чтобы сказать наконец правду о боевом, решительном, побеждающем врагов и выручающем из беды друзей Слове. Думаете, это выдумка? Обернитесь – вот оно, Слово в десантном комбезе и с оружием в руке… |
Воспоминания старого органиста
Почему, рассказывая историю Гаммельнского крысолова, никогда не спрашивают: а откуда он пришел? Где его дом? Были ли у него самого дети? Куда он ушел? И почему матери в германских городках до сих пор с подозрением глядят вслед незнакомым музыкантам?
|
Восьмой ангел
На расследование неловкого политического казуса федеральный агент Цо сочла необходимым взять с собой консультанта по культуре. Не по местной культуре (кто ж знает, какая в той глуши культура?), а по культуре «вообще». Антрополог с планеты Китеж охотно соглашается на далекую полевую командировку. Он и не подозревает, насколько неспокойной будет работа с агентом Цо.
|
Где светло
«Больше всего я жалею, что ты мое письмо никогда не получишь. Не знаю, почему, но я его все время сочиняю, заучиваю наизусть. Некоторые слова меняю. Они от частого повторения становятся какими-то толстыми, как будто я все-таки пишу тебе письмо на бумаге и эти фразы обвожу снова и снова».
|
Где светло (сборник)
Сборник рассказов о людях (и не только), которые справляются со своей болью и страхами и находят способы сохранить себя перед лицом неизбежного.
|
Земля живых [сборник]
Эта книга посвящается памяти безвременно ушедшего от нас писателя Андрея Круза. Авторы рассказов, вошедших в антологию, не просто коллеги Андрея по писательскому ремеслу, а единомышленники, и тексты ими написаны в схожем ключе: боевая фантастика, где действие разворачивается в мире пост-апа, или зомби-апа, или попросту в смертельно опасных жизненных обстоятельствах, сваливающихся как снег на голову. Мужественные и брутальные герои этих произведений не страдают рефлексией, они и озабочены спасением не столько мира, сколько себя и своих близких. Причем зачастую делать это приходится с весьма ограниченным джентльменским набором: винтовка, десяток патронов к ней, пара банок тушенки… А еще – собственное неукротимое желание выжить и жить, назло всему, назло всей взбесившейся Вселенной. И они выживут. Или не выживут, но тогда погибнут без стыда за собственную слабость и трусость. |
Мир без Стругацких
«Фантастика – литература», – часто повторяли братья Стругацкие. И регулярно подтверждали верность тезиса своими книгами. Но что, если бы феномена Стругацких не случилось? Кто из больших прозаиков мог бы занять вакантное место советского «фантаста № 1»? Фазиль Искандер, Василий Аксёнов, Виктор Конецкий, Василий Шукшин, Юрий Коваль – или кто-то ещё? Какими темами и сюжетами обогатилась бы фантастическая литература, что обрела, а что потеряла? Эти альтернативные вселенные в антологии «Мир без Стругацких» исследуют Сергей Кузнецов, Дарья Бобылёва, Владимир Березин, Тимур Максютов, Ина Голдин и другие современные писатели (Василий Владимирский).
|
Мост [litres]
Любой мост – это труд, затраченный на создание близости между людьми. В предельном случае мосту безразлично, как далеко друг от друга в пространстве, времени или типе реальности те, кого он должен связать. Но постройка и поддержание в рабочем состоянии предельного инженерного сооружения – занятие не простое. Жил да был человек, который придумал себе такую жену, чтобы она могла выдержать всё, что ему сулило будущее. Вот только он забыл задаться вопросом – а выдержит ли эту женщину его будущее, сама его реальность, что будет с ним самим – и выстоит ли Мост. Содержит нецезурную брань. |
Мю Цефея. Дикий домашний зверь
«Мы в ответе за тех, кого приручили», «любишь меня — люби и мою собаку», «без кота и жизнь не та»… Домашние животные — источник радости и горя, груз ответственности и помощь в трудную минуту, из-за них мы ссоримся и миримся. А если внести в это сложное уравнение сказочных существ, инопланетных тварей, если научиться общаться с ними мысленно, если допустить, что у них есть сверхспособности… «Дикий домашний зверь» — альманах с удивительными историями от авторов, которые разбираются в этом вопросе.
|
Мю Цефея. Переломный момент (Мю Цефея. Альманах фантастики[1])
Переломный момент — самое интересное в любой истории. Это удивительные изменения, трансформации и открытия. Это выбор нового пути и поиск лучших решений. Встречайте первый выпуск альманаха «Мю Цефея»: сборник фантастических рассказов, героям которых пришлось искать выход из самых сложных ситуаций, лететь в космос и забираться под землю, отправляться в прошлое и будущее, ставить эксперименты и творить магию… А главное — переписывать правила и перекраивать себя, чтобы совершить невозможное. |
Родители королей
Автору однажды надоело, что если роман про любовь, от лица женщины и с хеппи-эндом — то рассчитан он обычно на не особенно умных читательниц. Как будто умным читательницам не нужен хеппи-энд.Ну вот, и автор села и написала сама женский роман для тех женщин, которые знают не только то, как переводится имя великанши Ангрброды, но и каково ее сердце на вкус. Надо же это зажевать хоть чем-нибудь.
|
Социальный эксперимент
Перед Вами — исследование максвелловского типа. Что будет, если из механизма наследования удалить генетический фактор? И кто такие наши родственники? Что они делают с нами?
|
Тара
Ася Михеева родилась и живет в Новосибирске. Писать фантастику пробовала ещё в начале девяностых, но потом надолго прекратила попытки. Вернулась в жанр уже в двухтысячных, участвовала в сетевых конкурсах, была членом мастер класса Андрея Лазарчука. Публиковалась в сборниках и альманахах. По основной профессии — преподаватель, читает курсы социальной психологии, религиоведения, конфликтологии. В «Мире фантастики» публиковались рассказы «Правдивая история Уинки Каттерби», «Овидий возвращается в Рим» и другие.
|
Тара
Ася Михеева родилась и живет в Новосибирске. Писать фантастику пробовала ещё в начале девяностых, но потом надолго прекратила попытки. Вернулась в жанр уже в двухтысячных, участвовала в сетевых конкурсах, была членом мастер класса Андрея Лазарчука. Публиковалась в сборниках и альманахах. По основной профессии — преподаватель, читает курсы социальной психологии, религиоведения, конфликтологии. В «Мире фантастики» публиковались рассказы «Правдивая история Уинки Каттерби», «Овидий возвращается в Рим» и другие.
|