Аргумент весомей пули (Чертополох [Корнев][4])
Я был глупым и слабым? Чёрта с два! Всего лишь не сумел разобраться со своими проблемами и наивно понадеялся укрыться от них на другом краю света. Увы, мои неприятности оказались сродни злющим псам, которые бегут по пятам и кусают за ноги. От таких не спрятаться, таких не задобрить куском колбасы и не обмануть чужой личиной — если только учуют, непременно догонят и порвут в клочья.И да – ищейки на мой след уже встали. Оторваться не получится, и едва ли я сумею подобрать достаточно убедительные аргументы, чтобы меня просто оставили в покое. А значит, придётся их всех убить. Иначе никак, ведь на кону стоит моя новая жизнь адепта и лекаря. Пусть чужого мне и не надо, но что моё — то моё!
|
Аспект белее смерти (Чертополох (Корнев)[1])
Я был… Да пожалуй, что и никем. Уличным оборванцем, одним из босяков Гнилого дома. По меркам добропорядочных обывателей — той же самой крысой, а для чинуш, купцов или тем паче тайнознатцев и вовсе пустым местом.Ну и плевать! Выбился бы в люди! Имелись задатки и доставало амбиций, а главное — была рядом та, ради которой хотелось своротить горы. Вот только кое-кто решил, что хватит уже Серому коптить небо, что пожил Серый — и будет.Зря! От прогулки на ту сторону я отвертелся и даже в прибытке остался, распалив в себе белый пламень колдовского таланта. И пусть нет-нет да и вспомнятся слова старой ведьмы «взял чужое — жди беды», но ещё посмотрим, что чужое, а что моё!
|
Аутодафе (Приграничье[7])
|
Без гнева и пристрастия (Город Осень[2])
Мир, расколотый на части. Железные дороги, пронзающие саму Вечность. Город, пойманный в плен бесконечной осени. Дождь, слякоть, грязь. А еще — яркие витрины магазинов, неоновые вывески казино и вереницы дорогих автомобилей. Город Осень не спит никогда, и никто не знает, что приключится в нем очередной беспокойной ночью. Прорвутся в подземку сущности? Взорвется подпольная алхимическая лаборатория? Проведут очередную акцию бомбисты? Или попросту гангстеры ограбят банк? Специальный комиссар полиции Виктор Грай расследует убийство племянницы члена городского совета, и чем больше узнает, тем отчетливей понимает, что некто затеял большую игру. Но кто этот таинственный кукловод и какова его истинная цель? Одна лишь власть или стремление заглянуть за ширму мироздания? Комиссар этого не знает. Как не знает, хватит ли ему самому выдержки завершить расследование без гнева и пристрастия…
|
Безликий (Всеблагое электричество[5])
Он не тот, за кого себя выдает, и настолько привык притворяться кем-то иным, что давно позабыл, как выглядит собственное лицо. Он не любит причинять людям боль, но не расстается с кастетом и выкидным стилетом. Он – Петр, Пьер, Пьетро и Питер, но никто не знает, каким именем нарекли его при рождении. Не знает этого даже он сам. А попробуй разберись с собственным прошлым, если перешел дорогу анархистам, гангстерам и заезжим чернокнижникам! В этом мире наука заняла место религии, пар и электричество сделали магию уделом изгоев, а сиятельные со своими сверхъестественными талантами лишены реальной власти. Но мечты механистов о золотом веке так и остались мечтами, и все явнее признаки приближающейся войны, равной по размаху которой человечество еще не знало… |
Безликий [Ознакомит.фрагмент] (Всеблагое электричество[5])
Он не тот, за кого себя выдает, и настолько привык притворяться кем-то иным, что давно позабыл, как выглядит собственное лицо. Он не любит причинять людям боль, но не расстается с кастетом и выкидным стилетом. Он – Петр, Пьер, Пьетро и Питер, но никто не знает, каким именем нарекли его при рождении. Не знает этого даже он сам. А попробуй разберись с собственным прошлым, если перешел дорогу анархистам, гангстерам и заезжим чернокнижникам! В этом мире наука заняла место религии, пар и электричество сделали магию уделом изгоев, а сиятельные со своими сверхъестественными талантами лишены реальной власти. Но мечты механистов о золотом веке так и остались мечтами, и все явнее признаки приближающейся войны, равной по размаху которой человечество еще не знало… |
Бессердечный (Сиятельный[2])
Некогда в этом мире властвовали падшие, но люди сбросили их тиранию и создали могучую империю с колониями, раскинутыми по всему свету. Власть метрополии сильна как никогда, но ее прошлое темно, а будущее смутно. Старые тайны способны в один миг уничтожить все, что создавалось годами, ведь от предательства не спасут ни армады броненосцев, ни груженные бомбами дирижабли.Ключ к одному из таких секретов по наследству и воле случая достается Леопольду Орсо, бывшему сотруднику сыскной полиции, а ныне частному детективу. Его талант сиятельного способен оживлять страхи, но и он не поможет выпутаться из паутины чужих интриг. Проигрыш грозит обернуться неминуемой гибелью, победа манит призрачным шансом уцелеть, душу разъедают старательно забытые воспоминания. А ведь он просто хотел получить причитающееся по праву рождения наследство.
|
Будни негодяев
|
Горючка (Приграничье[5])
|
Губитель живых (Дорогой мертвеца[6])
В виртуальности всё не по-настоящему. Ненастоящие орки не взаправду сражаются с ничуть не более реальными эльфами, жрецы понарошку накладывают благословения, а маги поражают врагов цифровыми иллюзиями боевых чар. Но любая игра — лишь часть чего-то несравненно большего, а люди всегда остаются людьми. Они непременно отыщут возможность извлечь выгоду или причинить вред, пусть даже для кого-то всё и закончится реальными потерями или смертью окончательной и бесповоротной. Я — Джон Доу, некромант и поводырь мёртвых. Но это лишь игровая личина, просто видимость и не более того. На деле я пущенная по следу ищейка. И что совсем уж нехорошо — интересы моих нанимателей отнюдь не ограничены одной только игрой… |
Губитель живых (Дорогой мертвеца[6])
В виртуальности всё не по-настоящему. Ненастоящие орки не взаправду сражаются с ничуть не более реальными эльфами, жрецы понарошку накладывают благословения, а маги поражают врагов цифровыми иллюзиями боевых чар. Но любая игра — лишь часть чего-то несравненно большего, а люди всегда остаются людьми. Они непременно отыщут возможность извлечь выгоду или причинить вред, пусть даже для кого-то всё и закончится реальными потерями или смертью окончательной и бесповоротной.Я — Джон Доу, некромант и поводырь мёртвых. Но это лишь игровая личина, просто видимость и не более того. На деле я пущенная по следу ищейка. И что совсем уж нехорошо — интересы моих нанимателей отнюдь не ограничены одной только игрой…
|
Дым, линзы и патентованный глушитель Максима [рассказ с AT] (Всеблагое электричество[6])
Действие рассказа происходит в мире Всеблагого Электричества. Особых спойлеров в нём нет, но читать лучше всё же после ознакомления с дилогией Сиятельный/Бессердечный. Засветится пара старых персонажей и один новый. Просто история одного убийства и кое-что ещё.
|
Жнец (Экзорцист[2])
Людям кружат голову богатство и власть, бесов манит огонь человеческих душ. Но и те и другие лишь марионетки скрывающегося во тьме кукловода. Игрока, для которого раздирающая Святые земли война не более чем способ добиться собственной цели. Вот только даже призрачные нити оставляют следы, а значит, рано или поздно рыцари плаща и кинжала нанесут ответный удар. И пусть холодная сталь бессильна против порождений Бездны, но иной раз грязные приемы в буквальном смысле слова творят чудеса.Агент тайной службы Себастьян Март получил еще один шанс, но по силам ли ему переиграть таинственного Жнеца? И не пожалеет ли он в итоге о несостоявшейся прогулке на эшафот?
|
Жнец (Экзорцист[2])
Людям кружат голову богатство и власть, бесов манит огонь человеческих душ. Но и те и другие лишь марионетки скрывающегося во тьме кукловода. Игрока, для которого раздирающая Святые земли война не более чем способ добиться собственной цели. Вот только даже призрачные нити оставляют следы, а значит, рано или поздно рыцари плаща и кинжала нанесут ответный удар. И пусть холодная сталь бессильна против порождений Бездны, но иной раз грязные приемы в буквальном смысле слова творят чудеса. Агент тайной службы Себастьян Март получил еще один шанс, но по силам ли ему переиграть таинственного Жнеца? И не пожалеет ли он в итоге о несостоявшейся прогулке на эшафот?
|
Земля живых [сборник]
Эта книга посвящается памяти безвременно ушедшего от нас писателя Андрея Круза. Авторы рассказов, вошедших в антологию, не просто коллеги Андрея по писательскому ремеслу, а единомышленники, и тексты ими написаны в схожем ключе: боевая фантастика, где действие разворачивается в мире пост-апа, или зомби-апа, или попросту в смертельно опасных жизненных обстоятельствах, сваливающихся как снег на голову. Мужественные и брутальные герои этих произведений не страдают рефлексией, они и озабочены спасением не столько мира, сколько себя и своих близких. Причем зачастую делать это приходится с весьма ограниченным джентльменским набором: винтовка, десяток патронов к ней, пара банок тушенки… А еще – собственное неукротимое желание выжить и жить, назло всему, назло всей взбесившейся Вселенной. И они выживут. Или не выживут, но тогда погибнут без стыда за собственную слабость и трусость. |
Зомби не летают
Тепло наших тел – это все, что отличает нас от НИХ? Но они же были нами, и, возможно, мир еще не потерян, если они помнят его. Неужели зомби-апокалипсис станет смертным приговором человечеству? Каждый рассказ сборника «Под знаком Z» ищет ответ на этот вопрос по-своему. Дмитрий Силлов, Павел Корнев, Андрей Левицкий и другие популярные и начинающие писатели по-своему раскрывают тему оживших мертвецов, но все их рассказы несут в себе заряд оптимизма и дружбы, любви и преданности.Это рассказы не о зомби, а о нас.
|
Инквизитор
Рассказ из сборника «Мир фантастики 2010. Зона высадки».
|
Инквизитор
За их плечами тысячелетний опыт войны, миллионы парсеков звездных дорог, сотни открытых миров, М63 и десятки забытых побед. Они высаживались на чужие планеты, и воевали на Земле с пришельцами из далекого космоса. Они теряли друзей. Они находили врагов. Убивали и спасали, нападали и защищали. Они остались в живых. Всем ветеранам космоса посвящается. Сборник фантастических рассказов «Мир фантастики 2010. Зона высадки».
|
Калибр имеет значение?
Представим. Подписан указ о свободном хранении и ношении огнестрельного оружия. Что произойдет потом, через день, месяц, год? Как изменится столь привычный для нас мир, когда у каждого встречного с собой может оказаться весомый крупнокалиберный аргумент? Станем ли мы обществом запуганных невротиков, что боятся сказать друг другу лишнее слово, или – наоборот – превратимся в страну без преступлений, с вежливыми и предупредительными гражданами? Издательство «Пятый Рим» представляет новый сборник остросюжетной социальной фантастики сообщества «Литературные проекты Сергея Чекмаева». По замыслу составителя рассказы сборника специально разнесены в два противоположных по смыслу раздела – «за» и «против». Пусть каждый читатель посмотрит на яркие картинки ближайшего будущего, нарисованные популярными писателями-фантастами, и сам решит, какая позиция ему больше подходит. |
Короткое лето (Хмель и Клондайк[4])
Приграничье — кусок нашего мира, вырванный в края вечного холода. Но даже текущая с севера стужа не способна полностью перекроить законы природы. Лето, пусть короткое и нежаркое, приходит и в Форт.У Николая Гордеева и Вячеслава Хмелева свои планы на лето. Одного манит таинственное озеро на северо-западе, другой хочет привести в порядок дела. Но случайности… без случайностей никуда. И очень скоро все пойдет совсем не так, как планировали приятели.
|