Здесь летающие машины соседствуют с магическими артефактами, волхвы полемизируют с церковью, а в университетах, на кафедрах философии и естествознания изучают теорию ментального манипулирования. Мобильные телефоны похожи на волшебные зеркала, наговоры рассчитываются на компьютерах, а в небе состязаются дирижабли и реактивные самолёты-«скаты». С момента появления в Хольмграде некоего Виталия Родионовича Старицкого, прошло семьдесят лет. Изрядно потревоженный неугомонным князем, мир успокоился и расслабился. Зря. Ведь если калитку можно открыть один раз, что помешает сделать это снова?

Снова попаданец, снова в Хольмград, но позже. Сильно позже. Век двадцать первый... прошу прощения, семьдесят пятый по местному летоисчислению.

Снова попаданец, снова в Хольмград, но позже. Сильно позже. Век двадцать первый... прошу прощения, семьдесят пятый по местному летоисчислению.

С момента появления в Хольмграде некоего Виталия Родионовича Старицкого прошёл не один десяток лет. Изрядно потревоженный неугомонным князем мир успокоился и расслабился. Зря. Ведь если калитку можно открыть один раз, что помешает сделать это снова? И вот она уже вновь скрипит, приветствуя ещё одного пришельца в мир Хольмграда. Что он принесёт с собой, какие перемены? Неизвестно. Пока неизвестно. Но волхвы уже довольно и многозначительно хмыкают, профессор Грац предвкушая потирает руки, а князь Старицкий… ну, он присмотрит за соотечественником. На всякий случай.

С момента появления в Хольмграде некоего Виталия Родионовича Старицкого, прошёл не один десяток лет. Изрядно потревоженный неугомонным князем, мир успокоился и расслабился. Зря. Ведь если калитку можно открыть один раз, что помешает сделать это снова? И вот она уже вновь скрипит, приветствуя ещё одного пришельца в мир Хольмграда. Что он принесёт с собой, какие перемены? Неизвестно. Пока неизвестно. Но волхвы уже довольно и многозначительно хмыкают, профессор Грац предвкушающе потирает руки, а князь Старицкий… ну, он присмотрит за соотечественником. На всякий случай.