Самый популярный писатель Америки написал для Playboy рассказ, полный двусмысленных оборотов и рискованных ситуаций.

Это — Чак Паланик, какого вы не то что не знаете — но не можете даже вообразить. Вы полагаете, что ничего стильнее и болезненнее «Бойцовского клуба» написать невозможно?Тогда просто прочитайте «Колыбельную»!...СВСМ. Синдром внезапной смерти младенцев. Каждый год семь тысяч детишек грудного возраста умирают без всякой видимой причины — просто засыпают и больше не просыпаются... Синдром «смерти в колыбельке»? Или — Смерть под «колыбельную»?Под колыбельную, которую, как говорят, «в некоторых древних культурах пели детям во время голода и засухи. Или когда племя так разрасталось, что уже не могло прокормиться на своей земле».Под колыбельную, которую пели изувеченным в битве и смертельно больным — всем, кому лучше было бы умереть. Тихо. Без боли. Без мучений...Это — «Колыбельная».

Это – Чак Паланик, какого вы не то что не знаете – но не можете даже вообразить. Вы полагаете, что ничего стильнее и болезненнее «Бойцовского клуба» написать невозможно? Тогда просто прочитайте «Колыбельную»! ...СВСМ. Синдром внезапной смерти младенцев. Каждый год семь тысяч детишек грудного возраста умирают без всякой видимой причины – просто засыпают и больше не просыпаются... Синдром «смерти в колыбельке»? Или – Смерть под «колыбельную»? Под колыбельную, которую, как говорят, «в некоторых древних культурах пели детям во время голода и засухи. Или когда племя так разрасталось, что уже не могло прокормиться на своей земле». Под колыбельную, которую пели изувеченным в битве и смертельно больным – всем, кому лучше было бы умереть. Тихо. Без боли. Без мучений... Это – «Колыбельная».

Это – Чак Паланик, какого вы не то что не знаете – но не можете даже вообразить. Вы полагаете, что ничего стильнее и болезненнее «Бойцовского клуба» написать невозможно?Тогда просто прочитайте «Колыбельную»!…СВСМ. Синдром внезапной смерти младенцев. Каждый год семь тысяч детишек грудного возраста умирают без всякой видимой причины – просто засыпают и больше не просыпаются… Синдром «смерти в колыбельке»?Или – СМЕРТЬ ПОД «КОЛЫБЕЛЬНУЮ»?Под колыбельную, которую, как говорят, «в некоторых древних культурах пели детям во время голода и засухи. Или когда племя так разрасталось, что уже не могло прокормиться на своей земле».Под колыбельную, которую пели изувеченным в битве и смертельно больным – всем, кому лучше было бы умереть. Тихо. Без боли. Без мучений…Это – «Колыбельная».

Одиннадцатый роман Чака Паланика. Одиннадцатый «бестселлер для интеллектуалов», в котором он изощренно и зло иронизирует над темой «Пигмалиона и Галатеи», а заодно — и над реалиями Голливуда. «Вечная неудачница» и вечный Пигмалион — престарелая Хейзи Куган, некрасивая и немыслимо одаренная актриса, чьим истинным призванием стало делать суперзвезд из бездарных старлеток. Ее любимая подопечная — ослепительная красавица и столь же ослепительная дура Кэтрин Кентон, которую вечно награждают за ничем не примечательные роли, вечно обольщают и используют, вышучивают — и обожают. И, наконец, — хваткий, циничный альфонс Уэбстер, у которого на Кэтрин Кентон — весьма далеко идущие планы… Из такого треугольника может выйти практически все, что угодно, — а выходит кое-что большее. Много большее.

От автора на „Боен клуб“

Най-провокативният съвременен автор отново изненадва с експериментаторските си похвати в своя оригинален смущаващо неудобен роман.

Светкавица. Дай ми внимание. Светкавица. Дай ми учудване.

Фотомоделът Шанън Макфарланд има всеотдаен годеник, хубав дом и купища маркови дрехи. Но при ужасен инцидент лицето й е обезобразено. Заедно с красотата Шанън губи всичко — дома, работата, приятелите, мъжа до себе си.

Светкавица. Дай ми самообладание. Светкавица. Дай ми разбиране.

Тогава на сцената се появява Бранди Александър — пристрастена към хапчета, нахална, силно гримирана дива на една операция разстояние от това да бъде „истинска“ жена.

Светкавица. Дай ми обожание. Светкавица. Дай ми втори шанс.

Бранди поема Шанън под несръчно голямото си крило, за да я научи, че щастието не е там, където го търси. А Шанън превръща Бранди в център на своя свят, за да изживее мечтите си чрез нея.

Светкавица. Дай ми брутална честност. Светкавица. Дай ми почивка!

„Невидими изчадия“ е хаплива и остроумна гротеска на фалшивите идеали за красота и повърхностния морал на обществото ни. Скандален, безсрамен и дързък — това е Чък Паланюк от най-висока класа!

"Невидимки".Роман, который Чак Паланик написал задолго до "Бойцовского клуба".Тогда эту книгу оценили очень немногие. Теперь - наконец-то! - стало ясно: Чак Паланик был хорош всегда. Просто время воспринять его прозу настало не сразу... Эту книгу ее рассказчица пишет собственной кровью. Когда ее читаешь, возникает ощущение, что собственной кровью ее написал Чак Паланик...

«Незримые твари», хронологически первый из законченных романов Паланика. Он вышел в свет в 1999 году, хотя был написан в 1994. Свой второй, прославивший его, роман «Бойцовский клуб» Паланик написал в знак протеста против того, что в своё время «Незримые твари» были отвергнуты всеми издательствами.Любовь, предательство, мелкое воровство, таблетки, пластическая хирургия и высокая мода наполняют страницы этого романа. Он даёт возможность почувствовать с чего начинал Паланик. Как формировался его фирменный стиль. Насколько хорош или плох был дебют и насколько были правы издатели, отказавшиеся печатать его, судить читателю.Данный перевод романа был выполнен А.М. Егоренковым. Оригинальное название романа «Invisible Monsters» было переведено им как «Незримые твари». В России впервые книга «Invisible Monsters» вышла в свет в переводе Волковой (издательство АСТ), под названием  "Невидимки".

Кто может написать так же, как Чак Паланик?А может, эти начинающие литераторы пишут даже лучше Паланика?Мастер лично отметил достижения молодых талантов, предоставив им место на своем фанатском веб-сайте в качестве дискуссионной площадки, и затем, отобрав лучших из лучших, смешал в палитре этого дебюта сатиру и хоррор, лирику и шок, курьез и мечту.Рассказы, представленные в этом сборнике, получили сотни отзывов со стороны профессионалов и обычных читателей, благодаря которым авторы смогли довести их до совершенства.

Шпионский роман ХХI века – по Чаку Паланику.

Это уже даже не смешно – это или истерически смешно, или попросту страшно.

Итак, группа старшеклассников из неназванной страны с режимом победившего тоталитаризма получает задание – под видом «студентов по обмену» внедриться в простые американские семьи среднего класса, затаиться и начать подготовку к массовому теракту…

Проблема в том, что они – как бы это поизящнее – морально устарели в своих устремлениях.

В Ад нельзя принести Апокалипсис – факт, в принципе, известный всем, кроме юных шпионов.

И еще неизвестно, кто и куда внедрится – и кто кому принесет глобальную катастрофу…

Шпионский роман 21 века — по Чаку Паланику. Это уже даже не смешно — это или истерически смешно, или попросту страшно.Итак — группа старшеклассников из неназванной страны с режимом победившего тоталитаризма получает задание — под видом «студентов по обмену» внедриться в простые американские семьи среднего класса, затаиться и начать подготовку к массовому теракту…Проблема в том, что они — как бы это поизящнее — морально устарели в своих устремлениях.В Ад нельзя принести Апокалипсис — факт, в принципе, известный всем, кроме юных шпионов.И еще неизвестно, кто и куда внедрится — и кто кому принесет глобальную катастрофу…

Шпионский роман 21 века – по Чаку Паланику. Это уже даже не смешно – это или истерически смешно, или попросту страшно. Итак – группа старшеклассников из неназванной страны с режимом победившего тоталитаризма получает задание – под видом “студентов по обмену” внедриться в простые американские семьи среднего класса, затаиться и начать подготовку к массовому теракту… Проблема в том, что они – как бы это поизящнее – морально устарели в своих устремлениях. В Ад нельзя принести Апокалипсис – факт, в принципе, известный всем, кроме юных шпионов. И еще неизвестно, кто и куда внедрится – и кто кому принесет глобальную катастрофу…

Невероятная, страшная и смешная история, которую каждый рассказывает по-своему. ДВАДЦАТЬ ТРИ «человека искусства», которые приняли заманчивое предложение на три месяца отрешиться от мирской суеты и создать ШЕДЕВРЫ, а попали в АД! Полуразрушенный подземный готический театр, в котором нет ни электричества, ни отопления… ЕДА НА ИСХОДЕ… Помощи ждать НЕОТКУДА… Выживает СИЛЬНЕЙШИЙ!

Невероятная, страшная и смешная история, которую каждый рассказывает по-своему.

Двадцать три «человека искусства», которые приняли заманчивое предложение на три месяца отрешиться от мирской суеты и создать шедевры – а попали в ад!

Полуразрушенный подземный готический театр, в котором нет ни электричества, ни отопления…

Еда на исходе…

Помощи ждать неоткуда…

Выживает сильнейший!

Невероятная, страшная и смешная история, которую каждый рассказывает по-своему. Двадцать три “человека искусства”, которые приняли заманчивое предложение на три месяца отрешиться от мирской суеты и создать шедевры – а попали в ад! Полуразрушенный подземный готический театр, в котором нет ни электричества, ни отопления… Еда на исходе… Помощи ждать неоткуда… Выживает сильнейший!

Добро пожаловать в ад! Для начала забудьте про кипящие котлы, ядовитый аромат серы и прочие ветхозаветные пошлости. В преисподней грешников ждет, в общем, вполне благоустроенная послежизнь — с маленькими нюансами. Как говорится, дьявол — в деталях. Тринадцатилетняя дочь голливудской кинозвезды Мэдисон Спенсер, совершившая самоубийство по девчоночьей дурости, не намерена прозябать в адском «болоте». Она ищет выход. А кто ищет, тот всегда найдет!..

Добро пожаловать в ад! Для начала забудьте про кипящие котлы, ядовитый аромат серы и прочие ветхозаветные пошлости. В преисподней грешников ждет, в общем, вполне благоустроенная послежизнь – с маленькими нюансами. Как говорится, дьявол – в деталях. Тринадцатилетняя дочь голливудской кинозвезды Мэдисон Спенсер, совершившая самоубийство по девчоночьей дурости, не намерена прозябать в адском «болоте». Она ищет выход. А кто ищет, тот всегда найдет!..

Искусство требует жертв.

Это заезженное выражение как нельзя лучше подходит к работе Митци, профессионального звукомонтажера-шумовика, которая снабжает Голливуд эксклюзивным товаром – пленками с записями душераздирающих криков и стонов, умоляющих всхлипываний и предсмертных хрипов. У этой хрупкой женщины тяжелая работа и полным-полно скелетов в шкафу, и потому ей хочется, чтобы ее хотя бы на время оставили в покое.

Но в покое ее не оставят.

Ни алчные голливудские продюсеры.

Ни свихнувшийся от горя отец, чья дочь бесследно исчезла несколько лет назад.

Ни правительственные агенты, убежденные в существовании той самой, единственной и смертельно опасной, пленки…