Сквозная тема работ М. К. Мамардашвили - феномен сознания, раскрытие духовных возможностей человека. М. К. Мамардашвили постоянно задавался вопросом - как человеку исполниться, пребыть, войти в историческое бытие. Составление и общая редакция Ю.П. Сенокосова.

Составивший эту книгу курс лекций о философии Канта был прочитан М. Мамардашвили в начале 1982 года в Москве.Читая лекции о своих любимых философах, Мераб Константинович никогда не предпринимал специальных усилий для их публикации. Единственное исключение – «Кантианские вариации». Он мечтал еще при жизни издать эту книгу, но обстоятельства сложились так, что только сейчас издательство «Аграф»' выпускает в свет это уникальное издание.

Составивший эту книгу курс лекций о философии Канта был прочитан М. Мамардашвили в начале 1982 года в Москве.Читая лекции о своих любимых философах, Мераб Константинович никогда не предпринимал специальных усилий для их публикации. Единственное исключение — «Кантианские вариации». Он мечтал еще при жизни издать эту книгу, но обстоятельства сложились так, что только сейчас издательство «Аграф» выпускает в свет это уникальное издание.

М.К. Мамардашвили — фигура, имеющая сегодня много поклонников; оставил заметный след в памяти коллег, которым довелось с ним общаться. Фигура тоже масштаба, что и А. А. Зиновьев, Б. А. Грушин и Г. П. Щедровицкий, с которыми его объединяли совместные философские проекты. "Лекции о Прусте" — любопытный образец философствующего литературоведения или, наоборот, философии, ищущей себя в жанре и языке литературы.

Лекции по античной философии. — М.: Фонд Мераба Мамардашвили, 2016.

ISBN 978-5-9905505-7-5Редактор

Елена МамардашвилиПубликуемые лекции Мераба Константиновича Мамардашвили (1930–1990) — один из курсов по истории философии, которые были прочитаны в 1978–1980 гг. студентам Всесоюзного государственного института кинематографии. Автор ставит перед собой задачу рассказать об истории философии как истории размышлений о предельных основаниях отношений человека и мира. В центре его внимания проблема бытия существующего, возникающая в пространстве древнегреческой мысли. Раскрывая бытие как нечто становящееся, автор прослеживает в размышлениях греческих философов фундаментальные принципы, лежащие в основаниях античного, а в последующем — европейского идеала мышления и понимания мира и человека.В оформлении обложки использован фрагмент работы из серии «Пророки» ( 2001 г.) Эрнста Неизвестного. © Е.М. Мамардашвили, 2009, 2016

© Фонд Мераба Мамардашвили, 2009, 2016

© Анна Грэм, 2016

В настоящем издании впервые публикуется курс лекций по социальной философии известного философа М.К. Мамардашвили (1930-1990). В этих лекциях он излагает свое понимание социальности, прослеживает сложные взаимосвязи между устройством общества, его функционированием и мышлением. Ни в одном другом своем тексте автор не утверждает столь прямо и последовательно зависимость мышления от включенности в отношения с другими людьми, от того, что он называет «со-общностью» и «со-бытием>. Речь в лекциях идет не столько о самом социальном порядке, сколько о том, что является вытесняемым, невидимым условием этого порядка, о тех силах совместного существования людей, которые не сводятся к функционированию государственных институций, и даже того, что называется гражданским обществом.Книга будет интересна не только философам, но и более широкому кругу образованных читателей.

Лекции о современной европейской философии были прочитаны Мерабом Константиновичем Мамардашвили студентам ВГИКа в 1978–1979 гг. В доходчивой, увлекательной манере автор разбирает основные течения философской мысли двадцатого столетия, уделяя внимание работам Фрейда, Гуссерля, Хайдеггера, Сартра, Витгенштейна и других великих преобразователей принципов мышления. Настоящее издание является наиболее выверенным на сегодняшний день и рассчитано на самый широкий круг читателей, интересующихся актуальными вопросами культуры.

В книге представлены лекции, прочитанные М.К. Мамардашвили (1930–1990) студентам ВГИКа в 1978–1979 гг. Текст основан на расшифровке аудиозаписей лекций. Из самих аудиозаписей на сегодняшний день Фонд Мераба Мамардашвили располагает записями 7–11 лекций; в соответствии с ними в настоящее издание внесен ряд исправлений по сравнению с публикацией 2010 г.

Внутренний сюжет «Очерка современной европейской философии» образует переплетение двух тем: единократное историческое событие рождения современности с ее специфическими возможностями и невозможностями и вечно возобновляющееся, но ничем не гарантированное событие сознания. Мамардашвили разбирает ситуацию становления неклассического мышления, особо останавливаясь на феноменологическом и психоаналитическом проекте. Осуществление акта сознания оказывается началом подлинной исторической жизни.

В оформлении обложки использованы работа Франциско Инфанте АРТЕФАКТЫ из цикла «Очаги искривленного пространства» (1979) и фотография Игоря Пальмина «Мераб Мамардашвили» (1980).

Мераб Мамардашвили рассматривает в этих лекциях сущность жизни, как усилия во времени, используя в качестве примера текст романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени».

Мераб Мамардашвили рассматривает в этих лекциях сущность жизни, как усилия во времени, испульзуя в качечтве примера текст романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени».

Эта книга представляет собой разговор двух философов. А когда два философа разговаривают, они не спорят и один не выигрывает, а другой не проигрывает. (Они могут оба выиграть или оба остаться в дураках. Но в данном случае это неясно, потому что никто не знает критериев.) Это два мышления, встретившиеся на пересечении двух путей — Декарта и Асанги — и бесконечно отражающиеся друг в друге (может быть, отсюда и посвящение «авторы — друг другу»).Впервые увидевшая свет в 1982 году в Иерусалиме книга М. К. Мамардашвили и A. M. Пятигорского «Символ и сознание» посвящена рассмотрению жизни сознания через символы. Понимание символа выводится за рамки семиотической трактовки символа как «знака чего-то другого». Символ — единственный способ войти в жизнь сознания, которое в понимании авторов есть предельный горизонт самого философствования. Метатеоретический подход к изучению сознания, развиваемый в книге, предлагает способ описания, открывающий возможность схватывания символической природы сознания, для чего вводятся понятия сферы, структуры и состояния сознания.

Впервые увидевшая свет в 1982 году в Иерусалиме книга М. К. Мамардашвили и A. M. Пятигорского «Символ и сознание» посвящена рассмотрению жизни сознания через символы. Понимание символа выводится за рамки семиотической трактовки символа как «знака чего-то другого». Символ — единственный способ войти в жизнь сознания, которое в понимании авторов есть предельный горизонт самого философствования. Метатеоретический подход к изучению сознания, развиваемый в книге, предлагает способ описания, открывающий возможность схватывания символической природы сознания, для чего вводятся понятия сферы, структуры и состояния сознания.

В настоящем издании собраны тексты, беседы, интервью и лекционные материалы М.Мамардашвили, посвященные или непосредственно связанные с анализом проблематики гражданского общества. Книга адресована для широкой читательской аудитории: преподавателям и учащимся, исследователям и экспертам, всем интересующимся социальной и политической проблематикой

Издаваемый впервые, настоящий курс лекций, или бесед, как называл их сам автор, был прочитан в 1986/1987 учебном году в Тбилисском университете.После лекционных курсов о Декарте, Канте, Прусте, а также по античной и современной философии, это был фактически последний, итоговый курс М. К. Мамардашвили, посвященный теме мышления, обсуждая которую, он стремился показать своим слушателям, опираясь прежде всего на свой жизненный опыт, как человек мыслит и способен ли он в принципе подумать то, чем он мыслит. Когда он не может посмотреть на это со стороны, а значит, использовать мысль в качестве инструмента в прагматических целях. И именно поэтому, считал М. К. Мамардашвили, мысль как таковая, когда она становится предметом философствования, никому не предназначена, из нее нельзя извлечь никакой пользы. Она не для просвещения, если человек сам не предпринял для этого личных усилий. То есть не отличил хотя бы раз в жизни понятие мысли от самой мысли, в которой, как он выражался, «ты отсутствуешь, но она есть», и следовательно, твоя задача, когда она озарила тебя, попытаться каким-то образом удержать ее, чтобы остаться человеком.