Главная героиня книги о самой книге:«Каждый поймет эту историю, как ему вздумается. Одни скажут, что это – сказка, другие – вмешательство во внутренние дела не только нашей страны, но и наших душ, а третьи сначала решат по обыкновению, что это их не касается… Но они будут неправы, потому что когда-то Акимуды должны были проявиться, и вот они проявились, не знаю уж в каком измерении, но зато точно здесь и сейчас, и они хотят с нами объясниться».

«Антология самиздата» открывает перед читателями ту часть нашего прошлого, которая никогда не была достоянием официальной истории. Тем не менее, в среде неофициальной культуры, порождением которой был Самиздат, выкристаллизовались идеи, оказавшие колоссальное влияние на ход истории, прежде всего, советской и постсоветской. Молодому поколению почти не известно происхождение современных идеологий и современной политической системы России. «Антология самиздата» позволяет в значительной мере заполнить этот пробел.

В «Антологии» собраны наиболее представительные произведения, ходившие в Самиздате в 50 — 80-е годы, повлиявшие на умонастроения советской интеллигенции. В сборнике представлен широкий жанровый и идеологический спектр, наилучшим образом показывающий разноплановость неподцензурной культуры. Кроме того, «Антология» дает представление о возникновении независимых общественных движений в СССР.

«О любви написано столько глупости, что скорее всего о ней вообще ничего не написано» – пишет Виктор Ерофеев в своей книге, стремясь заново постичь природу любви, описать рождение, блаженство, муки и смерть любви, рай и ад любовных отношений. Он видит современный мир как фабрику любви, на которой изготавливается коварный наркотик счастья. Книга дерзкая, по-ерофеевски яркая и беспощадная. Для миллионов заложников любви.

Читайте в этом выпуске:Жерар де Вилье. РЕКВИЕМ ДЛЯ ТОНТОН-МАКУТОВЖакмель сидел на корточках у открытого гроба. Мари-Дениз видела, как поднимается и опускается его мачете. Когда Жакмель достал из гроба большой черноватый зловонный шар и осторожно засунул его в пластиковый пакет, ее сотряс приступ тошноты. Теперь Жакмель мощными ударами вскрывал грудную клетку трупа — ему хотелось заполучить и сердце.— Когда мы уйдем, ты всем расскажешь, что видела, как я унес голову Франсуа Дювалье.Питер Устинов. ИГРА В ОСВЕДОМИТЕЛЯКак его звали? Его имя? Так ли уж важно, если за всю жизнь он сменил столько имен.И все же, как свойственно многим, ему хотелось выделить из них одно, главное, — ведь человеку нужны корни, а то без корней в жизни, как без якоря. Он написал мемуары. Но даже не представил рукопись на заключение компетентным властям, утверждая, что нет властей достаточно компетентных, чтобы выносить суждение о его книге или хотя бы подвергнуть ее цензуре.Флетчер Флора. ЗА ТЕ ЖЕ ДЕНЬГИЯ направился в библиотеку и стал ждать. Примерно минут через пять туда вошла Дульчи Кун.— Мистер Хэнд, — сказала она, — по-моему, я вполне ясно дала вам понять, что наши с вами дела закончены. Зачем вы снова пожаловали?— Я пришел к вам сообщить, что нашел Мирну. На мгновение в комнате воцарилась тишина, никто не двигался и не дышал…

Мы живём в мире схем и стереотипов. Это книга — авторский бунт против обыденного сознания, поиски свободы, детектив мысли. Исследуя разные культуры, нормы нравственности, законы веры и состояния души, автор выводит читателя из жизненной спячки. Его парадоксальные идеи и шоковые заключения, в конце концов, открывают путь на выход из лабиринта.

Жизнь — лабиринт, и. чтобы не жить и сумерках сознания, надо понять основополагающие вещи: смысл любви, тайну смерти, путь норы, отчаяния, знания. Это книга «проклятых вопросов», отпеты на которые автор ищет имеете с читателями. Для всех, кто хочет жать и думать.

Самый спорный писатель современности, автор романов «Русская красавица» и «Страшный суд», взял за объект новой книги мужчину.

Мужчина, утверждает Виктор Ерофеев, встречает XXI век с белым флагом капитуляции в руках. Это напоминает автору размахивание кальсонами. О русских мужчинах он пишет как об «облаке в штанах», но не в том нежном смысле, который имел в виду Маяковский, а как о фантоме: «Мы говорим на языке пустоты. Русский мужчина уже-еще не существует. Русский мужчина был, русского мужчины нет, русский мужчина может быть. Такова диалектика».

В 37 мозаичных текстах, которые собраны воедино темой и стилем на тонкой грани прозы и эссеистики, Виктор Ерофеев рассматривает мужчину в разных мыслимых и немыслимых позициях. Он пишет о культурных фасадах и шершавых изнанках женско-мужских отношений. Формулируя своеобразный кодекс мужчины, Виктор Ерофеев, как всегда, рассказывая о другом и других, с дерзкой откровенностью и самоиронией рассказывает о себе.

Издание книги осуществлено при содействии: Збигнева Шабуцкого.

У нас все заражены культом силы и культом насилия: власть, школа, интеллектуальная элита, бизнес, попса, церковь, простой народ – разница только в степени заражения. У одних, более просвещенных, развивается высокомерие, у других – просто культ кулака. Отморозки из подворотни выбирают силовые ведомства в качестве своей карьеры, становятся государственными мужьями со склонностью к мести и мучительству – и народ их любит, обожает, возводит в секс-символ, голосует за них от души и оправдывает во всем, потому что эти пацаны – наши, наше подобие, наши грезы.

Сборник под названием «Очарованный остров. Новые сказки об Италии» был задуман Ассоциацией «Премия Горького» в связи со 100-летним юбилеем первой публикации «Сказок об Италии» Максима Горького. Капри всегда притягивал к себе творческих людей, и Ассоциация решила внести свой вклад в литературную историю «Острова сирен». В течение 2012–2013 гг. ряду известных российских писателей было предложено совершить поездку на Капри и затем написать текст, связанный с этим островом. Составителем сборника стал известный итальянист и переводчик Геннадий Киселев, перу которого принадлежит вступительное эссе. В итоге крупнейшие современные авторы (от Максима Амелина до Владимира Сорокина) представлены в этой книге очень разными по жанру и стилю произведениями, которые объединяет один источник вдохновения — волшебный остров Капри.

Это и годы оттепели — время надежд и яркое вхождение в литературу, и годы «застоя», когда главный роман «Пушкинский дом» можно было прочесть только в самиздате. И перестройка, и «лихие» 1990-е, преобразования в стране — иное дыхание, изменения в прозе. Писатель-интеллектуал, уникальный собеседник — его афористичные мудрые фразы моментально разлетались по друзьям и знакомым, запоминались читателями.О том, что же такое была «эпоха Битова» и что за величина сам писатель, ставший классиком русской литературы, рассказывают в этой книге прозаики, поэты, журналисты, кинорежиссеры, актеры театра и кино. Среди них Дмитрий Быков, Соломон Волков, Александр Генис, Александр Кушнер, Сергей Соловьев, Вадим Абдрашитов, Юрий Беляев и многие другие.Предисловие В. Попова

«Пупок» — это рассказы о наших самых сокровенных желаниях, о которых обычно не говорят и не пишут, в которых не признаются даже самим себе. Владимир Сорокин назвал ерофеевскую «Жизнь с идиотом» «лучшим русским рассказом 20 века». Однако в своей новой коллекции рассказов «Пупок» писатель, не останавливаясь на достигнутом, отправляется в самые таинственные глубины внутреннего мира современного человека, извлекая из его подкорки энергию созидания и разрушения. «Подлинный писатель осмеливается делать то, что идет наперекор фундаментальным законам самодовольного общества». Именно к рассказам Ерофеева относятся эти слова французского мистика новейшего времени Жоржа Батая.

Роскошь волнует всех, даже тех, кто ее отрицает. Но в чем тайна роскоши — знают немногие. Книга Виктора Ерофеева погружает читателя в увлекательный мир новейшей роскошной жизни, связанной со знаменитостями, экзотическими путешествиями, любовными страстями, изысканными извращениями, романтикой и вероломством. Хотите разобраться в жизни, в истинных и ложных ценностях, понять, что почем, стать верным самому себе? — читайте эту книгу о «самом дорогом».

Классика отечественной литературы XX века. Книга, признанная практически эталонным произведением русскоязычного постмодернизма. "Русская красавица". Роман-калейдоскоп. Хаос фантасмагории, изложенный во всем великолепии подлинной сказовой прозы. Когда-то это знаковое произведение Виктора Ерофеева стало причиной настоящего литературного скандала. Но времена изменились. Налет скандальности давно исчез - осталось лишь обаяние таланта Ерофеева.

Это книга об основных русских ценностях, которые в сумме составляют нашу самобытность, нашу гордость, наше счастье, нашу религию, наш бред — наш апокалипсис.

Это книга об основных русских ценностях, которые в сумме составляют нашу самобытность, нашу гордость, наше счастье, нашу религию, наш бред — наш апокалипсис.