Лондон… Бомбежки… Органист, играющий по воскресеньям в церкви… Мистер Краггс, похожий на жабу и его очаровательная жена Лори……Высокоморальный мистер Краггс…© Sashenka http://fantlab.ru

Евгений Замятин в 20-е годы прошлого века был одним из известнейших литераторов, новатором в прозе, с удивительно широким творческим диапазоном — гротескные сатирические произведения, сказки-притчи, рассказы из жизни русской провинции, фантастический роман. В глухую советскую эпоху Замятин был изгнан из отечественной литературы и вернулся в нее уже в новейшее время

Лучшее из всей публицистики парижского периода Замятина — обширное исследование «Москва—Петербург» (1933), выделяющееся тонким сарказмом сопоставлений, независимостью суждений и чувством меры и вкуса в оценках.

Евгений Замятин в 20-е годы прошлого века был одним из известнейших литераторов, новатором в прозе, с удивительно широким творческим диапазоном — гротескные сатирические произведения, сказки-притчи, рассказы из жизни русской провинции, фантастический роман. В глухую советскую эпоху Замятин был изгнан из отечественной литературы и вернулся в нее уже в новейшее время

Печатается по тексту журнала «Знамя», 1988, N 5, 6.

«Мы». Самая прославленная антиутопия Замятина. Одна из самых знаменитых антиутопий мира. От «Мы» отталкивался, по его собственным словам, Олдос Хаксли в своем «Дивном новом мире». Без «Мы» не существовало бы поразительного романа «1984» Оруэлла. «Славное будущее» по Замятину… Мир, в котором быть личностью – уже преступление.Печатается по тексту журнала «Знамя», 1988, N 5, 6.

Самая прославленная антиутопия Замятина. Одна из самых знаменитых антиутопий мира.

«Славное будущее» по Замятину…

Мир, в котором быть личностью — уже преступление.

«Мы».Самая прославленная антиутопия Замятина. Одна из самых знаменитых антиутопий мира.От «Мы» отталкивался, по его собственным словам, Олдос Хаксли в своем «Дивном новом мире».Без «Мы» не существовало бы поразительного романа «1984» Оруэлла.«Славное будущее» по Замятину…Мир, в котором быть личностью – уже преступление.

После появления в печати ранних повестей Замятина о нем громко заговорила критика, ставя его имя в один ряд с Буниным, Пришвиным, Куприным. Реалистические образы ранних повестей Замятина поднимаются до символизма, до обобщений, за которыми ощущается вечное противоборство добра и зла.В своих произведениях, которые стали ярчайшим художественным документом времени, Замятин стремился к «настоящей правде», которая, по Достоевскому, «всегда неправдоподобна».

Евгений Замятин в 20-е годы прошлого века был одним из известнейших литераторов, новатором в прозе, с удивительно широким творческим диапазоном — гротескные сатирические произведения, сказки-притчи, рассказы из жизни русской провинции, фантастический роман. В глухую советскую эпоху Замятин был изгнан из отечественной литературы и вернулся в нее уже в новейшее время.

Уникальное собрание статей знаменитого русского писателя и публициста, автора великой антиутопии «Мы» Евгения Замятина, размышляющего о литературе и писательском мастерстве. Публицистика Замятина – это вдумчивые, внимательные тексты, совмещающие в себе живость и непосредственность творческого ума и глубокий анализ различных аспектов литературы и особенностей писательского ремесла. Это увлекательное чтение, позволяющее не только глубже понять подход Замятина к литературе и увидеть уникальность его видения искусства письма, но и почерпнуть ценные советы, которые помогут в собственных литературных опытах.

Евгений Замятин в 20-е годы прошлого века был одним из известнейших литераторов, новатором в прозе, с удивительно широким творческим диапазоном — гротескные сатирические произведения, сказки-притчи, рассказы из жизни русской провинции, фантастический роман. В глухую советскую эпоху Замятин был изгнан из отечественной литературы и вернулся в нее уже в новейшее время.

«…Которые мальчики очень умные – тем книжки дарят. Мальчик Вовочка был очень умный – и подарили ему книжку: про марсиан.Лег Вовочка спать – куда там спать: ушки – горят, щечки – горят. Марсиане-то ведь, оказывается, давным-давно знаки подают нам на землю, а мы-то! Всякой ерундой занимаемся: историей Иловайского. Нет, так больше нельзя…»

«… Впервые с огнем и мечом против свободной, еретической мысли Инквизиция выступила в первой половине тринадцатого века в Южной Франции. Здесь было тогда самостоятельное Тулузское графство – с богатыми городами Тулуза, Альби, Каркассон и другими. Под южным солнцем, на плодородной земле – здесь жилось хорошо и свободно, насколько вообще могла быть свобода при феодальном строе. Дряхлеющее католичество, уверенное в своей непогрешимости, решило силою оружия и костров загнать непокорных еретиков в свой рай. …»

В настоящую книгу замечательного русского писателя Е.Замятина вошла повесть «Островитяне».После появления в печати ранних повестей Замятина о нем громко заговорила критика, ставя его имя в один ряд с Буниным, Пришвиным, Куприным. Реалистические образы ранних повестей Замятина поднимаются до символизма, до обобщений, за которыми ощущается вечное противоборство добра и зла.В своих произведениях, которые стали ярчайшим художественным документом времени, Замятин стремился к «настоящей правде», которая, по Достоевскому, «всегда неправдоподобна».