55 лет назад в полнолуние выпал снег, потом начался самый жаркий из дней лета, который закончился зеленым закатом. В радиусе 16 миль заржавела вся алюминиевая фольга, а стекло стало блестеть, как нефтяная пленка на воде. Тогда очеловечились 18 кроликов – изменились, выросли и приобрели человеческие формы.

Почему? Это шутка высших сил? Или средство, чтобы заставить возгордившихся своей уникальностью людей задуматься?

Но наша история начинается, когда семья Кроликов переселяется в городок, где им не рады.

В долгие Зимы человечество научилось впадать в спячку, принимая препарат, чтобы не видеть сны, предварительно запасая жирок и обрастая зимней шерстью.

Чарли Уортинга больше не устраивает быть «мальчиком на побегушках» в Приюте, и он решается поступить на службу Зимним Консулом, охранять людей во время спячки. Опасная работа приводит его в Двенадцатый сектор, где люди видят одинаковые «вирусные» сны. Уортингу предстоит закончить расследование убитого по его вине наставника. Легенды о Зимнем люде здесь становятся суровой реальностью, и все оказывается еще сложнее.

Futures and Pasts, Fearless and Frightening.

This is a must-read collection for all fans of sci-fi, fantasy, and horror. A celebration of legacy and endurance.

• Bizarre remains of a lost civilisation emerge from the ice.

• The ghosts of a drowned town wait to be awakened.

• A witch with a dragon problem.

• What Elvis will do to protect his fellow artists from annihilation.

• An ancient spaceship carries the last, fragmented memories of Earth.

• Broken souls of the dead are passed on to the new-born.

These and many more tales showcase the hopes, remnants, and fears of humanity.

Having been diagnosed with terminal cancer, Aiki Flinthart reached out for works from as many of her favourite authors as would answer the call. And many did.

Between these pages you’ll find stories by some of the world’s best science fiction, fantasy, and horror writers. Find new favourite authors and re-join old friends.

Their fabulous works are threads woven with a sure hand into a tapestry of the weird, the worrying, and the wonderful that make up mankind.