Проза Сергея Носова – это всегда игра. Хулиганство трех молодых бездельников превращается в акт современного искусства, а прочтение за трое суток полного собрания сочинений Достоевского – в начало новой жизни героя. Но главным действующим лицом у блестящего стилиста Носова всегда остаются русский язык и Петербург.В книгу вошли романы «Член общества, или Голодное время» и «Грачи улетели».

Проза Сергея Носова – это всегда игра. Хулиганство трех молодых бездельников превращается в акт современного искусства, а прочтение за трое суток полного собрания сочинений Достоевского – в начало новой жизни героя. Но главным действующим лицом у блестящего стилиста Носова всегда остаются русский язык и Петербург.В книгу вошли романы «Член общества, или Голодное время» и «Грачи улетели».

«Он. Прости, но на презентацию нового тренажера ты пойдешь, похоже, одна. У меня заболела нога, и я не смогу тебе составить компанию.Она. Нога? Правая или левая?Он. Правая.Она. А в каком месте, дорогой?Он. Вот здесь. И здесь. Особенно ниже колена.Она. Надо вызвать доктора…»

«Милости просим. Заходите в пестрый мир нового русского счастья… Вы и сами не заметите, как в погоне за его призраком окажетесь в сладком уединении, в чужом городе – однако ненадолго; как поколотите замучившего всех гада, как будете ждать рождения нового человека, как встретите брата из армии, жадными ложками будете глотать свадебный торт, запивая испанским хересом, – словом, заживете жизнью героев всех помещенных в сборнике историй».

В сборник вошли новые рассказы известных писателей (Н. Абгарян, М. Степновой, А. Гениса, М. Москвиной, Е. Бабушкина и многих других), стихотворения М. Степановой, К. Капович, П. Барсковой, С. Гандлевского, Л. Оборина, Д. Воденникова, Д. Быкова, а также лучшая проза выпускников Школы литературного мастерства «Creative Writing School».

«Полуслужебное помещение.Кресло. Перед ним стол – массивный, письменный – более старый, чем старинный; наверняка списан. На столе – телефонный аппарат, на своем веку немало повидавший (послышавший).На полу стоит высокий предмет, накрытый простыней. Похоже на столб.Кривобокая табуретка – для мебели.Входит ОН – с корзиной в руке.Заурядная внешность…»

Необычная книга о «тайной жизни» памятников, несомненно, спровоцирует петербургского читателя на дополнительные прогулки по городу, а не петербургского – на посещение Петербурга. Написана она другом и доброжелателем памятников писателем Сергеем Носовым. Сравнить ее можно разве что с увлекательными книгами о животных, в среде которых подолгу живет исследователь.4-е издание.

Сергей Носов – писатель, поэт, лауреат ряда литературных и театральных премий (премия им. Гоголя, премия им. Андрея Толубеева, премия «Национальный бестселлер» и др.), финалист премий «Большая книга» и «Русский Букер». Его книга написана в жанре «другого краеведения», но одновременно это и явление художественной прозы. Занимательность, легкость повествования, неповторимая авторская интонация, ненавязчивый юмор, свежий и неожиданный взгляд на вещи, от которых не принято ждать ничего интересного, – все это есть в новой работе Носова. Герои книги – в основном не самые известные, малоизвестные и вообще не известные (есть и такие в Петербурге) памятники. Все они «живут» напряженной и скрытой от неподготовленного наблюдателя жизнью, часто вступая в контакт с людьми и окружающей средой. По существу, эта книга не столько о памятниках, сколько о нас и нашей истории, о том, что часто называют «иронией истории», о странностях истории, ее трагизме и неповторимости.Книга богато иллюстрирована оригинальными фотографиями автора.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

«Владимир 1. Здравствуйте, нельзя ли попросить Ирину?Ирина 1. Это я.Владимир 1. А меня Володя зовут. Владимир. Ира, вы напечатали, по-моему, остроумное объявление, вот я по нему и звоню. Мне дали в бюро ваш телефон.Ирина 1. Здравствуйте, Володя. Рада слышать вас.Владимир 1. Ну, тогда я вдвойне рад, если вы рады, потому что вы мне уже нравитесь.Ирина 1. Вы меня не видите…»

Прозаика и драматурга Сергея Носова не интересуют звоны военной меди, переселения народов и пышущие жаром преисподни трещины, раскалывающие тектонические плиты истории. Носов — писатель тихий. Предметом его интереса были и остаются «мелкие формы жизни» — частный человек со всеми его несуразностями: пустыми обидами, забавными фобиями и чепуховыми предрассудками. Таков и роман «Фигурные скобки», повествующий об учредительном съезде иллюзионистов, именующих себя микромагами. Каскад блистательной нелепицы, пронзительная экзистенциальная грусть, столкновение пустейших амбиций и внезапная немота смерти — смешанные в идеальной пропорции, ингредиенты эти дают точнейший слепок действительности. Волшебная фармакопея: не фотография — живое, дышащее полотно. Воистину Носов умеет рассмешить так, что начинаешь пугаться своего смеха.

Трудно подобрать в мировой литературе более непохожих героев, чем ветхий слуга Фирс из «Вишнёвого сада» и молодой Фортинбрас, сверхуспешный норвежский принц из «Гамлета». В новом романе Сергея Носова, лауреата премии «Национальный бестселлер», оба имени относятся к одному лицу. Недаром автор – король абсурда. Вряд ли эта книга обманет ожидания знатоков и ценителей творчества писателя: это всё тот же неподражаемый Носов, умеющий удивлять.

Каждая книга Сергея Носова – прозаика и драматурга, финалиста «Русского Букера» и «Национального бестселлера» – это творческий эксперимент, игра с умным читателем.Герои нового романа – детский поэт, позитивный психиатр, страдающая манией ревности семейная пара и загадочная Франсуаза – отправляются в Индию, на встречу с брахманом Гириш-бабой. А в Петербурге накануне их отъезда происходят весьма странные события…«Франсуаза, или Путь к леднику», по признанию автора, «роман о странностях жизни, ее внезапностях и причудливости».

Трудно представить, куда бы могла повернуть мировая История, если бы не был востребован полвека назад исключительный дар прорицательницы Е. В. Ковалевой, простой советской женщины, мечтавшей о домашнем уюте. Вопрос в другом — в ее втором муже М. Подпругине: допустимо ли персонажу романа редактировать автора?

Ответ утвердительный. «Хозяйка истории» — крепчайший сплав реальности с вымыслом, здесь возможно все.

За двадцать лет после журнальной публикации романа очень много изменилось на нашей планете. Изменился и сам роман — вырос, окреп, дописался. При всей его эксцентричности, он не намерен выглядеть сумасбродным, пусть хоть трижды безумным будет этот чокнутый мир.