Анатомия научно-фантастического рассказа
В работе рассматривается историческое движение стратегий сочетания событийного сюжета и фантастических элементов в русском фантастическом рассказе XX века: от «демонстрации» чудесного до глобальной рефлексии над последствиями чудесного.
|
Бессмертие: странная тема русской культуры
О бессмертии как проблеме научной, которым занимаются представители так называемого иммортализма, и проблеме философской, мировоззренческой. Дается краткий обзор истории русского иммортализма от Радищева, написавшего тракта «О человеке, его смертности и бессмертии», до Федорова и его пропагандистки Светлане Семеновой, а также описывается нынешнее состоянии иммортализма, по-прежнему пытающегося разрешить главный вопрос бытия: нужно ли человеку бессмертие, и не лишает ли человека перспектива его бессмертия того, что мы называем смыслом жизни.
|
Постмодернистские игры вокруг нацизма и коммунизма
Фантастические романы на тему недавней истории России и Европы как признак утраты исторического настоящего и будущего.
|
Постмодернистские игры вокруг нацизма и коммунизма [размышления над фантастическими романами 2013—2015 годов]
«…«драйвером» развития фантастики, посвященной реальным историческим событиям и прошлым эпохам русской истории, всегда была пусть косвенная, но легко просматриваемая связь с актуальной политической повесткой дня. Это относится даже к самым низкопробным писаниям про пришельцев из будущего, ставших советниками товарища Сталина. Поэтому невозможно отделаться от ощущения, что постмодернистская фаза в развитии русскоязычной историко-политической фантастики наступила после того, как — или, по крайней мере, синхронно с тем — после прекращения серии массовых протестов в России вообще рассыпались последние останки «политики», после того, как все, кто ею интересовались в России, почувствовали свое бессилие и отрыв от хода истории. Кажется, что постмодернизм является симптомом и инструментом декаданса». |
Ремейк, фанфикшн, мэшап: литература эпохи повторения
«Ремейк очень «культурный» жанр — он боится забыть свои истоки, он как некий столбовой дворянин ведет учет своих предков — и в силу этого он больше напоминает симптом вырождающейся культуры: истинный творец, если не является подлинно оригинальным, должен быть хотя бы невежественным».На обложке: Винсент Ван Гог. Автопортрет 1889. Ремейк Сета Джонсона.
|
Философия и психология фантастики
Настоящая монография рассматривает фантастику не только как вид литературы, но и как феномен культуры и мышления. Автор пытается ответить на вопросы: что такое фантастика, чем она привлекательна для человека, как существование фантастики предопределено человеческими желаниями и какие стратегии объяснения и оправдания фантастических феноменов характерны для современной фантастической литературы. В книге делается попытка выявить значение характерной для фантастики идеи множественности миров. Также в монографии анализируются некоторые бытующие в современной российской фантастике социально-политические парадигмы.Книга будет представлять интерес для культурологов, философов, филологов, а также для всех, кто интересуется фантастикой.
|
Философия и психология фантастики
|