Ежегодная антология Гарднера Дозуа традиционно собирает под одной обложкой лучшие образцы жанра – повести и рассказы, завоевавшие престижные награды, заслужившие высокие оценки критиков и любовь читателей. Известный составитель сборников и бесспорный знаток научной фантастики Гарднер Дозуа не только неустанно следит за творчеством прославленных мастеров, но и обладает уникальным талантом открывать новые имена. В этом выпуске представлено тридцать два произведения, принадлежащих перу таких авторов, как Брюс Стерлинг, Пол Макоули, Питер Уоттс, Роберт Чарльз Уилсон, Йен Макдональд, Адам Робертс, Джон Райт и многих других. Замечательный подарок для истинных ценителей качественной фантастики!

История о сверхкиберизированной Японии будущего. Закономерное «техногенное» развитие идей флеш-моба и воспитания виртуальных питомцев тамагочи.

Шедевр альтернативной истории, краеугольный камень субкультуры стимпанка («парового панка»), единственный пример полновесного сотворчества двух жанровых революционеров, которым тесны рамки любого жанра. «Машина различий» – это широкомасштабная, полифоничная панорама мира, в котором одновременно с промышленной революцией произошла революция информационная, так что компьютер явился на век раньше положенного. Мира, в котором Чарльз Бэббидж построил свою разностную машину, а власть у аристократии перехватили лорды-радикалы во главе с Байроном. Мира, в котором палеонтологи-катастрофисты ожесточенно спорят с униформистами, возглавляемая Карлом Марксом коммуна взяла власть в Нью-Йорке, вычислительные мощности измеряются суммарной длиной зацепления медных шестеренок, Лондону грозит экологическая катастрофа, а бунтовщики-луддиты предоставляют конспирологам богатую пищу для размышлений…

Шедевр альтернативной истории, краеугольный камень субкультуры стимпанка («парового панка»), единственный пример полновесного сотворчества двух жанровых революционеров, которым тесны рамки любого жанра. «Машина различий» – это широкомасштабная, полифоничная панорама мира, в котором одновременно с промышленной революцией произошла революция информационная, так что компьютер явился на век раньше положенного. Мира, в котором Чарльз Бэббидж построил свою разностную машину, а власть у аристократии перехватили лорды-радикалы во главе с Байроном. Мира, в котором палеонтологи-катастрофисты ожесточенно спорят с униформистами, возглавляемая Карлом Марксом коммуна взяла власть в Нью-Йорке, вычислительные мощности измеряются суммарной длиной зацепления медных шестеренок, Лондону грозит экологическая катастрофа, а бунтовщики-луддиты предоставляют конспирологам богатую пищу для размышлений…

Роман У. Гибсона и Б. Стерлинга "Машина различий" – яркое произведение киберпанк-литературы. Авторы ведут читателя в тот мир, который бы возник, если бы компьютер был изобретен в первой половине XIX века.Альтернативная история ("что было бы, если..."), рассказанная в романе, накладывается на типичные черты традиционного английского романа: детективный сюжет, разнообразные социальные типы, судьба молодой женщины. Наряду с вымышленными персонажами действуют исторические лица.

Роман У. Гибсона и Б. Стерлинга "Машина различий" – яркое произведение киберпанк-литературы. Авторы ведут читателя в тот мир, который бы возник, если бы компьютер был изобретен в первой половине XIX века.

Альтернативная история ("что было бы, если…"), рассказанная в романе, накладывается на типичные черты традиционного английского романа: детективный сюжет, разнообразные социальные типы, судьба молодой женщины. Наряду с вымышленными персонажами действуют исторические лица.

И вновь авантюристы лезут в прошлое.

Эта лихая фантазия о путешествиях во времени... Безудержная энергия, едкая политическая сатира — верные признаки того, что авторы хотят поговорить о наболевшем: об Америке, о странах третьего мира, о «развитии» и «эксплуатации». А также о фантастике — о том, что энергичность и веселье присущи ей по праву рождения.Образ Вольфганга Амадея Моцарта особенно созвучен нынешнему десятилетию: композитор фигурирует в кинофильмах, в бродвейских пьесах, в музыкальных видеоклипах, а также в фантастике. Любопытный случай культурной синхронности. Нескладно что-то в восьмидесятых. И никуда нам всем не деться.

Впервые под одной обложкой лучшие научно-фантастические повести и рассказы последних лет!Возрождению жанра в его традиционном понимании посвящают себя такие мастера, как Артур Кларк, Брюс Стерлинг, Дэвид Брин, Вернор Виндж, Фредерик Пол и многие другие. Уникальная альтернативная реальность, созданная силой их воображения, завораживает читателя масштабными космическими сражениями и чудесами невероятных научных открытий. Таинственные инопланетные миры и загадочные порождения киберпространства, достижения суперинтеллекта и человеческого духа — на страницах новой антологии серии «Лучшее»! Блистательная современная проза Ренессанса научной фантастики!Большинство произведений впервые выходят на русском языке и в новых, более адекватных переводах!

Постиндустриальное общество против цивилизации майя. Кто одержит верх?

«Тому, кого это, возможно, когда-нибудь коснется...». Коснется непременно, если мы наконец-то не задумаемся о будущем и не попытаемся хоть что-то исправить. Нельзя отмахиваться от физических закономерностей природы, нельзя равнодушно взирать на изменения климата. Настанет день, и природа отомстим нам. Без пощады...

США второй половины нынешнего века. Белые американцы стали национальным меньшинством. Бюджетный дефицит. Заставы на дорогах. Орды биотехнологических кочевников. Плюс к этому еще и холодная война с Голландией. Государство практически недееспособно: бал правят Чрезвычайные комитеты. Государство почти умерло, но политика все еще жива. И в ней еще работают трезвые люди, такие как главный герой романа, Оскар Вальпараисо. Прекрасный организатор с успешной карьерой и искренним желанием возродить Америку из пепла распада. Он уверен в том, что сможет решить все проблемы Америки. Только вот может ли он решить собственную проблему? Проблему человека, который даже не может сказать о себе, что был когда-либо рожден…Картина будущего в романе Стерлинга может показаться совершенно чуждой только тем, кто не видит его истоков уже здесь, в настоящем. Достаточно оглянуться по сторонам!