От классической новеллы с головоломкой, которую читатель решает вместе с ее героями, до криминального триллера, полного неожиданных поворотов сюжета, — в сборник вошли только лучшие английские детективы. Кто-то из 32 выдающихся авторов Туманного Альбиона, как Агата Кристи или Артур Конан Дойл, в представлении не нуждается, кто-то станет настоящим открытием.

От классической новеллы с головоломкой, которую читатель решает вместе с ее героями, до криминального триллера, полного неожиданных поворотов сюжета, — в сборник вошли только лучшие английские детективы. Кто-то из 32 выдающихся авторов Туманного Альбиона, как Агата Кристи или Артур Конан Дойл, в представлении не нуждается, кто-то станет настоящим открытием.

Молодой провинциальный врач поведал Питеру Уимзи загадочную историю о том, как лишился своей практики из-за таинственного криминального случая… Три года назад он отказался подписывать свидетельство о естественной смерти одной богатой старушки. Здесь явно работал преступник-профессионал — следов убийства обнаружить не удалось… Поведал — и исчез. Не сообщив ни своего имени, ни адреса. Однако детектив Уимзи и его друг Паркер заинтригованы, как никогда. Расследование обещает быть жарким! Одно идеальное убийство (естественная смерть — не подкопаешься) следует за другим. Под подозрением — человек изощренного ума, буйной фантазии и леденящей кровь жестокости…

Dorothy Lee Sayers "Unnatural Death" (1927) Пер. с англ. И.Д. Голыбиной. М.: ООО ТД «Издательство Мир книги», 2007 Молодой провинциальный врач поведал Питеру Уимзи и Паркеру историю о том, как он три года назад лишился своей практики, отказавшись подписать свидетельство о смерти одной пожилой богатой леди. Подозрение врача пало на ее племянницу, которая унаследовала все состояние тетушки. Но что-либо доказать не удалось. Уимзи и Паркер, тем не менее, были заинтригованы и попытались потянуть за ниточку. Но клубок оказался чрезвычайно запутанным: одно идеальное убийство потянуло за собой другое, третье…

В сборник вошли литературные работы и воспоминания наиболее известных представителей «детективного» жанра от Конан Дойла и Агаты Кристи до Буало-Нарсежака и Борхеса. Это отнюдь не академические труды, а, напротив, блестящие, острополемические сочинения, где прекрасное знание предмета, проникновение в его «тайны» сочетается с юмором, самоиронией, и читаются они столь же увлекательно, как и представляемый ими жанр.Книга рассчитана на широкого читателя.

Дороти Ли Сэйерс — одна из самых популярных писательниц детективного жанра «золотого века» английской литературы, как и главные герои ее рассказов — сэр Питер Уимзи, детектив-аристократ, и коммивояжер лорд Монтегью Эгг.Англия времен Дороти Л. Сэйерс во многом изменилась, но и ныне одним из истинных удовольствий, заставляющих брать в руки ее книги, является желание постичь суть человеческой природы, которую никакое время изменить не может, хотя наши представления и восприятие мира волею обстоятельств становятся иными. Да и преступления — более жестокими…

Золотой век британского детектива — это Г. К. Честертон, Агата Кристи, Дороти Л. Сэйерс; это автор «Винни-Пуха» А. А. Милн, поэт Сесил Дэй-Льюис, а также множество очень разных и оригинальных авторов, многие из которых совершенно неизвестны русскому читателю. Все они принадлежали к одному кругу, общались, дружили и превратили написание детективов в увлекательную интеллектуальную игру. Они создали Детективный клуб с целой системой правил и ритуалов, сочиняли коллективные опусы и пытались разгадывать реальные преступления. Все это легкомысленное, веселое творчество пришлось главным образом на двадцатые-тридцатые годы XX века — мирный промежуток между двумя страшными войнами. Тревожная, бесшабашная, ностальгическая эпоха застыла в детективных рассказах, словно муха в янтаре, — читателю остается лишь перевернуть страницу и погрузиться в этот интереснейший мир. Книга проиллюстрирована рисунками из журналов 1920-1930-х годов, снабжена предисловием, комментарием и глоссарием в картинках.

Чтобы скоротать ночное путешествие, Пендер оторвался от увлекательного детектива и вступил в беседу с попутчиком, внешность и манеры которого показались ему подозрительными. То же, что он услышал от собеседника, было не только подозрительным, но и пугающим, правдоподобным, неотвязным. Пендер больше не мог избавиться от этого знания. Теперь он знал, как это делается!