В особняке барона Редена найден труп неизвестного мужчины. На лице убитого — алая маска…Алексей Колосков, старший кандидат на судебные должности, приступает к расследованию своего первого дела. Но загадочные происшествия весьма усложняют расследование преступления. Неужели в деле замешаны сверхъестественные силы?!Старинный портрет рыжеволосой фрейлины оживает, таинственное романтическое свидание заканчивается кошмаром, мертвец в алой маске преследует Колоскова… Молодая баронесса Реден считает, что ее прапрабабка — фрейлина с портрета — с того света вмешивается в события этих дней. Неведомые злые силы стараются представить Алексея соучастником преступления.Какая тайна скрыта под алой маской? Сможет ли молодой следователь разгадать ее?Книга издается в авторской редакции

Елена Топильская — в прошлом следователь с многолетним опытом, автор сценариев всеми любимых телесериалов «Тайны следствия» — описывает механизм раскрытия особо опасных преступлений. В реальных историях, посвященных ведению самых сложных дел, автор покалывает кропотливую работу следователя с уликами, раскрывает причины преступных замыслов.Профессионально точно прописаны тонкости труда криминалистов и судебных медиков, шаг за шагом приближающих завершение судебного дела.

Когда я узнала, что моя книга будет называться «Танцы с ментами», я возмутилась и стала объяснять, что сам работник милиции имеет право обзывать себя как угодно — «мент поганый», «мент обреченный» и т. п. А я работник прокуратуры, и героиня моя — работник прокуратуры, поэтому слово «мент» на обложке моей книги будет выглядеть по меньшей мере неэтично. Я сопротивлялась как могла. Но мое дилетантское мнение было побеждено железной волей профессионалов от книгоиздания. Поэтому мне остается только принести свои извинения работникам милиции, к которым я отношусь с величайшим уважением и никогда не называю их ментами (хотя, признаюсь, танцевала).

Когда я узнала, что моя книга будет называться «Танцы с ментами», я возмутилась и стала объяснять, что сам работник милиции имеет право обзывать себя как угодно — «мент поганый», «мент обреченный» и т. п. А я работник прокуратуры, и героиня моя — работник прокуратуры, поэтому слово «мент» на обложке моей книги будет выглядеть по меньшей мере неэтично. Я сопротивлялась как могла. Но мое дилетантское мнение было побеждено железной волей профессионалов от книгоиздания. Поэтому мне остается только принести свои извинения работникам милиции, к которым я отношусь с величайшим уважением и никогда не называю их ментами (хотя, признаюсь, танцевала).