Волна красной смерти прокатилась по стране и миру. Все, кто мог умереть – умерли. Кому написано было на роду выжить – живы. Всё?.. Нет. Смертельная болезнь – это не самое страшное. Куда страшнее сам человек будущего. Пастырь, вернувшийся в умирающий родной город, в надежде найти живыми жену и сына, и не думал, что ему придётся воевать. Да ещё воевать с таким противником. Содержит нецензурную брань.

Впервые я заметил её, когда она ещё была личинкой. Финал «Пневматика-2013».

Небольшой рассказ — фантасмагория, тем более абсурдная, чем более обыденным воспринимается все происходящее действующими лицами. Абсурдность действия нарастает от вполне себе нормального события (человек решил покончить с собой) до полного маразма, и в то же время, по сути, не происходит ничего, что выходило бы за рамки нашей современной обыденной реальности (ну, разве что образ ее чуть гипертрофирован).В тексте присутствует ненормативная лексика.

В сборник вошли рассказы в жанре магического реализма, мистицизма, абсурда. Герои рассказов, выпав из обыденной реальности в другое её измерение, даже не замечают этого и продолжают жить, как ни в чём не бывало, не ведая, что правила игры изменились. А может быть, они просто возвращаются в настоящую реальность из мира по другую сторону? Кто знает, каков на самом деле тот мир, в котором мы живём… или нам кажется, что живём?

Чёрная морда мощного «Ленд Крузера» оскалилась навстречу, грозно рыча, возвышаясь над жалкой синей «десяткой», в которой стремительно искажался и серел лицом Иван Фёдорович...

Мосты бывают разные. И, хотя назначение у всех одно - соединять, нередко они разъединяют. Но есть один мост, который даже пропасть между разными мирами способен сделать твердью. И его ничем не разрушить.

Биоапокалипсис.За нарушения работы ЖКТ и возможную нестабильность психологического состояния читателя авторы ответственности не несут.Присутствует обсценная лексика!

Авторская версия. Журнал «Химия и жизнь», № 9-2013 г. Благодарность за иллюстрацию Е. Станиковой (Химия и жизнь — XXI век).

Из этого санатория не сбежишь. Если даже сумеешь уйти за колючую проволоку, и караульный тебя не заметит, то как проберёшься ты через Гадские топи и Тухлую падь? А ведь впереди тебя ещё ждёт Промзона. И вернуться назад уже невозможно. Нет, из этого санатория не сбежишь. Из него одна дорога – в другую жизнь. Но твоя это жизнь или нет, да и жизнь это или смерть – никто не знает.

Апокалипсис был вчера.

Главный герой, скромный инженер Витлав Эриксон, просыпается однажды утром не в своей постели, не в своём доме и вообще, кажется, не в своей жизни. Странные обитатели мрачного дома в один голос твердят, что он никакой не инженер, и даже не Витлав Эриксон вовсе, а учитель музыки Якоб Скуле. В обстановке мрачного абсурда с припахом сюра несчастный пытается сохранить свою идентичность и не сойти с ума. Удастся ли ему?..