Американская каша
|
Белогвардеец
|
Белочка и Тамарочка
|
Верую…
Вошедшие в книгу произведения Л. Пантелеева (1908–1987), классика советской литературы для детей, не предназначались автором для прижизненной публикации: их безоглядная исповедальность и правдивость слишком резко контрастировали с общественными нравами застойной эпохи. Кроме автобиографических записок «Верую…» в книгу включена также документальная повесть «Дочь Юпитера» — о дочери последнего петроградского военного диктатора генерала С. Хабалова, в неожиданном ракурсе освещающая интереснейшие страницы нашей истории.
|
Гвардии рядовой
|
За всех маленьких в мире
В сборник входят публицистические произведения А. Толстого, М. Шолохова, И. Эренбурга, написанные во время Великой Отечественной войны.
|
Заколдованная буква
В сборник вошли юмористические рассказы известных советских писателей разных поколений — М. Зощенко, Л. Пантелеева, Л. Кассиля, Н. Носова, Ю. Сотника, М. Лоскутова, В. Драгунского и других. Многие из представленных здесь произведений были написаны еще в тридцатых годах и стали классическими, их знают не только современные дети, но и их дедушки и бабушки, которые тоже смеялись, читая когда-то эти весёлые истории. Эту книгу можно рекомендовать и для семейного чтения. Она воспитывает у читатели чувство юмора.
|
Зеленые береты
«Я никогда не был пионером, хотя по возрасту вполне мог не один год, а даже несколько лет носить красный галстук. И мало того, что я сам не состоял в пионерской организации, какое-то время я считал всех юных пионеров своими смертельными врагами».
|
Л. Пантелеев — Л. Чуковская. Переписка (1929–1987)
Переписка Алексея Ивановича Пантелеева (псевд. Л. Пантелеев), автора «Часов», «Пакета», «Республики ШКИД» с Лидией Корнеевной Чуковской велась более пятидесяти лет (1929–1987). Они познакомились в 1929 году в редакции ленинградского Детиздата, где Лидия Корнеевна работала редактором и редактировала рассказ Пантелеева «Часы». Началась переписка, ставшая особенно интенсивной после войны. Лидия Корнеевна переехала в Москву, а Алексей Иванович остался в Ленинграде. Сохранилось более восьмисот писем обоих корреспондентов, из которых в книгу вошло около шестисот в сокращенном виде. Для печати отобраны страницы, представляющие интерес для истории отечественной литературы.Письма изобилуют литературными событиями, содержат портреты многих современников — М. Зощенко, Е. Шварца, С. Маршака и отзываются на литературные дискуссии тех лет, одним словом, воссоздают картину литературных событий эпохи.
|
Мы знали Евгения Шварца
Евгений Львович Шварц, которому исполнилось бы в октябре 1966 года семьдесят лет, был художником во многих отношениях единственным в своем роде.Больше всего он писал для театра, он был удивительным мастером слова, истинно поэтического, неповторимого в своей жизненной наполненности. Бывают в литературе слова, которые сгибаются под грузом вложенного в них смысла; слова у Шварца, как бы много они ни значили, всегда стройны, звонки, молоды, как будто им ничего не стоит делать свое трудное дело.Он писал и для взрослых, и для детей. Однако во всех случаях, когда он обращался к детям, к нему внимательно прислушивались взрослые. В свою очередь, все, что он писал для взрослых, оказывалось, несмотря на свою глубину, доступным детскому пониманию. Все его большие и малые психологические открытия были рождены его никогда не старевшим интересом к людям. Ом был одним из самых жизнелюбивых писателей нашего времени. Он любил дерзкий человеческий труд, радость отдыха, могучую силу человеческого общения со всеми его испытаниями и превратностями. Вместе с тем ни о ком другом нельзя сказать с такой же уверенностью, как о нем, что он знал цену трудностям жизни, понимал, как нелегка борьба со всеми и всяческими мерзостями, узаконенными собственническим миром; ему было хорошо известно, как упорен и живуч человек — собственник, как изворотлив лжец и как отвратителен злобный и бесшабашный устроитель собственного благополучия.Истинное значение созданного Евгением Шварцем, цельность и неиссякающая сила его творческого наследия стали понятны, как это случается нередко, только после того, как его самого не стало. И вместе с этим возник естественный и непрерывно усиливающийся интерес к личности художника, который так скромно и по — человечески просто прожил свою творческую жизнь. Интерес к личности писателя всегда таков, каков сам писатель.Интерес к Евгению Шварцу далек от поверхностной и равнодушной любознательности, порождаемой столь же поверхностными и столь же равнодушными писательскими репутациями. Любовь к Шварцу — писателю стала также любовью к нему как к человеку, на редкость живому, открытому для всех.Любовью к нему, как к писателю и человеку, продиктована эта книга, авторами которой выступают его друзья, сверстники и литературные спутники, режиссеры, ставившие его пьесы и сценарии, актеры, воплощавшие созданные им образы. Каждый из авторов старается восстановить живые черты ушедшего художника и помочь сохранению в памяти читателей и зрителей его живого и сияющего облика. Сделать это не просто, но хочется думать, что их усилия не окажутся напрасными.
|
Не умеешь — не прочтешь
«Веселые рассказы и стихи, скороговорки, занимательные картинки, вопросы, задачи и игры» из серии «Школьная библиотека для нерусских школ»
|
Новенькая. Рассказы
Сборник рассказов о детях. О том как самые лучшие человеческие качества - честность, храбрость, достоинство - проявляются не только в исключительных обстоятельствах, но и в самой обычной, будничной обстановке. Художники Л. Гольдберг и И. Харкевич. СОДЕРЖАНИЕ: «Новенькая» «Честное слово» «На ялике» «Главный инженер» «Первый подвиг» «Платочек» |
Орлята [Рассказы]
В сборнике — рассказы советских писателей, представляющих литературу разных национальностей нашей Родины. Детство юных героев этих произведений совпало с событиями Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны. Они становятся участниками борьбы за свободу и счастье трудового народа. К 70-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Для детей младшего и среднего школьного возраста. |
Писательница Лидия Будогоская
|
Республика Шкид
«Республика Шкид» – добрая и веселая книга о беспокойных жителях интерната для беспризорных, об их воспитателях, о том, как хулиганы и карманные воришки превращаются в людей, поступки которых определяют понятия «честь», «совесть», «дружба».
|
Республика Шкид
|
Республика Шкид (сборник)
Авторы этой книги – сами бывшие беспризорники. Детство и юность их пришлись на тяжелое и голодное время, они пытались выжить, как и тысячи других оборванцев, кому судьбой было уготовано стать попрошайками, грабителями и бандитами. Лишь чудом не скатились они на самое дно жизни. И чудо это впоследствии назвали загадочным словом «Шкид».
|
Республика Шкид (сборник)
Авторы этой книги – сами бывшие беспризорники. Детство и юность их пришлись на тяжелое и голодное время, они пытались выжить, как и тысячи других оборванцев, кому судьбой было уготовано стать попрошайками, грабителями и бандитами. Лишь чудом не скатились они на самое дно жизни. И чудо это впоследствии назвали загадочным словом «Шкид».
|
Часы
|
Честное слово. Рассказ
«Тут у нас пороховой склад. А ты будешь часовой. Дай честное слово, что не уйдешь». Я дал и вот стою. Так ответил мальчик, заинтересованному прохожему. Уже наступает ночь, но он дал слово, а обещанное надо выполнять. Как помочь мальчишке, который верит в искренность и честность, если дал слово, то выполняет его полностью. Художник Иван Иванович Харкевич. |