Натан Гласс перебирается в Бруклин, чтобы умереть. Дни текут размеренно, пока обстоятельства не сталкивают его с Томом, племянником, работающим в букинистической лавке. «Книга человеческой глупости», над которой трудится Натан, пополняется ворохом поначалу разрозненных набросков. По мере того как он знакомится с новыми людьми, фрагменты рассказов о бесконечной глупости сливаются в единое целое и превращаются в историю о значимости и незначительности человеческой жизни, разворачивающуюся на фоне красочных американских реалий нулевых годов. «Бруклинские глупости» – это неторопливое и искреннее повествование от одного из самых значительных американских писателей.

Представьте себе не названный, но явный Нью-Йорк после не названной, но всеобъемлющей катастрофы, с полностью разрушенной инфраструктурой, населенный преимущественно бомжами. Для отчаявшихся существуют клубы самоубийц, предлагающие интересные пути выхода, и отнюдь не бесплатно. Кругами этот ада проходит молодая девушка, пытающаяся отыскать своего брата и находящая любовь в залах Центральной библиотеки, обращенной в неприступную цитадель…

Через полгода после того, как он потерял жену и двух сыновей в авиакатастрофе, профессор Дэвид Зиммер сидит в алкогольном ступоре перед телевизором – и вдруг видит отрывок из старого немого фильма с комиком Гектором Манном, без вести пропавшим в 1929 году на взлете своей звездной карьеры. Стряхнув оцепенение, Зиммер объезжает Америку и Европу, чтобы посмотреть все редкие копии сохранившихся манновских короткометражек, и пишет биографию этого полузабытого комедианта. Вскоре он получает письмо, из которого следует, что вроде бы Гектор Манн еще жив и просит его приехать. Что, если это не розыгрыш?..

Через полгода после того, как он потерял жену и двух сыновей в авиакатастрофе, профессор Дэвид Зиммер сидит в алкогольном ступоре перед телевизором – и вдруг видит отрывок из старого немого фильма с комиком Гектором Манном, без вести пропавшим в 1929 году на взлете своей звездной карьеры. Стряхнув оцепенение, Зиммер объезжает Америку и Европу, чтобы посмотреть все редкие копии сохранившихся манновских короткометражек, и пишет биографию этого полузабытого комедианта. Вскоре он получает письмо, из которого следует, что вроде бы Гектор Манн еще жив и просит его приехать. Что, если это не розыгрыш?..

Впервые на русском — один из наиболее знаковых романов прославленного Пола Остера, автора интеллектуальных бестселлеров «Нью-йоркская трилогия» и «Книга иллюзий», «Ночь оракула» и «Тимбукту».

Неписаное правило гласит: каждый большой американский писатель должен выпустить роман о терроризме. И когда его друг Дон Делилло написал «Мао II», Пол Остер ответил «Левиафаном», где неуловимый нью-йоркский интеллигент разъезжает по провинциальным городкам и взрывает макеты статуи Свободы, где любовь к одной женщине не разводит старых приятелей, а еще теснее сближает, где проказливое альтер эго всегда готово перехватить управление и выбить вашу жизнь из накатанной колеи.

На задворках «эпохи джаза», в стороне от гангстеров и бутлеггеров, кудесник Мастер Иегуди обучает малолетнего гопника Уолта летать – в прямом смысле и в переносном. Исполненная сильных чувств и неожиданных поворотов волшебная история – от признанного волшебника снова, знаменитого автора «Тимбукту» и «Нью-йоркской трилогии».

На задворках «эпохи джаза», в стороне от гангстеров и бутлеггеров, кудесник Мастер Иегуди обучает малолетнего гопника Уолта летать — в прямом смысле и в переносном. Исполненная сильных чувств и неожиданных поворотов волшебная история — от признанного волшебника снова, знаменитого автора «Тимбукту» и «Нью-йоркской трилогии».

На задворках «эпохи джаза», в стороне от гангстеров и бутлеггеров, кудесник Мастер Иегуда обучает малолетнего гопника Уолта летать — в прямом смысле и в переносном. Исполненная сильных чувств и неожиданных поворотов волшебная история — от признанного волшебника слова, знаменитого автора «Тимбукту» и «Нью-йоркской трилогии».

На задворках «эпохи джаза», в стороне от гангстеров и бутлеггеров, кудесник Мастер Иегуда обучает малолетнего гопника Уолта летать — в прямом смысле и в переносном. Исполненная сильных чувств и неожиданных поворотов волшебная история — от признанного волшебника слова, знаменитого автора «Тимбукту» и «Нью-йоркской трилогии».

Один из наиболее знаковых романов прославленного Пола Остера, автора интеллектуальных бестселлеров «Нью-йоркская трилогия» и «Книга иллюзий», «Ночь оракула» и «Тимбукту».

Пожарный получает наследство от отца, которого никогда не видел, покупает красный «Сааб» и отправляется колесить по всем Соединенным Штатам Америки, пока деньги не кончатся. Подобрав юного картежника, он даже не догадывается, что ему суждено стать свидетелем самой необычной партии в покер на Среднем Западе, и близко познакомиться с камнями, из которых был сложен английский замок пятнадцатого века, и наигрывать музыку эпохи барокко на синтезаторе в тесном трейлере.

Роман был экранизирован Филипом Хаасом — известным интерпретатором таких произведений современной классики, как «Ангелы и насекомые» Антонии Байетт, «На вилле» Сомерсета Моэма, «Корольки» Джона Хоукса, «Резец небесный» Урсулы Ле Гуин.

Один из наиболее знаковых романов прославленного Пола Остера, автора интеллектуальных бестселлеров «Нью-йоркская трилогия» и «Книга иллюзий», «Ночь оракула» и «Тимбукту».

Пожарный получает наследство от отца, которого никогда не видел, покупает красный «Сааб» и отправляется колесить по всем Соединенным Штатам Америки, пока деньги не кончатся. Подобрав юного картежника, он даже не догадывается, что ему суждено стать свидетелем самой необычной партии в покер на Среднем Западе, и близко познакомиться с камнями, из которых был сложен английский замок пятнадцатого века, и наигрывать музыку эпохи барокко на синтезаторе в тесном трейлере.

Роман был экранизирован Филипом Хаасом — известным интерпретатором таких произведений современной классики, как «Ангелы и насекомые» Антонии Байетт, «На вилле» Сомерсета Моэма, «Корольки» Джона Хоукса, «Резец небесный» Урсулы Ле Гуин.

Случайный телефонный звонок вынуждает писателя Дэниела Квина надеть на себя маску частного детектива по имени Пол Остер. Некто Белик нанимает частного детектива Синькина шпионить за человеком по фамилии Черни. Фэншо бесследно исчез, оставив молодуюжену с ребенком и рукопись романа «Небыляндия». Безымянный рассказчик не в силах справиться с искушением примерить на себя его роль. Впервые на русском – «Стеклянный город», «Призраки» и «Запертая комната», составляющие «Нью-йоркскую трилогию» – знаменитый дебют знаменитого Пола Остера, краеугольный камень современного постмодернизма с человеческим лицом, вывернутый наизнанку детектив с философской подоплекой, романтическая трагикомедия масок.

рите неголеми романа, обединени в тази книга, осигуриха пробива на своя автор в най-новата белетристика на САЩ, наложиха го като свръхинтересно явление в нея, като самобитен, но предан продължител на идеите и традициите, изразени от Хоторн, Мелвил, Торо… Роден в 1947 г. Пол Остър прибягва до криминалната интрига, за да създаде странни и необичайни творби, изпълнени с причудливи човешки характери и съдби, със сънища и реминисценции, с незаличимите следи, които детството оставя в душата. „Лабиринти с огледални стени“, така нарича романите му критиката, но макар ориентирането в ходовете им да не е съвсем лека задача, Остър предлага висококаратно четиво, което едновременно увлича и захранва с идеи. Наред с „Нюйоркска трилогия“ в много страни на света са издадени и „Лунен палат“, „Музиката на случайността“, „Левиатан“.

Произведенията на Пол Остър са преведени на шестнадесет езика.

Сияющая, страстная, экспансивная, эмоциональная демонстрация силы, отличная от всего, что он когда-либо писал.

Сансет Парк исследует надежды и страхи незабываемых персонажей, объединенных таинственной Майлс Хеллер, в черные месяцы экономического коллапса 2008 года:

Загадочный молодой человек, работающий мусорщиком в южной Флориде, одержим фотографированием тысяч брошенных жилищ, оставленных выселенными семьями.

Группа молодых людей самовольно поселившихся в Сансет Парк, Бруклин.

Больница для Сломанных Вещей, которая специализируется на ремонте артефактов исчезнувшего мира.

Классика Уильяма Уайлера Лучшие годы нашей жизни 1946-го года.

Знаменитая актриса готовится вернуться на Бродвей.

Независимый издатель отчаянно пытается спасти свой бизнес и свой ​​брак.

Таковы лишь несколько нитей, которые Остер волшебно сплетает в этом быстро развивающемся повествовании о современной Америке и ее призраках. Сансет Парк — удивительное подтверждение того факта, что Пол Остер один из величайших ныне живущих писателей.

Незамысловатая история жизни и трагической гибели чудаковатого поэта и его четвероногого друга рассказана Остером с классической простотой, мягкой проникновенностью и сдержанной печалью. Подобно другим книгам этого американского писателя, сценариста и режиссера, «Тимбукту» относится к произведениям о непреходящих ценностях: высоких целях, искренних, но недостижимых идеалах, — а следовательно, несет в себе частицу лучших образцов мировой литературы.

Незамысловатая история жизни и трагической гибели чудаковатого поэта и его четвероногого друга рассказана Остером с классической простотой, мягкой проникновенностью и сдержанной печалью. Подобно другим книгам этого американского писателя, сценариста и режиссера, «Тимбукту» относится к произведениям о непреходящих ценностях: высоких целях, искренних, но недостижимых идеалах, — а следовательно, несет в себе частицу лучших образцов мировой литературы.

«Храм Луны» Пола Остера — это увлекательная и незабываемая поездка по американским горкам истории США второй половины прошлого века; оригинальный и впечатляющий рассказ о познании самих себя и окружающего мира; замечательное произведение мастера современной американской прозы; книга, не требующая комментария и тем более привычного изложения краткого содержания, не прочитать которую просто нельзя.

Майский выпуск «ИЛ» целиком посвящен Уильяму Шекспиру (1564–1616), чья четырехсотлетняя годовщина смерти широко отмечается мировым культурным сообществом. И называется номер «И снова Бард…»

Один человек.

Четыре параллельные жизни.

Арчи Фергусон будет рожден однажды. Из единого начала выйдут четыре реальные по своему вымыслу жизни — параллельные и независимые друг от друга. Четыре Фергусона, сделанные из одной ДНК, проживут совершенно по-разному. Семейные судьбы будут варьироваться. Дружбы, влюбленности, интеллектуальные и физические способности будут контрастировать. При каждом повороте судьбы читатель испытает радость или боль вместе с героем.

В книге присутствует нецензурная брань.