fb2
Философско-публицистический роман-диалог о социально-политическом устройстве мира: от императорского Рима 804 г. AUC, через колониальные империи XIX века до коллективистической Европейской Федерации 2770 г. от Р. Х.
Анатоль Франс (1844-1924) – один из тех писателей, чье творчество представляет собой своеобразную историю Франции. В художественном наследии французского мастера огромное место занимают новеллы. Рассказы – его стихия. Писатель конца XIX – начала XX века во многом близок тем, кого он почитал и у кого он учился: литераторам-гуманистам эпохи Возрождения.
В книгу вошли произведения известных французских писателей XIX–XX веков. В центре повествования непременно оказывается либо психологическая загадка, либо поразительное и непременно трагическое событие в жизни человека, окутанное к тому же покровом таинственности.
Число истинно художественных произведений на эту тему невелико, но они есть и еще будут долго доставлять истинное удовольствие читателям, которых привлекают феномены, происходящие на границе возможного.
Анатоль Франс — классик французской литературы, мастер философского романа. В «Острове пингвинов» в гротескной форме изображена история человеческого общества от его возникновения до новейших времен. По мере развития сюжета романа все большее место занимает в нем сатира на современное писателю французское буржуазное общество. Остроумие рассказчика, яркость социальных характеристик придают книге неувядаемую свежесть.
Анатоль Франс — классик французской литературы, мастер философского романа. В «Острове пингвинов» в гротескной форме изображена история человеческого общества от его возникновения до новейших времен. По мере развития сюжета романа все большее место занимает в нем сатира на современное писателю французское буржуазное общество. Остроумие рассказчика, яркость социальных характеристик придают книге неувядаемую свежесть.
Действие романа «Преступление Сильвестра Бонара» происходит в Париже 1860-1880-х гг. Его герой – старый книжник, одержимый благородной страстью к старинным рукописям, очень близок самому автору. Под каждым словом этого объяснения в любви родному городу мог бы подписаться и сам Анатоль Франс – сын букиниста, парижанин, ставший одним из самых знаменитых писателей Франции и Европы.
Действие романа «Преступление Сильвестра Бонара» происходит в Париже 1860—1880-х гг. Его герой — старый книжник, одержимый благородной страстью к старинным рукописям, очень близок самому автору. Под каждым словом этого объяснения в любви родному городу мог бы подписаться и сам Анатоль Франс — сын букиниста, парижанин, ставший одним из самых знаменитых писателей Франции и Европы.
В книгу вошли произведения Анатоля Франса: «Преступление Сильвестра Бонара», «Остров пингвинов» и «Боги жаждут».
Перевод с французского Евгения Корша, Валентины Дынник, Бенедикта Лившица.
Вступительная статья Валентины Дынник.
Составитель примечаний С. Брахман.
Иллюстрации Е. Ракузина.
Нет ни одного более радостного праздника, чем Рождество, когда любой человек ожидает, что в его жизни тоже произойдет чудо, сбудутся самые невероятные мечты! Праздника, подарившего людям надежду и спасение!
Тема Рождества не осталась без внимания в русской и зарубежной литературе. Сложилась целая традиция рождественских и святочных историй. В этой книге собраны самые трогательные рождественские истории знаменитых и не очень писателей.
Новелла из сборника "Семь жен Синей Бороды и другие чудесные рассказы". Это грустная философская сказка для взрослых. Сказка, которая заставляет нас улыбаться, задумываться и взглянуть на себя со стороны...
В сборник вошли разнообразные, в том числе и впервые переведенные на русский язык, сказки, созданные французскими писателями в XX веке. Представлены бытовые, философские, сатирические, волшебные сказки, сказки о животных.
«Аббату Куаньяру было не свойственно чувство преклонения. Природа отказала ему в нем, а сам он не сделал ничего, чтобы его приобрести. Он опасался, превознося одних, унизить других, и его всеобъемлющее милосердие одинаково осеняло и смиренных и гордецов, Правда, оно простиралось с большей заботливостью на пострадавших, на жертвы, но и сами палачи казались ему слишком презренными, чтобы внушать к себе ненависть. Он не желал им зла, он только жалел их за то, что в них столько злобы.»