Сашка Збруев, спасаясь от вымогателей, вынужден уехать в Африку, где формируется команда наемников. В кругу «солдат удачи» он получает кличку Студент. Вскоре наемники отправляются на задание — поддержать готовящийся военный переворот. Но властям стало известно о заговоре. Акция провалилась, и группе наемников пришлось срочно уходить от преследования в джунгли…

Противостояние между осетинами и грузинами длится многие годы. В первые годы после развала Советского Союза здесь уже лилась кровь. И мальчишка, солдат внутренних войск, брошенный в мясорубку братоубийственной войны между двумя народами своими глазами видел весь ее ужас и жестокость. Однако связанный приказом командования не поддаваться на провокации в то время он ничего не мог предпринять.

Прошли годы и вот уже в его руках не автомат, а кисть и палитра художника, но судьба вновь возвращает его туда, где когда-то остались беспомощные люди, нуждавшиеся в его защите. Дает ему шанс поступить по иному при встрече со злом.

Война в Южной Осетии глазами гражданского. Записано по рассказу участника обороны Цхинвала.

Это слово особое. Из нескольких тысяч слов составляющих великий и могучий русский язык есть только несколько десятков тех, которые не затерлись от привычного каждодневного употребления и рождают отклик в душе слышащего их. У любого кадрового офицера слово «двухгадюшник» такой отклик вызывает однозначно, причем в зависимости от личной погруженности в проблему, обозначенную этим понятием, сила отклика варьируется от презрительной улыбки, до неудержимого приступа тошноты. Первоначально «двухгадюшник» в процессе эволюции произошел от «двухгодичника» так назывался человек по сущему недоразумению надевший военную форму после окончания гражданского ВУЗа, сроком на два года в звании лейтенант, еще порой кадровые офицеры зовут таких «тоже лейтенанты» — первое слово обязательно подчеркивается голосовой интонацией.

Война стала для них не просто тяжелым испытанием, и даже не профессией, а образом жизни. Служебный долг, приказ Родины, присяга давно отошли в область эфемерных ничего не значащих понятий. Теперь этими людьми управляют совсем другие чувства: ненависть, кровная месть за погибших товарищей и жажда справедливости, как они ее понимают. Теперь они ведут свою собственную, личную войну и закончить ее могут только победой.

Приживется ли в их сложившемся коллективе молодой капитан спецназа, искренне верящий в то, что все в этой жизни должно быть правильным, соответствующим приказам и директивам армейских начальников, не желающий признавать, что партизанскую войну не ведут в белых перчатках?

Вторая чеченская война. Секретная операция спецназа ГРУ по ликвидации главарей бандитского подполья и иностранных наемников. Основано на реальных событиях.

Фотограф Ефим Федорцев и художник Андрей Знаменский попали в самое пекло грузино-осетинской войны. Массированные артобстрелы, зачистка захваченного врасплох Цхинвала, гибель мирных людей — все это происходит на их глазах. Война неумолимо затягивает друзей в свою воронку. Знаменский берет автомат убитого осетинского ополченца, с изумлением обнаруживая, что это то самое оружие, с которым он когда-то проходил в этих краях срочную службу. Тогда его автомат молчал, теперь заговорил. За несколько дней Андрей стал настоящим бойцом: умелым, решительным, осторожным. И еще: он понял, что на этой войне нейтральной полосы нет, как, впрочем, не может быть нейтрального равнодушного отношения к лжи и двуличию политиков…

Фотограф Ефим Федорцев и художник Андрей Знаменский попали в самое пекло грузино-осетинской войны. Массированные артобстрелы, зачистка захваченного врасплох Цхинвала, гибель мирных людей — все это происходит на их глазах. Война неумолимо затягивает друзей в свою воронку. Знаменский берет автомат убитого осетинского ополченца, с изумлением обнаруживая, что это то самое оружие, с которым он когда-то проходил в этих краях срочную службу. Тогда его автомат молчал, теперь заговорил. За несколько дней Андрей стал настоящим бойцом: умелым, решительным, осторожным. И еще: он понял, что на этой войне нейтральной полосы нет, как, впрочем, не может быть нейтрального равнодушного отношения к лжи и двуличию политиков…

Честный спецназовец может в одночасье превратиться в военного преступника. И не всегда по собственной воле. В ходе операции по розыску Хаттаба один трусливый приказ заставляет отряд ГРУ уничтожить автомобиль с мирными чеченцами. Следователь прокуратуры пытается принудить Андрея Снегирева, одного из обвиняемых по этому делу, поменять показания, оклеветав товарищей. В обмен Андрею обещают свободу. Снегирев на предательство не идет, но, чувствуя, что его силы уже на пределе, пытается покончить с собой. Что же на самом деле скрывалось за делом по расстрелу мирных чеченцев?

Гражданская война в Боснии не оставила в России равнодушными никого. Ехали на фронт русские добровольцы. Простые, далекие от политики люди отправляли деньги и материальную помощь. Выступали с заявлениями поддержки государственные мужи, слагали стихи поэты… Все были на стороне братушек-сербов, борящихся за свою землю. Русский аспирант-гуманитарий, волею судьбы оказавшийся в Боснии в самом начале конфликта без раздумий взял в руки оружие.

Но были и другие. Те, кто будучи русским по крови воевал на другой стороне, получая за это деньги.

Резня в Купресе. Позиционные бои на Сараевском фронте. Русские добровольцы Республики Сербской против "Черных ласточек" — спецназа мусульман. Джокеры — русские наемники в хорватской армии. Основано на рассказах участников событий.

Они оказались на войне добровольно, потому что знали – это их долг. Но возвратиться с войны дано не всем. Даже те, кто остался в живых, порой не могут вернуться назад, и тогда за одной войной следует другая, иногда такая же справедливая, как первая, иногда нет. За второй третья, а за третьей – четвертая… И так до тех пор, пока война не становится боем ради боя, когда уже все равно, на чьей стороне и за что ты дерешься. Эта книга о «диких гусях», «солдатах удачи», «псах войны»… О тех самых людях, о которых принято стыдливо умалчивать, делая вид, что их не существует. Не стоит себя обманывать, они есть, они среди нас.