Жюстин (Александрийски квартет[1])
Даррелл Лоренс
„Александрийски квартет“ Една от литературните сензации на XX век. Предизвикателен, емоционален и поетичен шедьовър! „Александрийски квартет“ на най-големия стилист на британската литература, Лорънс Дърел, е тетралогия за мистерията на човешката душа, любовта и страстта, за спомените и познанието, постижимо от хората. Всеки роман от тази необикновена и екзотична поредица разказва историята на любовта и човешките взаимоотношения от различна гледна точка и набляга на един от четиримата главни герои — Жюстин, Балтазар, Маунтолив и Клия. Самият древен и мистичен град, Александрия, е петият главен герой. В него малко преди Втората световна война се събират персонажите на четирите романа. „Жюстин“ Първият от четирите романа — „Жюстин“ — е опитът на разказвача да разбере любовната си връзка с красивата и загадъчна Жюстин. Да бъдеш обладан от любовта, да изградиш архитектурата на желанието… Колко лекомислено е да си представиш влюбването като сходство на умовете, на мислите; едновременното възпламеняване на две души, израснали поотделно и автономно. Усещането прилича на безшумна експлозия във всяка една от тях. Влюбеният е с грешното впечатление, че общува с обекта на своето желание. Обичаният обект е просто човек, участвувал нарцистично в същото изживяване — съвпадение на мига. Стремежът да бъдеш близо до обичания обект се дължи на любопитството двете изживявания да бъдат сравнени, подобно на отражения в различни огледала. „Александрийски квартет“ преоткрива модерния роман. Тук са събрани всички човешки истории, всичко ви очаква, за да ви възпламени, всички са прекалено важни, никой и нищо не може да бъде пренебрегнато. Лорънс Дърел (1912–1990) е един от най-обичаните и уважавани британски автори, въпреки че той се определя по-скоро като космополит. Животът и творчеството му бележат целия XX век. Тетралогията „Александрийски квартет“ е най-забележителното му произведение, за което мнозина смятат, че Дърел заслужава да спечели Нобелова награда за литература. |
Завтрак у Sotheby’s. Мир искусства от А до Я
Хук Филип
«Завтрак у Sotheby’s» Филипа Хука – остроумное и увлекательное исследование феномена искусства и его коммерческой стоимости. В центре внимания известного английского искусствоведа, сотрудника знаменитых аукционных домов «Сотби» и «Кристи», не понаслышке знакомого с таинственной, скрытой от глаз дилетантов жизнью рынка искусства, – секрет популярности отдельных художников и творческих направлений, отношения художников и моделей, истории нашумевших похищений и подделок. Что сколько стоит? Почему произведение становится «иконой»? Кто из художников сумел создать собственный бренд? Можно ли уберечься от подделок? Как украли «Мону Лизу»? Филип Хук проведет читателя по лабиринтам арт-рынка и предложит собственные ответы на эти и многие другие вопросы.
|
Загадка творчества
Чехов Михаил Александрович
|
Загадка творчества
Чехов Михаил Александрович
|
Загадки старых мастеров
Шапиро Александр
Кто был первым поэтом в истории человечества? В чём тайна улыбки Джоконды? Кто изображён в центре Сикстинской капеллы? Что означают слова «Коня! Коня! Всё царство за коня!»? Как Андрей Рублёв подписал «Троицу»? Что поёт «Лютнист» Караваджо?Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдёте в книге Александра Шапиро «Загадки старых мастеров».
|
Занимательная музыкология для взрослых
Зисман Владимир Александрович
Эта книга обо всем — о том, как устроен мозг музыканта, о том, почему собственный голос так отвратительно звучит в записи, о том, что такое абсолютный слух, как устроена нотная запись, какие гигантские пласты информации можно извлечь из простой программки, которую вы купили перед концертом, о том, какой голос был у Чайковского и Толстого, и это я уж не говорю о том, что древнегреческие философы, которые только что были, казалось бы, все на одно лицо, станут для вас просто как родные. И, кстати, я привел здесь далеко не все аргументы в пользу того, чтобы вы эту книгу прочли. Бо́льшая часть их находится именно в ней, в книге. |
Занимательное литературоведение, или Новые похождения знакомых героев
Сарнов Бенедикт
|
Западная Европа XI—XIII веков. Эпоха, быт, костюм
Ястребицкая Алла Львовна
|
Запечатленное время
Тарковский Андрей Арсеньевич
Книга выдающегося русского кинорежиссера о месте художника-творца в мире, о кино, красоте, моральной ответственности автора…
|
Запечатленное время
Тарковский Андрей Арсеньевич
Книга выдающегося русского кинорежиссера о месте художника-творца в мире, о кино, красоте, моральной ответственности автора...
|
Заповедный мир Митуричей-Хлебниковых
Чегодаева Мария Андреевна
Книга посвящена замечательным художникам: Петру Васильевичу Митуричу, его жене и сестре великого поэта Велимира Хлебникова Вере Владимировне Хлебниковой и их сыну Маю Петровичу Митуричу-Хлебникову. Основу книги составили многочисленные документы, как опубликованные ранее, так и находящиеся в семейном архиве (воспоминания, письма).На фоне исторической реальности России того времени автор стремится создать максимально полную картину жизни и творчества художников от начала XX века до 1956 года (даты смерти П. В. Митурича). Кроме того, в книге представлен тщательный анализ их живописных и графических работ.
|
Запрещено для детей. Пятый номер
Корнев Тихон Александрович
Харт Крейн (стихи), статья о Харте Крейне в исполнении Вуйцика, Владислав Себыла (стихи), классика прозы «Как опасно предаваться честолюбивым снам», 10 советов сценаристам от Тихона Корнева, рубрика-угадайка о поэзии, рубрика «Угадай Графомана по рецензии».
|
Заслужить лицо. Этюды о русской живописи XVIII века
Вдовин Геннадий Викторович
Век веку рознь. Век — не эра. Век — не этап. Век — не период. Век — не столетие. Он бывает длинен, бывает и краток, бывает и сокращен. В истории России явственно виден «короткий» XVII, длившийся разве что с 1613 года по 1696-й; почти «нормальный» XIX, занявший период с 1812-го по 1914-й; все еще неизвестный в окончании своем, все еще наш XX, ничуть не законченный мифическим 11 сентября 2001-го; долгий-предолгий XVIII, стартовавший в 1696-м и завершившийся если не 1812-м, то коллективным самоубийством в 1825-м…
|
Захарий Зограф
Островский Григорий Семенович
Книга посвящена жизни и творчеству замечательного болгарского живописца первой половины прошлого века Захария Христова Зографа. Внимательно прослеживая творческий путь мастера, художника сложной и драматичной судьбы, автор рассказывает о его работе над монументальными росписями в монастырях, о создании им первых в болгарском искусстве светских станковых портретов.Яркая и своеобычная фигура Зографа воссоздается на широком фоне эпохи болгарского Возрождения.Издание иллюстрировано.Для широкого круга читателей.
|
Здесь шумят чужие города, или Великий эксперимент негативной селекции
Носик Борис Михайлович
Это книга об удивительных судьбах талантливых русских художников, которых российская катастрофа ХХ века безжалостно разметала по свету — об их творчестве, их скитаниях по странам нашей планеты, об их страстях и странностях. Эти гении оставили яркий след в русском и мировом искусстве, их имена знакомы сегодня всем, кого интересует история искусств и история России. Многие из этих имен вы наверняка уже слышали, иные, может, услышите впервые — Шагала, Бенуа, Архипенко, Сутина, Судейкина, Ланского, Ларионова, Кандинского, де Сталя, Цадкина, Маковского, Сорина, Сапунова, Шаршуна, Гудиашвили…Впрочем, это книга не только о художниках. Она вводит вас в круг парижской и петербургской богемы, в круг поэтов, режиссеров, покровителей искусства, антрепренеров, критиков и, конечно, блистательных женщин…
|
Зельеварение на Руси
Баркова Александра
У наших предков не было школ магии. Травологию, защиту от злых чар и другие магические искусства им приходилось осваивать самостоятельно, чтобы выжить в полном опасностей мире.В этой книге рассказывается о магических представлениях славян и сводится воедино весь комплекс их поверий о растениях. Вызвать дождь, приворожить любимого, усмирить беспокойного мертвеца — на любой случай были свои средства. Истории, как заговоры нашли отражение в творчестве Пушкина, а ритуалы — в современной психотерапии, Александра Баркова вплетает в увлекательное повествование о том, во что верили, чего боялись и как видели мир люди в прошлом. И убедительно доказывает, что благодаря накопленному поколениями опыту они понимали гораздо больше, чем могли знать.
|
Зеркало Шекспира
Зеленецкий Юрий Георгиевич
|
Зинаида Серебрякова
Русакова Алла Александровна
Иллюстрированная монография петербургского искусствоведа Аллы Александровны Русаковой (1923–2013) продолжает малую серию «Художники русской эмиграции». Книга посвящена творческой и жизненной судьбе замечательной русской художницы Зинаиды Евгеньевны Серебряковой.Зинаида Серебрякова принадлежала к поколению мастеров, которые «строили» русское искусство XX века. Вынужденная покинуть Россию, она более сорока лет жила во Франции, но всегда входила в тот круг художников русской эмиграции, творчество которых оставалось органичной частью русской культуры.Автор предлагает свое определение места и значения творчества Зинаиды Серебряковой в русском искусстве XX века, стилевых и «видовых» особенностей ее живописной манеры, а также сравнивает русский и французский периоды творчества художницы.Книга содержит репродукции более 300 произведений, многие из которых публикуются впервые, и адресована как специалистам, так и широкому кругу любителей отечественной живописи.
|
Змия и лилия
Казандзакис Никос
С поемата в проза „Змия и лилия“ българският читател ще има възможност да се запознае с младия и вечно неудовлетворен дух на Казандзакис, по-лесно ще разбере твореца на произведения като „Алексис Зорбас“, „Капитан Михалис“, „Христос отново разпнат“, които намериха добър прием у нас.„Змия и лилия“ е песен за безкрайната и безнадеждна любов, за вечното и неумолимо увлечение. С инстинкта на голям художник, Казандзакис ни води през сезоните на любовта като през сезоните на бързащото време.
|