Своё произведение Бунин определил как былину, скорее всего, потому что хотел акцентировать большее внимание на мысли о том, что нужно задумываться о поступках, которые совершаешь (ведь былины отражают нравственные идеалы народа). Тем более, если ты человек, находящийся в поле зрения многих, на которого равняются другие, который является примером. Наверное, высказывается мысль о том, что нельзя попусту причинять себе вред, нужно осторожно и избирательно относиться к своим действиям, поступкам, словам, а богатыри должны исполнять свои богатырские подвиги, а не заниматься всякой глупостью.

Святой Грааль хорошо известен всем людям, знакомым с христианской культурой. Этот образ, символизирующий некую возвышенную и недостижимую цель, вошел ныне в повседневную речь и бытовую символику, легенды о нем укоренены в современной жизни столь же прочно, как и в давние времена. И непрерывно порождают множество трактований и инсинуаций. Взять хотя бы «Код да Винчи» Дэна Брауна. В то же время Грааль не несет в себе никакого конкретного религиозного содержания и не упоминается в Библии. До сих пор специалистами не решен вопрос, что же представлял собой этот загадочный сакральный предмет — чашу с кровью Иисуса Христа, священное блюдо или ларец, в котором хранилась плащаница с отпечатком тела Спасителя? Что на самом деле кроется за этим непостижимым и необъяснимым символом? На эти вопросы уж точно не ответит Дэн Браун, но ближе всех к их разгадке подобрался Ричард Барбер, известный исследователь средневековой истории и литературы, директор одного из ведущих издательств в области медиевистики «Boydell & Brewer». В своем масштабном труде он обработал и сопоставил огромный массив информации — все, что современной науке известно о Святом Граале. Многообразие идей и гипотез, отраженных в этой книге, иллюстрирует поразительное влияние образа Грааля на культуру христианской Европы, оккультные и мистические течения, идеологию и сакральную мифологию тайных религиозных обществ от Средневековья до наших дней.

Всю историю человечества животные обитали рядом с людьми, были помощниками, друзьями, давали пищу и шкуры, были источниками восхищений, а порой страха и опасности. Нередко животным поклонялись, как богам, а иногда самих богов изображали в виде животных или людей со звериными частями тела. Изображения из мира фауны использовали в оберегах и амулетах, тотемах и статуях. Каждый народ слагал свои мифы на самые разные темы: о могущественных богах, храбрых героях и, конечно же, о животных. В этой книге вас ждёт огромное количество притч и легенд о различных представителях животного царства: священные коровы и лошади, львы и слоны, змеи и саламандры… Геральдические грифоны и единороги, драконы и камелопарды, пегасы и единороги. А ещё сказочные кентавры и русалки, ведь они, как ни крути, наполовину тоже звери!

Издавна у людей особое отношение к птицам. Представители самых разных культур рассматривали их как духовных посланников за способность быть рядом с небом и землёй. О них слагали сказания и легенды, наделяли особыми способностями. Люди всех культур обращаются именно к небу как образу свободы, лёгкости, чего-то вдохновляюще прекрасного… У русского народа птицы символизировали счастье и свободу. Их образы часто связывали с образами неба и высшей силы. Для Древнего Египта характерно обилие птичьих изображений на знамёнах и гербах. Почитание священных птиц было широко распространено в Древнем Китае. Птичьи ипостаси и метаморфозы широко известны в сибирском ареале. В шумеро-аккадской мифологии птичьи черты имели многие божества…Читайте книгу, в которой птицы выступают как сакральные символы разных народов. Множество преданий, птичьих примет, поверий и поговорок ждут вас на её страницах. Вестник богов Гамаюн, райский Алконост, несгораемый Феникс, легендарная Сирин, праматерь птиц С тратим, сказочная Жар-птица, вещая Симург, громадная Рух, священные ибисы, мудрые совы и прекрасные журавли…

"Семь красавиц" - четвертая поэма Низами из его бессмертной "Пятерицы" - значительно отличается от других поэм. В нее, наряду с описанием жизни и подвигов древнеиранского царя Бахрама, включены сказочные новеллы, рассказанные семью женами Бахрама -семью царевнами из семи стран света, живущими в семи дворцах, каждый из которых имеет свой цвет, соответствующий определенному дню недели. Символика и фантастические элементы новелл переплетаются с описаниями реальной действительности. Как и в других поэмах, Низами в "Семи красавицах" проповедует идеалы справедливости и добра.Поэма была заказана Низами правителем Мераги Аладдином Курпа-Арсланом (1174-1208). В поэме Низами возвращается к проблеме ответственности правителя за своих подданных. Быть носителем верховной власти, утверждает поэт, не означает проводить приятно время. Неограниченные права даны государю одновременно с его обязанностями по отношению к стране и подданным. Эта идея нашла художественное воплощение в описании жизни и подвигов Бахрама - Гура, его пиров и охот, во вставных новеллах.

Автор этой книги – ведущий индийский специалист по мифологии. Рассказывая о различных ликах Богини в индийских мифах и религии, Дэвдатт Паттанаик увлекательно и авторитетно раскрывает нам, людям западной культуры, глубокие философские и психологические идеи, стоящие за легендами, ритуалами, иконографией и священными символами индуизма. Книга содержит множество информативных иллюстраций. Предназначена для самого широкого круга читателей.

Дэвдатт Паттанаик – один из ведущих современных специалистов по мифологии. Его книги увлекательны и читаются на одном дыхании. Они обильно и необычно иллюстрированы. Они очень информативны, оригинальны по содержанию и заставляют читателя размышлять об очень важных вопросах жизни. Рассказывая о различных ипостасях Бога Вишну в индийских священных писаниях, Паттанаик мастерски раскрывает глубокие философские и психологические идеи, стоящие за мифами, иконографией и религиозными символами

Сборник еврейских сказок на тему "все нас обижают".

Сказки Ивановских текстильщиков.

Работа представляет собой первую часть задуманного автором «триптиха» – анализа Силы Слова в Древней Ирландии в трех разных аспектах: в магических практиках друидов, которые унаследовали они от мифических Племен Богини Дану, в хвале и/или хуле придворного поэта, который не только создает комплекс «бессмертной славы», но и жестоко наказывает неправого правителя, в устах опирающегося на поддержку христианского Бога святого, способного и проклясть короля, и оградиться от сил зла особым магическим текстом-броней.Первая часть исследования целиком посвящена описаниям применения друидами Древней Ирландии своих магических «умений». При этом автор постоянно помнит о том, что анализируемые им ситуации – это лишь фрагменты из средневековых текстов, которые могут и не опираться на реальные языческие практики древних жрецов. В работе проводится сопоставление изображенных в ирландских саговых нарративах жрецов-друидов с описанными древними авторами друидами Галлии, а также библейскими и античными жрецами и прорицателями. Особое внимание уделено как собственно магическим текстам, приведенным в оригиналах и предположительных переводах, так и обозначениям в древнеирландском языке магии вообще и друидической магии – в частности.Книга может быть интересна филологам, историкам, а также всем, кто интересуется древними кельтами и словесной магией в целом.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Истинная победа — это покаяние врагов Твоих. > Старые боги и герои узнают, что тоже смертны, и делают выбор: идти в ногу со временем или пасть в небытие.

«Синдбад-наме», памятник персидско-таджикской литературы. Состоит из 34 обрамленных притч. Первоосновой «С.-н.» были индийские обрамленные рассказы, переведенные на средне-иранский язык пехлеви в 5–6 вв. В 8 в. эта версия была переведена на арабский язык. Наиболее известным является прозаический перевод перса Асбага Сиджистани, основанный на полной пехлевийской редакции, — т. н. «Большой Синдбад», примерно в то же время верифицированный поэтом Абаном Лахыки (умер около 815). Сокращенный перевод на арабский язык — «Малый Синдбад» — предположительно был выполнен персом Мусой Кисрави (умер около 850); с этого текста впоследствии сделаны переводы на ряд европейских языков. Новоарабский вариант под названием «Семь везиров» лег в основу турецкой версии «Семь мудрецов», почти полностью вошедшей в собрание сказок «Тысяча и одна ночь».В 950–951 Амид-Абу-ль-Фаварис Фанарузи по приказу саманида Нуха I Ибн Насра перевёл «С.-н.» с пехлеви на дари (фарси). В 12 в. Мухаммад ибн Али ибн Мухаммад ибн аль-Хасан аз-Захири аль-Катиб ас-Самарканди стилистически обработал лишенный художественности перевод Фанарузи. Обрамляющий сюжет «С.-н.» заключается в том, что наложница царя клевещет ему на его сына. Царь готов казнить царевича, но семь везиров во главе с мудрым воспитателем, рассказывая назидательные притчи, доказывают царю несправедливость его намерения и невиновность сына.

«Синдбад-наме», памятник персидско-таджикской литературы. Состоит из 34 обрамленных притч. Первоосновой «С.-н.» были индийские обрамленные рассказы, переведенные на средне-иранский язык пехлеви в 5–6 вв. В 8 в. эта версия была переведена на арабский язык. Наиболее известным является прозаический перевод перса Асбага Сиджистани, основанный на полной пехлевийской редакции, — т. н. «Большой Синдбад», примерно в то же время верифицированный поэтом Абаном Лахыки (умер около 815). Сокращенный перевод на арабский язык — «Малый Синдбад» — предположительно был выполнен персом Мусой Кисрави (умер около 850); с этого текста впоследствии сделаны переводы на ряд европейских языков. Новоарабский вариант под названием «Семь везиров» лег в основу турецкой версии «Семь мудрецов», почти полностью вошедшей в собрание сказок «Тысяча и одна ночь».В 950–951 Амид-Абу-ль-Фаварис Фанарузи по приказу саманида Нуха I Ибн Насра перевёл «С.-н.» с пехлеви на дари (фарси). В 12 в. Мухаммад ибн Али ибн Мухаммад ибн аль-Хасан аз-Захири аль-Катиб ас-Самарканди стилистически обработал лишенный художественности перевод Фанарузи. Обрамляющий сюжет «С.-н.» заключается в том, что наложница царя клевещет ему на его сына. Царь готов казнить царевича, но семь везиров во главе с мудрым воспитателем, рассказывая назидательные притчи, доказывают царю несправедливость его намерения и невиновность сына.

«Сказание о Зарере» — литературный памятник XIV века.

Своеобразный памятник гавайской литературы и фольклора, записанный в конце XIX в. гавайцем Халеоле, впервые был издан в 1918 г. М. Беквит на английском языке с параллельным гавайским текстом. Перевод с английского сверен с гавайским оригиналом. Сопровождается предисловием и приложениями.«Сказание о Лаиэ-и-ка-ваи» — произведение во многом необычное. У него есть автор, который, однако, лишь незначительно переработал сюжет, столетиями создававшийся гавайскими сказителями. Халеоле, издав в середине прошлого века этот фольклорный роман, писал его для гавайцев и преследовал две цели: он хотел, чтобы молодое поколение гавайцев познакомилось с исчезавшими на глазах образом жизни и культурой своих отцов и дедов, а также им двигало желание дать землякам занимательное чтение на родном языке. И книга, действительно, оказалась интересной: это сказка, в которой в повседневные дела полинезийцев постоянно вмешиваются боги, но за волшебством и чудесами легко разглядеть реалистические картины быта гавайцев.

«Сказание о Манасе» — авторское произведение современного писателя-билингва Мара Байджиева. По форме оно представляет поэтическое переложение первой части трилогии кыргызского народного эпоса «Манас», «Семетей», «Сейтек». В основу сказания положены варианты выдающихся народных сказителей-манасчи Сагынбая Орозбакова, Саякбая Каралаева, Багыша Сазанова и Шаабая Азизова.Министерством образования и науки Кыргызской Республики рекомендовано как учебно-хрестоматийное пособие.

Знаменитая Рамаяна,  пересказанная автором для маленьких читателей в журнале "Костёр" и прекрасно проиллюстрированная Кириллом Овчинниковым.