Жизнь Людовика VI Толстого, короля Франции (1108-1137)
Сугерий
Сугерий, аббат Сен-Дени под Парижем (1122-1151) и регент Франции (1147-1149) был одним из значительных политических деятелей средневековой Франции. Современник и соратник короля Людовика VI (1108-1137) на протяжении всего его правления. Сугерий в конце жизни написал биографию-мемуары "Жизнь Людовика VI Толстого" как широкое полотно политической жизни тогдашней Европы, а не только одной Франции. Его произведение отличает очень умеренная религиозность, вдохновляющий патриотизм и удивительная для своего времени объективность изложения."Жизнь…" вошла составной частью в "Большие Французские хроники" - главный свод по истории правления французских королей. Книга предлагает генеалогические таблицы, показывающие родственные и брачные узы основных действующих лиц, и, следовательно, их взаимные претензии на некоторые владения.
|
Жизнь Маркоса де Обрегон
Эспинель Висенте
Роман «Жизнь Маркоса де Обрегон» во многом автобиографический, принадлежит перу Висенте Эспинеля – яркой личности своего времени. Лопе де Вега называл его «отцом музыки», а великий Сервантес в своем «Путешествии на Парнас» выделил Эспинеля наряду с Франсиско Кеведо из всех испанских писателей.
|
Жизнь Мерлина
Монмутский Гальфрид
«Жизнь Мерлина» (Vita Merlini) – это эпическое повествование, написанное гекзаметром, является пересказом валлийских традиций о Мерлине (точнее, о «дикаре Мерлине», Myrddin Wyllt).
|
Жизнь чудовищ в Средние века
неизвестный автор
По примеру средневековых кодексов, под обложкой собрались лучшие образцы трактатов о чудовищах, написанных в Средние века: «Книга о зверях и чудовищах» неизвестного автора VIII века, глубокие исследования о драконах, скорпионах и морских чудищах энциклопедиста XIII века Фомы из Кантимпрэ, географические выкладки Гонория Августодонского (XII в.), поселившего монстров по всему Кругу земному, и весьма актуальное послание монаха Ратрамна (VIII в.), рассматривающее вопрос о том, крестить или не крестить собакоголовых людей.
|
Житие сестер обители Тёсс (Литературные памятники[709])
Штагель Элизабет
Настоящее издание продолжает линию, открытую ранее в серии «Литературные памятники» томами немецких мистиков Майстера Экхарта и его ученика и сподвижника Генриха Сузо. В основу книги положено произведение духовной дочери и соавтора последнего — монахини-доминиканки Элизабет Штагель (ок. 1300—1360).«Жития сестер обители Тёсс» (г. Винтертур, ок. 1340) по жанру представляют собой монастырскую летопись, составленную на основе воспоминаний престарелых монахинь и собственноручных записей покойных сестер доминиканского Ордена, а также личных наблюдений самой Э. Штагель. По сути же, это своего рода беспрецедентная хроника массовых психозов, поразивших в 1-й половине XIV века ряд монастырей восточной Швейцарии и южной Германии, очерк девиантных форм религиозно мотивированного поведения: аскетических упражнений, экстазов и чудес. Вместе с тем «Жития» являются одним из великих произведений немецкоязычной литературы позднего Средневековья.«Житиям» Э. Штагель сопутствуют другие репрезентативные тексты первостепенной важности, сгруппированные в разделе Дополнения. Часть I раздела составили сочинения, представляющие женскую мистическую традицию Германии на рубеже XIII—XIV веков во всём разнообразии ее географических (западной, восточной) и жанровых вариаций: «Книжица о непосильном бремени благодати» Кристины Эбнер (г. Нюрнберг), «Откровения» Адельхайд Лангманн (г. Нюрнберг) и «Откровения» Маргарет Эбнер (г. Мединген, Верхний Дунай). Если в Части I собраны произведения доминиканок, то в Части II опубликованы опусы бегинок: послание Кристины Штоммельнской к Петру Дакийскому VII (окрестности г. Кёльна) и избранные главы из «Жизни и откровений» Агнес Бланнбекин (г. Вена). Знакомство с данными текстами позволит читателю в полной мере прочувствовать пропасть, разделявшую духовный и поэтический мир доминиканок, воспитанных грандами средневековой схоластики и мистики в ходе многолетнего духовного окормления с их стороны, и мир бегинок, по преимуществу стихийный, наполненный безудержной фантазией и образами хтонической древности (дьявольщина и проч.).Все представленные в настоящем томе произведения публикуются на русском языке впервые и, за исключением «Жизни и откровений» Агнес Бланнбекин, переведены в полном объеме, без каких-либо изъятий.В сопроводительной статье, помещенной в Приложениях, сделана попытка объяснить феномены, описанные в переведенных текстах. Мистическая традиция берется как единое целое, как совокупность разных, хотя и связанных между собой пластов: литературного, поведенческого, психологического и богословско-теоретического. При этом используются оригинальные разработки отечественной фольклористики. Поведение харизматиков обоих полов трактуется как спонтанная драматургия в бытовом, повседневном пространстве, как «перформативная практика» себя, отвечающая поискам современного авангардного театра и способная обогатить собой его сценический опыт. Театроведческие выкладки смыкаются с общей теорией культуры. В качестве полезной добавки к публикуемым в томе материалам подробно рассмотрен уникальный автограф (Rh 159) визионерки из г. Цюрих Элсбет фон Ойе, избежавший какой бы то ни было редакторской правки и ранее никогда не издававшийся.Все публикуемые произведения обстоятельно прокомментированы. Издание снабжено богатым визуальным рядом: картой расположения рассматриваемых в нем женских доминиканских монастырей Центральной Европы, планом типичного женского монастыря (Отенбах, г. Цюрих), а также содержательными иллюстрациями.
|
Забавы придворных
Мап Вальтер
Вальтер Мап (1130/1135—1209/1210) — английский священнослужитель и писатель, входил в окружение короля Англии Генриха II Плантагенета, чей двор во второй половине XII века был важным культурным и литературным центром Западной Европы. Мап играл значимую роль в интеллектуальной среде английского королевства и уже при жизни пользовался среди современников репутацией остроумца. Уроженец Уэльса, он принимал участие в зарождении легенды о короле Артуре. Главное сочинение Вальтера Мапа «Забавы придворных» — причудливое переплетение придворных сплетен, фольклорных историй и рассказов — по праву делает его одной из главных фигур культурного Ренессанса XII века. В подготовке издания принимали участие медиевисты Шмараков Роман Львович, доктор филологических наук, доцент Департамента филологии НИУ ВШЭ (петербургский кампус); Воскобойников Олег Сергеевич, доктор исторических наук, доктор Высшей школы социальных наук (Париж), профессор Школы исторических наук факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ, старший научный сотрудник Лаборатории медиевистических исследований НИУ ВШЭ, ординарный профессор Высшей школы экономики. |
Заблуждения сердца и ума
Кребийон-сын Клод
Предлагаем вниманию читателей три французских романа, изданных нами в трех книжках. Это А. Гамильтон «Мемуары графа де Грамона», Кребийон-сын «Заблуждения сердца и ума», Ш. де Лакло «Опасные связи». Три шедевра французской прозы XVIII столетия складываются в своеобразную трилогию о любви. Но не только о ней, они – о незащищенности человека, о его бессилии перед обществом с его гибкой моралью и податливыми нравами.«Заблуждения сердца и ума» – самый лучший из написанных Кребийоном романов как бы раскрывает суть происходящего с героями во всех трех книгах. Это история молодого человека, вступающего на путь светского воспитания, а точнее, морального развращения, история разрушения внутренней цельности человека, история «заблуждений» сердца и ума.
|
Завоевание Константинополя
Виллардуэн Жоффруа
Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.
|
Завоевание Константинополя
Клари Робер де
Хроника Завоевание Константинополя, созданная в начале XIII века, принадлежит к числу первостепенных источников по истории захвата Константинополя рыцарями-крестоносцами в 1203 - 1204 гг. Вместе с тем она представляет собой замечательный памятник исторической мысли феодальной эпохи. Книга снабжена солидным научным аппаратом и сопроводительной статьей.
|
Замок Отранто
Уолпол Гораций
«Замок Отранто» (1764) Уолпола открывает собою длинную серию популярных готических романов, «романов тайны и ужаса», но одновременно и романов исторических на средневековые темы, вершиной которых на новой, более высокой ступени развития являются средневековые романы Вальтера Скотта.«Замок Отранто» — это роман, который поразил воображение современников нагромождением страшного, загадочного и сверхъестественного. Действие романа происходит в средневековой Италии, на рубеже XII–XIII веков. Владелец, замка Отранто, жестокий феодал Манфред, является внуком злодея, который отравил своего соперника Альфонсо для того, чтобы завладеть его достоянием и властью.Над родом Манфреда тяготеет пророчество, что члены семьи будут владеть замком до тех пор, пока его законный владелец не вырастет настолько, что перестанет вмещаться в здание. Согласно этому же предсказанию замок останется в руках наследников Манфреда лишь по мужской линии.Манфред собирается женить сына на прекрасной Изабелле, но накануне свадьбы жених оказывается убитым при таинственных обстоятельствах. Тогда Манфред решает развестись с женой и вступить в брак с Изабеллой, чтобы обеспечить себе наследника. Но девушка бежит от него при помощи крестьянина Теодоро, который удивительно похож на портрет законного владельца замка Альфонсо. Теодоро подозревают в убийстве сына Манфреда и заточают в темницу, но дочь Манфреда, Матильда, устраивает ему побег.Узнав о том, что Теодоро должен встретиться у могилы Альфонсо с какой-то женщиной и подозревая, что это будет Изабелла, Манфред приходит на место встречи и убивает ночью таинственную незнакомку, которая оказывается его же дочерью Матильдой. Сбывается предсказание: привидение убитого Альфонсо, обитавшее в замке, вырастает до такой высоты, что обрушивает своды здания. Манфред признаётся в преступлении своего предка и в собственных грехах. Замок переходит к Теодоро, который, как выясняется, и есть законный наследник.Все эти «ужасы» производят на читателя слегка комическое впечатление: из носа мраморной статуи герцога капает кровь; по террасам замка прогуливается чья-то колоссальная призрачная нога; всякий раз, когда чести героини угрожает опасность, за нее заступается какой-нибудь выходец с того света — то оживший портрет предка, то скелет отшельника, пролежавший много лет в могиле.О романе "Замок ОтрантоСобытия развиваются на фоне мрачного старинного замка, действие происходит по ночам, то при бледном свете луны, то в кромешной тьме. Злая воля проявляется в каждом поступке Манфреда, одержимого маниакальной страстью сохранить обладание замком.Сам же «Замок Отранто» Уолпола поражает, помимо ярко выраженного новаторства — соединения двух типов прозы: рыцарского романа и современной писателю прозы, еще и необыкновенно подробным описанием готического замка, когда объясняется назначение каждого зала и комнаты, перехода и галереи.Сюжет и содержание романа Уолполу подсказал собственный дом, который писатель построил в готическом стиле. Если верить рассказу Горация, он однажды заснул, с головой, как всегда «переполненной готическими рассказами», и увидел во сне старинный замок, где на балюстраде высокой лестницы лежала гигантская рука в железной перчатке. Проснувшись, Уолпол в тот же вечер принялся писать роман, не имея никакого предварительного плана, проработал над ним целую ночь и затем закончил свое произведение меньше чем через два месяца.
|
Занимательные истории
Таллеман де Рео Жедеон
В истории французской литературы XVII в. имя Таллемана де Рео занимает особое место. Оно довольно часто встречается и в современных ему мемуарах, и в исторических сочинениях, посвященных XVII в. Его «Занимательные истории», рисующие жизнь французского общества эпохи Генриха IV и Людовика XIII, наряду с другими мемуарами этого времени послужили источником для нескольких исторических романов эпохи французского романтизма, в частности, для «Трех мушкетеров» А. Дюма.Относясь несомненно к мемуарному жанру, «Занимательные истории» отличаются, однако, от мемуаров Ларошфуко, кардинала де Реца или Сен-Симона. То были люди, принадлежавшие к верхним слоям потомственной аристократии и непосредственно участвовавшие в событиях, которые они в исторической последовательности воспроизводили в своих воспоминаниях, стремясь подвести какие-то итоги, доказать справедливость своих взглядов, опровергнуть своих политических врагов.Таллеман де Рео был фигурой иного масштаба и иного социального облика. Выходец из буржуазных кругов, отказавшийся от какой-либо служебной карьеры, литератор, никогда не бывавший при дворе, Таллеман был связан дружескими отношениями с множеством самых различных людей своего времени. Наблюдательный и любопытный, он, по меткому выражению Сент-Бева, рожден был «анекдотистом». В своих воспоминаниях он воссоздавал не только то, что видел сам, но и то, что слышал от других, широко используя и предоставленные ему письменные источники, и изустные рассказы современников, и охотно фиксируя имевшие в то время хождение различного рода слухи и толки.«Занимательные истории» Таллемана де Рео являются ценным историческим источником, который не может обойти ни один ученый, занимающийся французской историей и литературой XVII в.; недаром в знаменитом французском словаре «Большой Ларусс» ссылки на Таллемана встречаются почти в каждой статье, касающейся этой эпохи.Написанная в конце семнадцатого столетия, открытая в начале девятнадцатого, но по-настоящему оцененная лишь в середине двадцатого, книга Таллемана в наши дни стала предметом подлинного научного изучения — не только как исторический, но и как литературный памятник.
|
Записки о России. XVI — начало XVII в.
Горсей Джером
Издание содержит новый полный перевод сочинений агента английской торговой компании и дипломата Джерома Горсея, жившего в России в 70 — 90-е годы XVI в. Публикация включает три произведения Горсея, сообщающих важные, подчас уникальные сведения о политическом развитии русского государства в период царствования Ивана Грозного, Федора Ивановича и Бориса Годунова, торговле, внешней политике, опричнине, взаимоотношениях государства и церкви. Публикуемый перевод дает целый ряд новых трактовок текста, а во вступительной статье предлагаются наблюдения над происхождением этого ценного и малодоступного источника. В приложении помещены документы английской торговой компании, а также первый полный русский перевод поэтических посланий из России XVI в. англичанина Дж. Турбервилля. Издание иллюстрировано, содержит комментарии и указатели. Для специалистов-историков и читателей, интересующихся отечественной историей.
|
Записки янычара
Михайлович Константин
В увлекательной форме автор «Записок янычара» Константин Михайлович из Островицы, серб по происхождению, повествует о своих приключениях в турецком плену, о быте, жизни, обычаях турецкого населения, о борьбе славянских народов против завоевателей. Интересно даны жизнеописание автора, его рассказы о головокружительной карьере в рядах турецкой армии.Книга — не только источник по средневековой истории, но и прекрасное литературное произведение.
|
Записки янычара
Михайлович Константин
В увлекательной форме автор «Записок янычара» Константин Михайлович из Островицы, серб по происхождению, повествует о своих приключениях в турецком плену, о быте, жизни, обычаях турецкого населения, о борьбе славянских народов против завоевателей. Интересно даны жизнеописание автора, его рассказы о головокружительной карьере в рядах турецкой армии.Книга — не только источник по средневековой истории, но и прекрасное литературное произведение.
|
Зеленое чудовище
де Нерваль Жерар
|
Золотая легенда. Том I
Ворагинский Иаков
В середине XIII века доминиканский богослов Иаков Ворагинский (Якопо да Варацце) создал книгу Легенда о святых, собрав в ней сказания о мучениках, подвижниках веры и великих христианских праздниках. Его сочинение стало одной из самых популярных книг Средневековья и получило название Золотая легенда (Legenda Aurea). Уже в XIV веке латинский текст Золотой легенды был переведен на многие языки средневековой Европы.Полный русский перевод фундаментального труда Иакова Ворагинского с латинского языка осуществлен впервые преподавателями кафедры древних языков Исторического факультета МГУ И.И. Аникьевым и И.В. Кувшинской.
|
Золотая легенда. Том II
Ворагинский Иаков
В середине XIII века доминиканский богослов Иаков Ворагинский (Якопо да Варацце) создал книгу Легенда о святых, собрав в ней сказания о мучениках, подвижниках веры и великих христианских праздниках. Его сочинение стало одной из самых популярных книг Средневековья и получило название Золотая легенда (Legenda Aurea). Уже в XIV веке латинский текст Золотой легенды был переведен на многие языки средневековой Европы.Полный русский перевод фундаментального труда Иакова Ворагинского с латинского языка осуществлен впервые преподавателями кафедры древних языков Исторического факультета МГУ И.И. Аникьевым и И.В. Кувшинской.
|
Золотой осел
Макиавелли Николо
|
Ивен, Рицаря с лъва
Труа Кретьен де
„Ивен, Рицаря с лъва“ (1180) е най-типичният рицарски роман на Кретиен дьо Троа. В неговата интрига социалният реализъм на рицарския роман достига своеобразен връх. В същото време Кретиен вгражда в богатото на приключения повествование редица приказни елементи, заимствани от келтската митология и от християнската символика. От това смесване печели новият жанр — рицарският роман. Героят Ивен олицетворява фигурата на рицаря като защитник на слабите и онеправданите. А личната драма на Ивен, който дълго време бива раздвоен между съпружеските си задължения и изкушенията на странстващото рицарство, показва, че хармонията между брака и приключението е трудна, но възможна. Стоян Атанасов |