fb2
Бернард Маламуд (1914–1986) — крупный американский прозаик, работавший, в основном, в жанре рассказа. Выходец из еврейской иммигрантской семьи, Маламуд обогатил американскую литературу не только огромным жизненным материалом этой среды, но и своей собственной образностью. Автор семи романов и повестей («Прирождённый мастер», 1952; «Помощник», 1957; «Новая жизнь», 1961 и др.) и нескольких сборников рассказов (из которых наиболее известны «Волшебный бочонок», 1958; «Идиоты первыми», 1963; «Шляпа Рембрандта», 1973). Маламуд был удостоен на родине многочисленных наград: Пулитцеровской премии, двух национальных книжных премий, а также Золотой медали Американской академии искусств и литературы. К сожалению, нашему читателю Маламуд практически не известен. В коммунистических условиях не могло быть и речи о каком-то специфически еврейском ощущении мира или о чисто национальных психологических чертах обычного маламудовского героя. И всё же на русском языке были изданы две его книги: «Туфли для служанки» (1967) и «Шляпа Рембрандта» (1990). Рассказы «Еврей-птица» и «Натурщица» в эти издания не вошли. Они были опубликованы на английском языке в итоговом сборнике «Рассказы Бернарда Маламуда» (1984), для которого автор отобрал 25 своих лучших новелл.
Валерий Буланников. Традиция старинного русского рассказа в сегодняшнем ее изводе — рассказ про душевное (и — духовное) смятение, пережитое насельниками современного небольшого монастыря («Скрепка»); и рассказ про сына, навещающего мать в доме для престарелых, доме достаточно специфическом, в котором матери вроде как хорошо, и ей, действительно, там комфортно; а также про то, от чего, на самом деле, умирают старики («ПНИ»).
Виталий Сероклинов. Рассказы про грань между «нормой» и патологией в жизни человека и жизни социума — про пожилого астронома, человеческая естественность поведения которого вызывает агрессию общества; про заботу матери о дочке, о попытках ее приучить девочку, а потом и молодую женщину к правильной, гарантирующей успех и счастье жизни; про человека, нашедшего для себя точку жизненной опоры вне этой жизни и т. д.
Виталий Щигельский. «Далеко не каждому дано высшее право постичь себя. Часто человек проживает жизнь не собой, а случайной комбинацией персонифицированных понятий и штампов. Каждый раз, перечитывая некролог какого-нибудь общественно полезного Ивана Ивановича и не находя в нем ничего, кроме постного набора общепринятых слов, задаешься справедливым вопросом: а был ли Иван Иваныч? Ну а если и был, то зачем, по какому поводу появлялся?
Впрочем, среди принимаемого за жизнь суетливого, шумного и бессмысленного маскарада иногда попадаются люди, вдумчиво и упрямо заточенные не наружу, а внутрь. В коллективных социальных системах их обычно считают больными, а больные принимают их за посланцев. Если кому-то вдруг захочется ляпнуть, что истина лежит где-то посередине, то этот кто-то явно не ведает ни середины, ни истины…
Одним из таких посланцев был Эдуард Эдуардович Пивчиков…»
Евгений Шкловский. Четыре новых рассказа в жанре психологической новеллы, который разрабатывает в нашей прозе Шкловский, предложивший свой вариант сочетания жесткого, вполне «реалистического» психологического рисунка с гротеском, ориентирующим в его текстах сугубо бытовое на — бытийное. Рассказ про человека, подсознательно стремящегося занять как можно меньше пространства в окружающем его мире («Зеркало»); рассказ про человека, лишенного способностей и как будто самой воли жить, но который, тем не менее, делает усилие собрать себя заново с помощью самого процесса записывания своей жизни — «Сейчас уже редко рукой пишут, больше по Интернету, sms всякие, несколько словечек — и все. По клавишам тюк-тюк. А тут не клавиши. Тут рукой непременно надо, рукой и сердцем. Непременно сердцем!» («Мы пишем»); и другие рассказы.
Рубрику «В тени псевдонимов» открывают несколько рассказов Онорио Бустоса Домека. Под этим псевдонимом «баловались» два классика аргентинской литературы — Хорхе Луис Борхес (1899–1986) и Адольфо Бьой Касарес (1914–1999). Абсурдная атмосфера происходящего в рассказах пребывает в гармонии с их неоднозначным авторством. Перевод с испанского и послесловие Александра Казачкова.
Григорий Служитель, автор романа про маргинального и многострадального кота Савелия, пишет также малую прозу — зарисовки, очерки, рассказы, опубликованные на разных сайтах.
С миру по нитке — собралась книжечка.
Эми Хемпель родилась в Чикаго, штат Иллинойс. Она была одной из первых учениц Гордона Лиша, под началом которого выпустила несколько своих ранних рассказов. Лиш был настолько впечатлен ее талантом, что помог ей опубликовать ее первый сборник рассказов, «Основания для жизни» (1985), куда вошел "Кладбище, где погребен Ал Джолсон", ее самый первый рассказ. Впервые опубликованный в TriQuarterly в 1983 году, "Кладбище, где погребен Ал Джолсон" — один из самых широкоизвестных рассказов последней четверти двадцатого века.
Хемпель выпустила еще три сборника: «У врат царства животных» (1990), «Валяй домой» (1997); и «The Dog of the Marriage» (2005). The Collected Stories of Amy Hempel (2006) включает все рассказы, написанные Эми.
Представительница минимализма, на ряду с Рэймондом Карвером и Мэри Робисон, Хемпель — одна из немногих писателей, заработавших славу и уважение исключительно за свои короткие рассказы.
В книгу вошли рассказы английского писателя Э. Уилсона (Angus Wilson, р. 1913 г.), написанные в разные годы. Писатель разоблачает бездуховность, мещанскую ограниченность и ханжеское лицемерие современного английского «среднего класса». Рассказам присущи тонкий психологизм и ирония.
Рассказы прогрессивной австралийской писательницы К. Причард (1883–1969).