HomeLib
Язык книг:

Книги по жанру: Современная проза
Вольный каменщик
Осоргин Михаил Андреевич

Талантливый представитель литературы русского зарубежья Михаил Осоргин (1878–1942), как и многие русские люди его поколения, прошел через страдания, искусы, выдержал испытание войной, революцией, политикой и в дебрях и соблазнах учений, течений и направлений XX столетия нашёл свой собственный путь.

Своим путём идёт и герой вышедшей в Париже в 1937 г. повести Осоргина «Вольный каменщик» Егор Егорович Тетёхин. Тетёхин — истинно русская душа, воплощение лучших народных качеств, тихий герой, борец против зла, опора немощным и угнетённым

Серьёзный пласт повести — художественно-философское осмысление масонства.

В книгу входят и рассказы, написанные Осоргиным в эмиграции.

Вольтерьянцы и вольтерьянки
Аксенов Василий

На заре века восемнадцатого, «галантного века», очень заинтересовались друг другом две значительные личности — Вольтер и Екатерина Великая. В романе Василия Аксенова оживают старинные картины, и сходят с них благородные герои, кипят страсти нам непривычные, завязывается нешуточная драма нестареющих вольтеровских идей...

Вольтижеры
Штейман Борис Евгеньевич

Начало перестройки. Двух мужичков неожиданно вызывают в военкомат, дают им оружие, старенький «Запорожец» и заставляют патрулировать улицы. Потому как беспредел полнейший и властям самим уже никак не справиться. Причем один из мужичков еврей и собирается линять, а второй русский и собирается «весь этот бардак досмотреть до конца, из первого ряда…» С ними случается много забавных и смешных историй, а порой и не очень забавных и далеко не смешных. Но их с кашей не съесть, хотя кругом много коррупции и форменного беспорядка. Конечно, перестрелки, погони, драки и немного чистой любви.

Воля богов!
Свердлов Леонид

Троянская война давно стала легендой, а олимпийские боги — музейными скульптурами и персонажами мифов. Но в те давние времена, когда боги существовали бок о бок с людьми, им не было чуждо ничто человеческое. Обитатели Олимпа мучились вполне земными проблемами, шутили, ругались, любили и ненавидели — да ещё как! Такими их представляли древние авторы, красочно описавшие героический век в своих поэмах. Что, если и нам попробовать перенестись в ту славную эпоху и узнать, как все было на самом деле?

Воля вольная
Ремизов Виктор

Икра и рыба в этих краях — единственный способ заработать на жизнь. Законно это невозможно. И вот, начавшееся случайно, разгорается противостояние людей и власти. Герои романа — жители одного из поселков Дальнего востока России. Охотники, рыбаки, их жены, начальник районной милиции, его возлюбленная, два его заместителя. 20 % отката. Секретарша начальника, буфетчица кафе, москвич-охотник, один непростой бич, спецбригада московского Омона. Нерестовые лососи, звери и птицы лесные. Снега, горы, солнце, остывающие реки и осенняя тайга.

Читается роман, как детектив, но это не детектив, конечно… Это роман о воровской тоске русского мужика по воле.

Воляй абраны. Дамова на спакусу
Бароўскі Анатоль

У першую кнігу аўтар уключыў два раманы – “Воляй абраны” і “Дамова на спакусу”. Першы раман – пра падзеі 1863-га года, пра вызвольнае паўстанне супраць расійскага царызму, якое ўзначаліў Кастусь Каліноўскі. Пра каханне кіраўніка паўстання і яго нарачонай – Марыі Ямант. Аўтар паспрабаваў з вышыні сённяшняга часу паглядзець на супярэчлівую і выбітную асобу Вікенція Канстанціна Каліноўскага, спроба разабрацца ў тым, чаму паўстанню з самага пачатку была наканаваная параза... І чаму духоўны подзвіг дыктатара Каліноўскага застанецца ў памяці нашчадкаў на вякі. “Дамова на спакусу” – раман-фантасмагорыя. Пра тое, што побач з намі штодзённа крочыць спакуса, патойбаковыя сілы падсцерагаюць нас, калі мы “паслізнемся”, калі захочам атрымаць прывідную асалоду жыцця, спакусіцца на багацце. Пра тое, што для чалавека азначае Біблія і вера ў Бога. Як пазбегнуць спакусы, як разабрацца ў тым, якой дарогай мы павінны крочыць у заўтра і ад каго чакаць дапамогу, калі нас нечакана засмокча багна хлусні і падману, – аўтар паспрабаваў адказаць на гэтыя і іншыя пытанні. Кніга разлічана для чытачоў рознага ўзросту.

Воображаемые жизни Джеймса Понеке [litres]
Макерети Тина

Что скрывается за той маской, что носит каждый из нас?

«Воображаемые жизни Джеймса Понеке» – роман новозеландской писательницы Тины Макерети, глубокий, красочный и захватывающий.

Джеймс Понеке – юный сирота-маори. Всю свою жизнь он мечтал путешествовать, и, когда английский художник, по долгу службы оказавшийся в Новой Зеландии, приглашает его в Лондон, Джеймс спешит принять предложение.

Теперь он – часть шоу, живой экспонат. Проводит свои дни, наряженный в национальную одежду, и каждый за плату может поглазеть на него. А ночами перед Джеймсом распахивает свои двери викторианский Лондон, со всеми его секретами, опасностями и чудесами.

Но готов ли Джеймс к тому, что приготовила для него жизнь? И так ли добры люди, скрывающиеся за фасадом дружелюбия?

Воображаемый репортаж об одном американском поп-фестивале
Дери Тибор

В книгу включены две повести известного прозаика, классика современной венгерской литературы Тибора Дери (1894–1977). Обе повести широко известны в Венгрии.

«Ники» — согретая мягким лиризмом история собаки и ее хозяина в светлую и вместе с тем тягостную пору трудового энтузиазма и грубых беззаконий в Венгрии конца 40-х — начала 50-х гг. В «Воображаемом репортаже об одном американском поп-фестивале» рассказывается о молодежи, которая ищет спасения от разобщенности, отчуждения и отчаяния в наркотиках, в «масс-культуре», дающих, однако, только мнимое забвение, губящих свои жертвы. Символический подтекст повести — предупреждение о грозящей героям и всему человечеству моральной деградации, которую несут многие ложные ценности и приманки современного общества потребления.

Воображение мертво, вообрази
Беккет Сэмюэль
Вообрази себе картину
Хеллер Джозеф

Роман «Вообрази себе картину...» (1988) описывает путешествие во времени — от Аристотеля до наших дней, окрашенное стойким убеждением автора: нет оснований говорить, будто человечество за прошедшее время сильно усовершенствовалось в моральном и интеллектуальном отношении.

Вообрази себе картину
Хеллер Джозеф

Роман «Вообрази себе картину...» (1988) описывает путешествие во времени — от Аристотеля до наших дней, окрашенное стойким убеждением автора: нет оснований говорить, будто человечество за прошедшее время сильно усовершенствовалось в моральном и интеллектуальном отношении.

Вопль впередсмотрящего [Повесть. Рассказы. Пьеса]
Гаврилов Анатолий

Новая книга Анатолия Гаврилова «Вопль вперёдсмотрящего» — долгожданное событие. Эти тексты (повесть и рассказы), написанные с редким мастерством и неподражаемым лиризмом, — не столько о местах, ставших авторской «географией прозы», сколько обо всей провинциальной России. Также в настоящее издание вошла пьеса «Играем Гоголя», в которой жанр доведён до строгого абсолюта и одновременно пластичен: её можно назвать и поэмой, и литературоведческим эссе.

Анатолий Гаврилов родился в 1946 году в Мариуполе. Не печатался до 1989 года. Позднее произведения стали появляться в журналах, выходили книгами и переведены на немецкий, итальянский, финский и голландский языки. Лауреат премий журнала «Октябрь» (2002), Андрея Белого (2010) и «Чеховский дар» (2011).

Живёт во Владимире.

* * *

Тексты владимирского почтальона Анатолия Гаврилова — образец независимой, живой прозы. Новую книгу Гаврилова читатели ждали больше двадцати лет.

Вот она.

Олег Зоберн, составитель серии

Вопреки
Яфор Анна

Они не должны были быть вместе по множеству причин. Разница в возрасте, противоположный социальный статус, болезнь, не смертельная, но неизлечимая… Ее ждала роскошная жизнь с потрясающим, любящим мужчиной. Его – работа, занимающая все свободное время. Но разные дороги, которые они выбрали, все равно слились в одну. И никто даже представить не мог, к чему это приведет.

Вопреки всему
Тимофеев Валерий Владимирович

Ранее эти истории звучали на семейных встречах; автор перенес истории на бумагу, сохранив ритм и выразительность устной речи. Разнообразие тем и форматов соответствует авторской любознательности: охотничьи байки про Северный Урал и Дальний Восток, фельетоны о советской армии, лубочные зарисовки «про 90-е» — меняются стиль, эпохи и форматы, непреложно одно: каждая история, так или иначе, происходила в жизни автора.

Для широкого круга читателей.

Вопреки или Ненавижу Мишку
Ганжина Полина Алексеевна

Первый сборник, в котором великое множество логических, орфографических и пунктуационных ошибок.

Вопреки искусству
Эспедал Томас

Томас Эспедал пронзительно откровенно и бесхитростно пишет о себе и своей жизни: он пытается наладить хозяйство в старом ветхом домике на острове — умерла женщина, с которой он давно расстался, и он приехал сюда растить их общую дочь. Писатель, он перерабатывает горе в слова, и делает это в прустовской манере, виртуозно вытягивая истории одну за другой как шелковую нить из кокона. И так постепенно мы узнаем многое о его жизни: как он писал свою первую книгу, потому что твердо решил стать писателем; что он похоронил маму, наследницу знатной бергенской фамилии, перед которой всегда испытывал смущение оттого, что они с отцом были недостаточно хороши для нее, а другая его бабушка до смерти не могла забыть, что ее выгнала из дома мачеха; как он боится соседских собак и что он обожает прогулки. Истории цепляются одна за одну, роман населяется людьми, но тон его не меняется — это очень светлые, ироничные, блистательно написанные наблюдения и размышления человека о жизни, где старые традиции исповедальной прозы испытывают явное влияние современной открытости и ненатужности интернет-дневников. Книги Эспедала считаются каноном жанра «новой дневниковой прозы». Они переведены на все основные языки мира и во всех странах собирают награды и восторженные отзывы читателей.

Начнем с того, что книга «Вопреки искусству» написана до неприличия хорошо. Все вроде скромно, но здесь и там слова сияют, как капельки росы на паутине. Похоже, нет ни одной страницы, где бы ты не порадовался отличной формулировке, не восхитился меткому наблюдению, которое застревает в памяти. Книга бесхитростно поэтична. Ее хочется иметь дома, чтобы она была.

Politiken

Особая, пружинящая лирическая манера письма, передающая все хитросплетения и эмоциональную бесконечность счастливых событий и мгновений, но воистину незаменимая при описании потерь и горя, которое их непременно сопровождает. Текст Эспедала пенится и искрится, переливаясь ассоциациями.

Aftenposten

В романе «Вопреки искусству» Томас Эспедал поэтично и проникновенно описывает, как он несет свой человеческий крест, любит и теряет… и обретает мудрость.

Nordjyske Stiftstidende

Вопреки предсказанию (СИ)
Лисицына Татьяна Юрьевна

С помощью приворота и своей темной власти колдунья заставляет Нину отказаться от любимого и выйти замуж за своего сына. Сможет ли она, слабая девушка, разорвать цепь зла и изменить страшную судьбу, уготованную ее ребенку?

Вопрос — ответ
Сваруп Викас

Кто хочет стать миллионером?

Все!

Но кто сможет ответить на вопросы в популярном телешоу и действительно выиграть миллион?

Только не полуграмотный официант Рама Мохаммед Томас из захолустного ресторана!

Однако именно ему выпадает шанс участвовать в шоу, и именно он становится победителем!

Обман? Жульничество? Преступный сговор?!

Или просто — фантастическое везение?

Устроители шоу пытаются найти ответы на эти вопросы и не торопятся выплачивать выигрыш.

Конечно, победитель может «получить все», но пока — на всякий случай! — его определяют в… тюрьму.

< 1 174 175 176 177 178 1891 >