Ірена Карпа (справжнє ім`я невідоме). 23 роки, проживе ще невідомо скільки через свій вельми певний спосіб життя. «Дупа і уродка (…), прибацана тьолка…» — любить цитувати журналісти антоцію до першої Іреніної книги «Знес Паленого». Насправді все ще гірше: Ірена добра, розумна, виважена, гарна…

«Сиджу вечорами, плету макраме…» — зізнається вона в одному інтерв`ю.

Це неправда, що вона любить картинги, — вона пече яблучні пляцки. Неправда, що пірнає в Тихому океані з аквалангом, — вона читає дамські романи.

Ірена НЕ подорожує автостопом, НЕ фотографує заборонених яків в Гімалаях на Індо-Китайському кордоні, НЕ пише блюзнірських текстів для альбомів типу «Курва Кам Бек!» гурту типу «Фактично Самі», НЕ міняє життєвих поглядів і місць проживання, НЕ пише дисертацій з літератури, НЕ вживає жодних наркотиків, НЕ малює автопортретів, де зображений самий лише голий торс, НЕ поводиться нечемно, НЕ заключає мільйонних контрактів.

Ірена просто НЕ каже правди.

Тяжёлая это работёнка – быть любимой наследницей Америки, но кому-то же нужно ей быть. Лексингтон Ларраби не работала ни дня в своей жизни. В конце концов, она же наследница мультимиллионной медиа-империи Ларраби. А наследницы, как предполагается, не работают. Но с другой стороны, не предполагается, что они разбивают совершенно новые Мерседесы о мини-маркеты на бульваре Сансет. И поэтому в день восемнадцатилетия Лекси её всегда отсутствующий отец решает применить более активный подход к её своенравной жизни. Каждую неделю в течение следующего года ей придётся побывать на различных низкооплачиваемых работах, если она хочет когда-либо вернуть свой любимый трастовый фонд. Но если и есть что-то хуже, чем работа горничной, посудомойкой или в ресторане быстрого питания, так это иметь дело с Люком, высокомерным, хотя и привлекательным, выпускником колледжа, которого отец назначил присматривать за ней. В веселой «комедии наследницы» о семье, прощении, благих намерениях и вторых шансах Лекси узнает, что любовь может быть ничем не ограниченной, деньги могут быть несущественными и, независимо от возраста, все нуждаются в небольшой помощи. И хотя у неё нашлось бы 52 причины ненавидеть своего отца, ей нужна только одна причина любить его.

Тяжёлая это работёнка — быть любимой наследницей Америки, но кому-то же нужно ей быть. Лексингтон Ларраби не работала ни дня в своей жизни. В конце концов, она же наследница мультимиллионной медиа-империи Ларраби. А наследницы, как предполагается, не работают. Но с другой стороны, не предполагается, что они разбивают совершенно новые Мерседесы о мини-маркеты на бульваре Сансет. И поэтому в день восемнадцатилетия Лекси её всегда отсутствующий отец решает применить более активный подход к её своенравной жизни. Каждую неделю в течение следующего года ей придётся побывать на различных низкооплачиваемых работах, если она хочет когда-либо вернуть свой любимый трастовый фонд. Но если и есть что-то хуже, чем работа горничной, посудомойкой или в ресторане быстрого питания, так это иметь дело с Люком, высокомерным, хотя и привлекательным, выпускником колледжа, которого отец назначил присматривать за ней. В весёлой «комедии наследницы» о семье, прощении, благих намерениях и вторых шансах Лекси узнает, что любовь может быть ничем не ограниченной, деньги могут быть несущественными и, независимо от возраста, все нуждаются в небольшой помощи. И хотя у неё нашлось бы 52 причины ненавидеть своего отца, ей нужна только одна причина любить его.

От автора. Данная книга не является очернением военной системы, она только констатирует временной срез, в котором всем было нелегко. Будет интересно прочесть тем, кто может видеть сейчас рассвет армии, флота и Родины, чтобы понять и ценить то что сейчас у них есть. Не стоит отрицательно относиться к герою, если он вам не нравится, он всего лишь человек, мальчик, юноша и ему еще предстоит только стать мужчиной.

Замечательный русский прозаик Александр Покровский не нуждается в специальных представлениях. Он автор многих книг, снискавших заслуженный успех.Название этого сборника дано по одноименной истории, повествующей об экстремальном существовании горстки моряков, «не теряющих отчаяния» в затопленной субмарине, в полной тьме, «у бездны на краю». Писатель будто предвидел будущие катастрофы.По этому напряженному драматическому сюжету был снят одноименный фильм.Широчайший спектр человеческих отношений — от комического абсурда до рокового предстояния гибели, определяет строй и поэтику уникального языка Александра Покровского.Ерничество, изысканный юмор, острая сатира, комедия положений, соленое слово моряка передаются автором с точностью и ответственностью картографа, предъявившего новый ландшафт нашей многострадальной, возлюбленной и непопираемой отчизны.

Замечательный русский прозаик Александр Покровский не нуждается в специальных представлениях. Он автор многих книг, снискавших заслуженный успех.Название этого сборника дано по одноименной истории, повествующей об экстремальном существовании горстки моряков, «не теряющих отчаяния» в затопленной субмарине, в полной тьме, «у бездны на краю». Писатель будто предвидел будущие катастрофы.По этому напряженному драматическому сюжету был снят одноименный фильм.Широчайший спектр человеческих отношений – от комического абсурда до рокового предстояния гибели, определяет строй и поэтику уникального языка Александра Покровского.Ерничество, изысканный юмор, острая сатира, комедия положений, соленое слово моряка передаются автором с точностью и ответственностью картографа, предъявившего новый ландшафт нашей многострадальной, возлюбленной и непопираемой отчизны.

Полюбить эту книгу легко, — достаточно ее прочитать.Студент — тоже человек. Яков Арсёнов не убеждает нас в обратном. Не убеждает смехом сквозь слезы, дружбой сквозь вражду, весной сквозь осень.Язык книги — вызов. Вызов литературе, которая не смогла. Не смогла дать произведения о студенчестве. Не смогла по причине хаотичности, неуязвимости и многогранности темы. Не доставало мужества подступиться к ней…Технократическим триллером «76-ТЗ» Яков Арсенов дает понять, что с повестки отечественной словесности тема снята.

«Ночной маршрут».Книга, которую немецкая критика восхищенно назвала «развлекательной прозой для эстетов и интеллектуалов».Сборник изящных, озорных рассказов-«ужастиков», в которых классическая схема «ночных кошмаров, обращающихся в явь» сплошь и рядом доводится до логического абсурда, выворачивается наизнанку и приправляется изрядной долей чисто польской иронии…

Американская провинция. Шумный хайвэй. Заброшенная автостоянка с магазинчиком, на которую однажды приезжает загадочный автомобиль неизвестной модели — и застывает, словно в ожидании, словно приманивая жертву. Мимо едут по своим делам люди, самые разные: добрые и злые, раздраженные, уставшие, воодушевленные. Некоторые из них останавливаются и подходят к загадочной машине — и назад к своим автомобилям уже не возвращаются. Пожалуй, только дети способны разглядеть опасность, притаившуюся за перепачканными засохшей грязью стеклами, только дети найдут, что противопоставить ей.Перевод на русский язык, С. Думаков при участии А. Сергеева и М. Замятиной, 2011 специально для портала StephenKing.ru

Роман «99 франков» представляет собой злую сатиру на рекламный бизнес, безжалостно разоблачает этот безумный и полный превратностей мир, в котором все презирают друг друга и так бездарно растрачивается человеческий ресурс...Роман Бегбедера провокационен, написан в духе времени и весьма полемичен. Он стал настоящим событием литературного сезона, а его автор, уволенный накануне публикации из рекламного агентства, покинул мир рекламы, чтобы немедленно войти в мир бестселлеров.

Роман «99 франков» представляет собой злую сатиру на рекламный бизнес, безжалостно разоблачает этот безумный и полный превратностей мир, в котором все презирают друг друга и так бездарно растрачивается человеческий ресурс…Роман Бегбедера провокационен, написан в духе времени и весьма полемичен. Он стал настоящим событием литературного сезона, а его автор, уволенный накануне публикации из рекламного агентства, покинул мир рекламы, чтобы немедленно войти в мир бестселлеров.

«Un rédacteur publicitaire, c'est un auteur d'aphorismes qui se vendent». Octave, riche concepteur-rédacteur de 33 ans, se rebelle et s'insurge contre l'univers superfétatoire de la publicité qui brasse des millions d'euros en vendant des produits inutiles à de pauvres ménagères. Le rédacteur publicitaire détient le pouvoir absolu des mots et des formules lapidaires. Il suscite l'envie, influence votre inconscient et décide à votre place ce qu'il vous semblera indispensable d'acheter. À la recherche d'une pureté perdue, Octave écrit son livre pour détruire la publicité et se faire licencier. Mise en abîme de l'acte d'écrire, 99 francs est une avancée narrative qui progresse au rythme de ses réflexions ironiques, de son existence régentée par l'argent, le sexe et la cocaïne. «Tout s'achète : l'amour, l'art, la planète Terre, vous, moi». Ce roman est une sorte de diatribe, de confession enragée scandée par des scénarios publicitaires qui interrompent savamment le récit, non sans dérision. Octave, lucide et critique à l'égard de ce système mercantile n'en est pas moins le jouet et le restera jusqu'au bout.(Nathalie Jungerman)

THE FIRST NEW BOOK IN A DECADE FROM THE ACCLAIMED AUTHOR OF "STATE OF GRACE," "ESCAPES," "TAKING CARE," AND "BREAKING AND ENTERING"Pulitzer Prize and National Book Award finalist Joy Williams has a one-of-a-kind gift for capturing both the absurdity and the darkness of everyday life. In "99 Stories of God," she takes on one of mankind's most confounding preoccupations: the Supreme Being.This series of short, fictional vignettes explores our day-to-day interactions with an ever-elusive and arbitrary God. It's the Book of Common Prayer as seen through a looking glass — a powerfully vivid collection of seemingly random life moments that is by turns comic and yearning and Kafkaesque. Kafka himself makes an appearance (talking to a fish), as do Tolstoy, the Aztecs, Abraham and Sarah, and O. J. Simpson. Most of Williams's characters, however, are like the rest of us: anonymous strivers and bumblers who brush up against God in the least expected places or go searching for Him when He's standing right there. The Lord shows up at a hot-dog-eating contest, a demolition derby, a formal gala, and a drugstore, where he's in line to get a shingles vaccination:"Have you ever had chicken pox?" asked the pharmacist."Of course," the Lord said."How did you hear about us?"Herself the daughter of a minister, Joy Williams instinctively understands one sure truth about God: He always gets the last laugh.

Before there was A, there was Alison DiLaurentis. Boys wanted to date her, girls wanted to be her, and somebody wanted her dead. . . .It's the end of seventh grade, and Alison DiLaurentis and her friends are the girls of Rosewood Day. Ali runs her clique with an iron fist, and she's got enough dirt on Hanna, Emily, Aria, and Spencer to keep them in line. But Ali's hiding a dark secret of her own, something so huge it would destroy everything if it ever got out. She's desperate to keep the perfect life she's worked so hard to build, but in Rosewood deadly secrets have deadly consequences. . . .Set in the weeks leading up to Ali's murder, this special Pretty Little Liars tale is told by the prettiest little liar of all: Ali herself. For the first time ever, we see how the mystery began . . . and how Alison DiLaurentis's life ended.(

Грянула очередная война, и драконы Алой долины вынуждены вернуться в родовое гнездо на побережье, чтобы защитить людей.

Книга наблюдений, ошибок, повторений и метаний. Мысли человека, начинающего работу в новой сфере, где все неизвестно, зыбко и туманно.

Одно из лучших в отечественной литературе произведений о «радостях» срочной службы.