Департамент
Зотов Степан Андреевич
Управление Историей, как оно могло бы выглядеть? Какая цель оправдывает средства? Что на самом деле властвует над умами, и какие люди ввязались бы в битву за будущее. |
Депеш Мод
Жадан Сергей Викторович
«Депеш Мод» – роман о юношеском максимализме и старческой смерти, книга о дружбе, ненависти и предательстве, рассказ о надежде и отчаянии. Панк как жизненная стратегия, музыка как среда обитания, религия как опиум для народа, постиндустриальный Харьков как место действия и главный герой… Первый роман Сергея Жадана «Депеш Мод» (2004), переведен уже на восемь языков.
|
Депеш Мод. Ще одна розмова
Жадан Сергей Викторович
Троє друзів вирушають на пошуки четвертого, щоби терміново повідомити йому про загибель вітчима… Хтось може назвати цей роман гімном маргіналів або портретом жорстокого міжчасся дев’яностих. А хтось – літературою про підлітків – з усією їхньою зневірою, несприйняттям світу дорослих, прагненням свободи, відчаєм та беззахисністю,– які на задвірках індустріальних краєвидів шукають себе і власне місце у житті. Та чи знайдуть? Обережно! Ненормативна лексика! |
Депрессия
Матвеева Анна
|
Депутат
Лопез Анри
|
Дервиш и смерть
Селимович Меша
Философский роман с историческим сюжетом и ярко выраженным лирическим началом. Действие происходит в Боснии XVII в., но исторические реалии размыты. В романе поставлены философские проблемы добра и зла, жизни и смерти, действия и бездействия, личности и общества, любви и ненависти.
|
Дерева на дахах
Вільчинський Олександр
Роман «Дерева на дахах» — це не тільки оповідь про життєві пошуки «неспокійної» людини, «героя свого часу» — Якова Довганя, бунтівника із довгим сивим хвостом і кільчиком у вусі. Це насамперед роман про Місто, про Тернопіль, що схожий на кораблик, про тернопільські будинки, схожі на кораблики, і про тернопільські кораблики, схожі на будинки, на дахах яких, до того ж, ще й ростуть дерева. Про тернопільську забігайлівку «для інтелектуалів і митців» «Пінгвін», а також про будинки, дерева та забігайлівки в інших містах, про одвічні стосунки між митцем і алкоголем, а ще про котів, чоловічу дружбу і справжню любов до Жінки. Чи то пак, до жінок. Словом, усім українським інтелектуалам, хто так і не дочитав «Улісс» Джойса, присвячується…
|
Деревенская околица. Рассказы о деревне
Булах Иван Владимирович
Иногда за неприглядной внешностью человека скрывается цельная и сильная натура. Чудаков считают чуть ли не юродивыми, забывая, что это мудрые люди с Божьей искрой. Так и в литературе — самые интересные сюжеты даёт сама Жизнь, вот только в суматохе наших дней их надо суметь разглядеть. Автор этой книги продолжает традиции В. М. Шукшина: он тоже «деревенщик», а наблюдательности ему не занимать. Он говорит живым и самобытным языком простого народа, который в деревне духовно чище и меньше испорчен. |
Деревенские дневники
Пьецух Вячеслав
Эта книга не обычное описание жизни в одной отдельно взятой деревне, а чрезвычайно личностное, заинтересованное размышление о смысле жизни в деревне вообще. И конечно же, о том, как живется-можется русскому человеку на русской земле. Понятно, жизнь эта непроста, и не текут у нас молочные реки в кисельных берегах, но все же - хороша русская деревня! Как бы загадочно и темно ни было ее прошлое, а настоящее - невразумительно и зыбко...
|
Деревенский бунт
Байбородин Анатолий Григорьевич
Книги известного сибирского писателя Анатолия Байбородина выходили в Иркутске и в Москве, рассказы и повести печатались в периодике и в сборниках за пределами нашей страны. Читателю нетрудно заметить, что Анатолий Байбородин родом из деревни и воспитывался в стихии народного языка и быта. Он вырос в смешанной русско-бурятской деревне. И как люди в ней дружили и роднились, так роднились и языки. Тут не нарочитость, не приём, а вошедшее в плоть и кровь автора и его героев языковое бытование. Повести и рассказы писателя в основном о родной ему земле, и написаны они с сердечной любовью к землякам, к былому деревенскому укладу, к забайкальской лесостепной, речной и озёрной природе, с искренним переживанием о судьбе родной земли, родного народа.
|
Деревенский бунт [Рассказы, повести]
Байбородин Анатолий Григорьевич
Книги известного сибирского писателя Анатолия Байбородина выходили в Иркутске и в Москве, рассказы и повести печатались в периодике и в сборниках за пределами нашей страны. Читателю нетрудно заметить, что Анатолий Байбородин родом из деревни и воспитывался в стихии народного языка и быта. Он вырос в смешанной русско-бурятской деревне. И как люди в ней дружили и роднились, так роднились и языки. Тут не нарочитость, не приём, а вошедшее в плоть и кровь автора и его героев языковое бытование. Повести и рассказы писателя в основном о родной ему земле, и написаны они с сердечной любовью к землякам, к былому деревенскому укладу, к забайкальской лесостепной, речной и озёрной природе, с искренним переживанием о судьбе родной земли, родного народа.
|
Деревенский дурачок
Рамбо Патрик
Роман о человеке, оказавшемся в прошлом. Из 1995 года герой неожиданно переносится в 1953-й. Многое так еще свежо в памяти, и все-таки сколько различий! И вот обычный француз конца XX века живет «двойной» жизнью… Это фантастика? Или психологический эксперимент? Автор, лауреат Гонкуровской премии Патрик Рамбо находит неожиданное решение, которое поможет его герою взглянуть на себя и на окружающий мир по-новому.
|
Деревенский Зорро
Башмаков Николай Борисович
Книга написана в приключенческом жанре с элементами детектива. Тяжёлые для страны 90-е годы. В ходе «реформ» хорошо механизированное колхозное русское село постепенно превращается в аморфное поселение безработных. Главный герой и его друг (старшеклассники) надевают маски и тайно начинают борьбу с местными преступными группировками. Делают это настолько скрытно, что девчонка, в которую главный герой почти безнадёжно влюблён, об их деятельности не догадывается. Развязка наступает, когда ребята оканчивают школу и приходит пора расставаться. В оформлении обложки книги использованы фотографии автора.
|
Деревни
Апдайк Джон
Джон Апдайк. Классик мировой литературы. Автор легендарных «Кентавра», «Иствикских ведьм», «Давай поженимся», «Кролик, беги» и еще множества произведений, вошедших в золотой фонд прозы XX века.Впервые на русском языке — яркий и неоднозначный роман великого американского писателя, вызвавший оживленную дискуссию в мировой прессе.История мужчины, больше всего на свете любившего секс, — но при этом относившегося к женскому телу с поистине религиозным поклонением…История необычной личности — от ее становления и до последнего часа.История греха и искупления…История человека, ломающего рамки расхожих представлений о морали и нравственности!* * *«Деревни» — изумительная, сильная, колоритная проза, — впрочем, от этого автора не ждешь иного. «Entertainment Weekly»Элегантный, превосходно написанный роман, в каждом слове которого чувствуется рука мастера. «Booklist»Элегичный эротизм Апдайка в этом произведении печален и завораживающе красив. «Time»Безошибочно узнаваемый стиль Апдайка — откровенность, доходящая до духовной обнаженности, и превосходный язык! «Kirkus»Дерзкий, удивительный, необычный роман! «USA Today»
|
Деревня дураков (сборник)
Ключарева Наталья Л.
В новую книгу Натальи Ключаревой – автора нашумевших романов «Россия: общий вагон» и «SOS» – вошли повесть «Деревня дураков» и цикл очерков «Деревянное солнце».Герой повести – молодой историк Митя – решил поработать сельским учителем в деревне Митино. Деревня как деревня, и жители в ней обычные – и старожилы, помнящие войну, и батюшка, и влюбчивые старшеклассницы, и блудница местная – Любка… А за деревней, подальше, стояла таинственная деревня дураков, о которой местные жители боялись даже думать. И пришлось Мите столкнуться с настоящей – неписаной – историей…
|
Дерево бодхі. Повернення придурків [Романи]
Яценко Петро
Дерево бодхі — рослина, сидячи під якою Гаутама Будда отримав просвітлення. Насправді ж це звичайне дерево роду фікусів. Сотні тисяч, мільйони таких дерев ростуть у всьому світі, навіть в оселі самотньої тридцятип’ятирічної жінки, героїні роману Петра Яценка «Дерево бодхі».Мула — герой роману «Повернення придурків» плекає цілий яблуневий сад. Разом із другом він розуміє, що після осягнення Нездійсненної мрії людині залишається лише один шлях у житті. Але той, хто колись пішов цим шляхом, рано чи пізно повертається…
|
Дерево забвения
Хьюстон Нэнси
Шейна родилась от суррогатной матери. Для Джоэля и Лили-Роуз, типичной американской семьи, это был единственный способ завести желанного ребенка. И жить бы ей счастливо с любящими родителями, вот только у девочки, как и у ее биологической матери, черная кожа. Взрослея, Шейна начинает задумываться о своем происхождении, о своих корнях — и о том, каково быть цветным в Америке. Ей предстоит долгий и тернистый путь к самопознанию и обретению своей идентичности.
|
Дерево на крыше
Токарева Виктория Самойловна
Искренняя, трогательная история женщины с говорящим именем Вера.Провинциальная девчонка, сумевшая «пробиться в артистки», испытала и ужас блокады, и голодное безумие, и жертвенную страсть, и славу.А потом потеряла все…Где взять силы, чтобы продолжать жить, когда судьба обрушивает на тебя беду за бедой?Где взять силы, чтобы продолжать любить, когда мужчины предают и лгут, изменяют и охладевают?Где взять надежду, когда кажется, что худшее уже случилось?Можно опустить руки и впасть в глухое отчаяние.Можно надеяться на чудо.А можно просто терпеть. Быть сильной. Сохранить в себе и веру, и нежность, и доброту, и милосердие…
|
Дерево на крыше (сборник)
Токарева Виктория Самойловна
Искренняя, трогательная история женщины с говорящим именем Вера.Провинциальная девчонка, сумевшая «пробиться в артистки», испытала и ужас блокады, и голодное безумие, и жертвенную страсть, и славу.А потом потеряла все…Где взять силы, чтобы продолжать жить, когда судьба обрушивает на тебя беду за бедой?Где взять силы, чтобы продолжать любить, когда мужчины предают и лгут, изменяют и охладевают?Где взять надежду, когда кажется, что худшее уже случилось?Можно опустить руки и впасть в глухое отчаяние.Можно надеяться на чудо.А можно просто терпеть. Быть сильной. Сохранить в себе и веру, и нежность, и доброту, и милосердие…Содержание сборника:Дерево на крышеАлександр ВторойДругаяМужская верностьМожно и нельзяСтарая собакаПропади оно пропадом
|
Дерево на крыше [сборник]
Токарева Виктория Самойловна
«…Приятно из грязного делать чистое, из темного – светлое, из немой горсти продуктов – благоуханный обед. Все садятся и радуются. И лица светятся. И желудки наполняются, и вырабатываются гормоны удовольствия. И еще неизвестно, что нужнее человеку – песня или обед». В. Токарева |