Домработница царя Давида
Волчок Ирина
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая её на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжёлой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве её честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь её изменится. И жизнь её родных, и знакомых, и друзей изменится. Есть такие люди, которые хотят и умеют менять мир к лучшему. Если и не весь мир, то хотя бы ту его часть, на которую способны повлиять…
|
Домработница царя Давида
Волчок Ирина
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая ее на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжелой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве ее честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь ее изменится. И жизнь ее родных, и знакомых, и друзей изменится. Есть такие люди, которые хотят и умеют менять мир к лучшему. Если и не весь мир, то хотя бы ту его часть, на которую способны повлиять…
|
Дон Гуан, как зеркало мировой революции
Арбенин Константин
Роман в тезисах.
|
Дон Домино
Буйда Юрий Васильевич
Юрий Буйда не напрасно давно имеет в литературных кругах репутацию русского Зюскинда. Его беспощадная, пронзительная проза гипнотизирует и привлекает внимание, даже когда речь заходит о жестокости и боли.Правда и реальность человеческой жизни познаются через боль. Физическую и душевную. Ни прекрасная невинная юность, ни достойная, увитая лаврами опыта зрелость не ограждают героев Буйды от слепящего ужаса повседневности. Каждый день им приходится выбирать между комфортом и конформизмом, правдой и правдоподобием, истиной и ее видимостью. Ни один выбор – не идеален. Но иногда выбрать – значит совершить поступок. Какими ни были бы его последствия…В новую книгу известного писателя, драматурга и журналиста Юрия Буйды вошел роман «Дон Домино». Стилистический шедевр, он колеблется на грани Добра и Зла, зачаровывая и пленяя.
|
Дон Жуан
Барикко Алессандро
Легенда о Дон Жуане, отчаянном искателе приключений и коварном соблазнителе, существует уже много столетий. Она не раз воплощалась в мировой литературе и на театральной сцене — в пьесах и постановках Тирсо де Молины и Карло Гольдони, Лоренцо да Понте и Мольера. Специально для проекта Save the Story известный итальянский писатель Алессандро Барикко пересказал эту историю для детей, а итальянский художник Алессандро Мариа Накар проиллюстрировал ее.
|
Дон Иван
Черчесов Алан Георгиевич
Алан Черчесов – прозаик, филолог, автор романов «Венок на могилу ветра», «Вилла Бель-Летра», в разные годы входивших в шорт-лист премии «Русский Букер».«Дон Иван» – роман о любви, написанный языком XXI века.Два места действия – Москва и Севилья – стремительно сменяют друг друга; две главные линии – история Дон Жуана и жизнь писателя, который рисует ее, – переплетаются, граница между их мирами стирается, и вот уже автор разговаривает с героем, а герой сражается с собственным двойником.
|
Дон Корлеоне и все-все-все
Смирнов Андрей Владимирович
Эта история произошла в реальности. Её персонажи: пират-гуманист, фашист-пацифист, пылесосный император, консультант по чёрной магии, социологи-террористы, прокуроры-революционеры, нью-йоркские гангстеры, советские партизаны, сицилийские мафиози, американские шпионы, швейцарские банкиры, ватиканские кардиналы, тысяча живых масонов, два мёртвых комиссара Каттани, один настоящий дон Корлеоне и все-все-все остальные — не являются плодом авторского вымысла. Это — история Италии.
|
Дон Хуан
Бальестер Гонсало Торренте
Роман «Дон Хуан» — из серии книг, которые сам автор назвал «забавными историями для эрудитов». Это остроумная поэтическая фантазия на тему легенды о Дон Жуане. Опираясь на тексты великих предшественников, автор творит свой миф, где знаменитый герой совершает путешествие через столетия и становится нашим современником.
|
Дона Флор и ее два мужа
Амаду Жоржи
Роман «Дона Флор и два ее мужа» переносит в солнечную Баию – место действия почти всех произведений писателя. Автор дает широкую панораму баиянской жизни, картину обычаев, нравов условий и условностей, окрашенную колоритом Сальвадора, города, в котором смешались все расы. История двух замужеств доны Флор – основная сюжетная линия романа. «История о нравственности и любви» – повествование, в котором автор высмеивает мелкую буржуазию, ее неспособность к полнокровной жизни, ее нелепые и смешные предрассудки.
|
Дона Флор и ее два мужа
Амаду Жоржи
Роман «Дона Флор и два ее мужа» переносит в солнечную Баию — место действия почти всех произведений писателя. Автор дает широкую панораму баиянской жизни, картину обычаев, нравов условий и условностей, окрашенную колоритом Сальвадора, города, в котором смешались все расы. История двух замужеств доны Флор — основная сюжетная линия романа.«История о нравственности и любви» — повествование, в котором автор высмеивает мелкую буржуазию, ее неспособность к полнокровной жизни, ее нелепые и смешные предрассудки.
|
Донбасс. Дорога домой
Бобылев Дмитрий Викторович
Авторы и составители этого сборника обращаются к теме войны, что идёт на Донбассе уже десять лет. Многие авторы сами являются свидетелями или участниками драматических событий, происходящих в Новороссии: это граждане двух донбасских республик, волонтёры, военкоры и воины российской армии. В каждом рассказе сборника заложена золотая крупица правды о современной войне. Эти крупицы составили её мозаичную картину.
|
Донбасский декамерон
Измайлов Олег Витальевич
Что получается, когда люди с разными судьбами и взглядами на жизнь и смерть собираются в не таком уж и далеком будущем в разбитом доме и рассказывают друг другу истории из прошлого Донбасса, Таврии, Слобожанщины и Малороссии? Правильно, современный декамерон – рассказы из трудной и поучительной жизни людей, создавших немыслимо прекрасный мир Юга России.
|
Дондог
Володин Антуан
Антуан Володин — так подписывает свои романы известный французский писатель, который не очень-то склонен раскрывать свой псевдоним. В его своеобразной, относимой автором к «постэкзотизму» прозе много перекличек с ранней советской литературой, и в частности с романами Андрея Платонова. Фантасмагорический роман «Дондог» относится к лучшим произведениям писателя.
|
Донор
Чилая Сергей
|
Доносчик 001, или Вознесение Павлика Морозова
Дружников Юрий
Первое независимое расследование зверского убийства подростка, донесшего на отца, и процесса создания из мальчика самого известного советского героя, проведенное через пятьдесят лет после трагических и загадочных событий московским писателем, который рискнул сопоставить официальный миф с историческими документами и показаниями последних очевидцев
|
Донька пастора
Оруэлл Джордж
Дороті Хейр — донька превелебного Чарлза Хейра з усіма класичними наслідками на взірець ведення домашнього господарства, порядкування скромним церковним бюджетом, догляду за часто дратівливим і невдячним батьком і обов’язковими відвідинами пастви Англіканської церкви, яка поступово здає свої позиції серед вірян, поступаючись модернішим конфесіям, які не настільки відстали від віянь часу. А ще Дороті Хейр досі незаміжня, хоча вже невдовзі переступить поріг, який відділяє молодість від зрілості, що, звісно, не додає їй оптимізму щодо перспектив свого подальшого життя. Так би й не побачила Дороті у своєму житті нічого, окрім маленького англійського містечка, без жодних перспектив бодай колись змінити чи навіть розірвати осоружне коло свого не надто радісного життя, якби не дивна випадковість, яка вириває її із цієї сірої одноманітності і жбурляє у вир геть іншого життя — тяжкого, химерного, виснажливого, але такого справжнього... У романі «Донька пастора» Орвелл розмірковує про життя без вибору, про безвихідь, коли страх того, що нічого й ніколи не зміниться, співмірний страхові змін, врешті-решт про те, що, опинившись на волі, колишні ув’язнені часто знову прагнуть повернутися до в’язниці одноманітної напередвизначеності, бо, окрім усього, справжня свобода ще й має властивість лякати. |
Допельдон, или О чем думает мужчина?
Семенов Эдуард Евгеньевич
Мужчине средних лет в постели любовницы приснилось новое слово, которому он пытается придумать смысл.В поисках смысла этого слова он скрупулезно изучает свою жизнь, и понимает, как сильно изменились его представления о жизни с юношеского возраста.Все происходит на фоне любовной истории и мучительного выбора, с кем же быть дальше. Как жить дальше? Зачем жить дальше?Эта книга попытка дать ответ, о чем думает мужчина, когда принимает те или иные важные для него решения.
|
Дополнительный человек
Эймс Джонатан
В романе царит сумасшедший ритм Нью-Йорка – фантастического мегаполиса, который смущает, искушает, возносит на небеса наслаждений и свергает на дно невротического ада. Здесь живут два чудака: молодой англоман Луис, мечтающий стать «совершенным джентльменом», и старый светский лев Генри. Они взирают на мир сквозь призму собственной эксцентричности, сдабривая искрометными каламбурами драматизм существования, и развлекаются каждый на свой лад: Генри – в аристократической тусовке среди богатых подруг-леди, а Луис – среди транссексуалов и завсегдатаев пип-шоу.
|
Допплер
Лу Эрленд
Герой последнего (2004 г.) романа популярного современного норвежского писателя Эрленда Лу «Допплер» уходит жить в лес. Он убивает тесаком лосиху, и в супермаркете выменивает ее мясо на обезжиренное молоко и воспитывает ее лосенка. Он борется с ядовитыми стрелами детской поп-культуры, вытесывает свой собственный тотемный столб и сопротивляется попыткам навещающей дочки обучить его эльфийскому языку...
|
ДОПРОС. Пьеса для чтения
Пряхин Георгий
|