В сборник включены романы известных южноафриканских писателей Питера Абрахамса «Живущие в ночи» и Ричарда Рива «Чрезвычайное положение». Эти произведения, принадлежащие к лучшим классическим образцам литературы протеста, в высокохудожественной форме отразили усиливающийся накал борьбы против расизма. Занимательность, динамизм повествования позволяют рассматривать романы как опыт политического детектива.

Обычный человек может добиться всего и в любых обстоятельствах, если сильно захочет — вот суть книги М. Веллера «Живы будем — не помрем». Авантюрные сюжеты заставляют следить, как добиться любви, исцелиться от смертельной болезни и познать смысл Вселенной.

Книга воспоминаний Татьяны Серафимовны Новоселовой – еще одно сильное и яркое свидетельство несокрушимой твердости духа, бесконечного терпения, трудолюбия и мужества русской женщины. Обреченные на нечеловеческие условия жизни, созданные «народной» властью для своего народа в довоенных, военных и послевоенных колхозах, мать и дочь не только сохранили достоинство, чистую совесть, доброе, отзывчивое на чужую беду сердце, но и глубокую самоотверженную любовь друг к другу. Любовь, которая позволила им остаться в живых.

Введите сюда краткую аннотацию

В сборник вошел сорок один рассказ. Все эти великолепные тексты были написаны (или, по крайней мере, попались на глаза составителю) в 2009 году и до сих пор не были опубликованы. Мы считаем, что это форменное безобразие, и исправляем ошибку.

Андрей Макаревич, музыкант и художник, тонко чувствует ритмику жизни, рисуя в своей новой книге наброски из прошлого и настоящего — искренне и по-доброму. Путешественник, не перестающий радоваться и удивляться, он беседует с читателем на темы, которые, бесспорно, затронут каждого думающего человека.

Когда руководство книжного магазина-кофейни решило провести акцию «Живые книги», никто не ожидал, что столько желающих примут в ней участие. Во время акции каждый человек мог стать Книгой, рассказывая свои истории, или послушать чужие и таким образом стать Читателем. Амалия, Виктор и Женя — главные Читатели. У каждого из них есть свои причины для участия в акции. Кто-то ищет смысл жизни, кто-то — вдохновение, а кто-то — любовь. Но что, если для того, чтобы найти утраченное, надо всего лишь оглянуться вокруг? Ведь вполне возможно, что именно сейчас твоя судьба сидит напротив тебя и рассказывает о своей жизни…

Дед услышал по радио наивный стишок про войну и вспомнил себя мальчиком из поселка Лазурь, на окраине Сталинграда, близ Мамаева бугра… где он жил до войны и где провел все 200 дней и ночей страшной битвы.

13 октября 1972 года небольшой самолет с командой молодых регбистов на борту отклонился от курса и врезался в горы. Из сорока пяти пассажиров и членов экипажа уцелели шестнадцать. Десять изнурительных недель они боролись за выживание в заснеженных Андах без теплой одежды, без еды и воды, без средств связи, противостояли суровой природе и пытались выбраться к людям.

На их долю выпали тяжелейшие испытания. Из разряда тех, что обнажают природу человека и выявляют его суть. В одних просыпается дикость и зверство, в других же, наоборот, исключительный героизм и самопожертвование.

Пирс Пол Рид работал придирчиво и очень внимательно. Несколько месяцев он собирал материалы для книги, опрашивал и интервьюировал выживших, их родственников и друзей, сверял факты. Делал все, чтобы установить истину и рассказать миру историю несчастных людей, вынужденных питаться своими мертвыми товарищами, чтобы выжить.

18+

Киншка — чеченское слово. В переводе — книга, том, фолиант. Герои киншки военного корреспондента "Известий" Вадима Речкалова знать друг друга не хотят, едва собираются вместе — между ними тут же возникает конфликт. Единственное, что их объединяет, — все они живут в Зоне КТО — зоне контртеррористической операции. Все — от террористок-смертниц со взрывчаткой на талии до гламурных барышень в "лексусах". У каждого своя война, своя любовь, своя правда. Каждый в отдельности — в принципе, хороший человек. Одна проблема — как их всех, таких хороших, помирить.

…Идеальных мужчин не бывает. Кому, как не мне, это знать. Подтверждение тому – многолетний опыт, мой и моих подруг. В каждом мужчине есть какой-то, хотя бы маленький, изъян. Поэтому если вы когда-нибудь услышите: «Я встретила идеального мужчину!» – насторожитесь. Быть беде.Арсений молод, голоден, амбициозен и немного ленив. Мечты его скромны: всего лишь целый мир к ногам. Путь наверх кажется простым – надо продать то единственное, что принадлежит ему безоговорочно, то есть самого себя. Американский миллионер, одинокая  актриса, богатая вдова – для кого-то из них он станет одноразовым впечатлением, для кого-то – наркотиком, для кого-то – любовью. Для кого-то он – обслуживающий персонал, для кого-то – платный повелитель. Только вот так  ли уж это просто – быть беспринципным? И если каждый день продавать себя, то не близок ли  день, когда тебя съедят до крошечки и ты закончишься – насовсем?Ранее это произведение выходило под названием «Жиголо, или Сто мужчин для безупречной блондинки».

ИЗВИНИТЕ ЗА НАЗВАНИЕ!Когда я прочитал то, что вы прочитаете на следующей странице, мне стало немного не по себе. Мне не нравятся такие слова, даже с уменьшительным или ласкательным суффиксом. Когда-то мне довелось употребить (крылатое, между прочим) выражение «вечный жид» и я получил взбучку от читателя. Жида не спасает вечность. Хотя писатель Андре Жид получил Нобелевскую премию.И тут я опустил глаза на следующую строчку и прочитал: «Мемуар». Это смягчило неудобопроизносимость названия. Я всегда питал слабость к словам, которых нет ни в одном словаре, и это было именно такое слово. Оно существует только во множественном числе, подразумевая множество событий. Но автор молодой, событий в его жизни немного, может быть, лучше ограничиться единственным? Впоследствии, с течением времени, автор накопит события и напишет мемуар, потом ещё мемуар, и в результате у него получатся мемуары.Знакомясь с мемуаром, я поймал себя на том, что смеюсь. Отчего я смеюсь, братцы? Может, вспомнил что-то смешное? Какой-нибудь анекдот или рассказ Зощенко? Нет, я смеялся именно над тем, что читал. Мемуар оказался и смешным, и грустным, и разным, но всегда увлекательным.Мне кажется, что этот мемуар, пусть даже в единственном числе, доставит и читателям такое же удовольствие, какое доставил мне. Хотя за всех читателей ручаться не могу. Даже нобелевский лауреат Андре Жид не мог ручаться за всех читателей. Кстати, он совсем не тот, каким его представляет фамилия, он только родился в семье юриста.Пусть вас не смущает обилие многоточий внутри слов. Они свидетельствуют об эрудиции автора и вместе с тем о его деликатности. Того же он ждёт и от читателя.Феликс Кривин

Требуется вычитка, желательна сверка с бумагой — много ошибок OCR, вычитано глава 6–9.

Читателю опытному, эрудированному, имя Георгия Гачева, конечно же, знакомо. Знакомы теоретические книги о литературе и эстетике, знакомы работы, исследующие национальные образы мира, знакомы культурологические исследования.Мы предлагаем новые отрывки из «Жизнемыслей.», дневника Г. Гачева, который он ведет на протяжении нескольких десятилетий и с частями которого читатели могли уже познакомиться по другим изданиям.Жанр своего дневника Георгий Гачев определил так: «…тот труд — философия быта как бытия».«Уральский следопыт» № 7, 1992.

Перед вами — история весьма своеобразного мужчины. Он привлекателен? Нет, он ЧЕРТОВСКИ ПРИВЛЕКАТЕЛЕН! Он — современный Казакова? Нет, скорее — современный Дон Жуан! В ЧЕМ РАЗНИЦА? Ах, вы не в курсе? Тогда вы в ОПАСНОСТИ! Потому что именно женщина, не знающая разницы между любовником и охотником, — первая жертва ОХОТНИКА!Итак, вы понадеялись на «неземное блаженство», а получили БОЛЬШИЕ ПРОБЛЕМЫ? Не вешайте нос! Помните — на всякого Дон Жуана найдется и своя донна Анна!

Роман Ирины Кедровой «Жизненный круг» – о жизни семьи, об отношении к одним и тем же событиям каждого члена семьи – мужа и жены, сына и дочери, внука. Что каждый вносит в общую жизнь? Что каждый воспринимает в череде событий и как реагирует? Три поколения объединены в романе. Меняется время – меняются люди. Неизменно одно – трудная и счастливая жизнь, полная любви и верности.

После смерти матери Брет Боулингер с ужасом обнаруживает, что ей одной из трех детей в наследство достался лишь список ее же собственных жизненных целей, написанный в четырнадцать лет, с комментариями мамы. Условие получения остального наследства — выполнение всех пунктов списка, включая и замужество, и даже покупку лошади. Но реально ли осуществить детские мечты всего лишь в течение года? И как, например, помириться с отцом, если он уже умер… Нищая, униженная, и все это только ради нее? А тут еще странный мужчина в плаще «Бёрберри»…