Евгений Водолазкин – автор романов «Лавр», «Авиатор», «Соловьёв и Ларионов», «Брисбен», лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна» и «Книга года». Его книги переведены на многие языки.

В новой книге «Идти бестрепетно» на первый план выходит сам автор. «Маленький личный Рай детства», история семьи, родные Петербург и Киев, Пушкинский Дом и занятия наукой, переход от филолога-медиевиста к писателю, впервые рассказанные подробности создания «Лавра», «Авиатора», «Брисбена»…

В откровенном и доверительном разговоре с читателем остается неизменной фирменная магия текста: в ряд к Арсению-Лавру, авиатору Платонову и виртуозу Глебу Яновскому теперь встает сам Водолазкин.

«Идущие в ночи» – роман о второй чеченской войне. Проханов видел эту войну не по телевизору, поэтому книга получилась честной и страшной. Это настоящий «мужской» роман, возможно, лучший со времен «Момента истины» Богомолова.

Рассказ о московском студенте-туристе Меньшикове, отдавшем свою жизнь ради спасения товарища.

Сюжет романа развивается стремительно, как кинолента. На родину, на Русский Север, возвращается из шумной столицы Вера Лешукова. Сойдя с поезда, она идет на кладбище навестить могилу любимого и здесь встречает Ивана Кузнецова. Неожиданно у нее возникает новая любовь. Иван мечтает создать с ней семью. Но драматизм их отношений и своеобразие восприятия мира подсказывают им, что они могут осуществить свою мечту только на другой планете. Туда они и отправляются. За ними увязывается американский ученый Майкл, очарованный Верой и Иваном, Россией и ее культурой. Писатель как будто хочет примирить Землю и Небо и достигает своей цели. Но почему герои покидают Землю? И на этот драматичный поворот сюжета дает ответ автор романа.

О Дине Ратнер, писателе, докторе философии, можно сказать, что она, подобно другим прозаикам, всю жизнь пишет одну книгу. Меняются персонажи, ситуация, время, однако остаётся неизменной проблема соотношения мечты и реальности. Какова бы ни была конкретная данность, герои не расстаются со своими представлениями о должном, которое оказывается реальней действительности, здравого смысла. Это средневековый поэт и мыслитель Иегуда Галеви, подчинивший свою жизнь и творчество устремлённости к принадлежащей ему по праву наследия Святой земле. Опережающий время медицинских возможностей бескомпромиссный врач Пётр Гитер, для которого одинаково значим новорождённый с патологией младенец и старик в хосписе. Герой третьей повести – инженер, историк по призванию, проживая в воображении разные времена и судьбы, приходит к выводу, что кроме конкретных фактов биографии есть ещё и биография души; легче жить со сверхзадачей.

Сотрудник маркетингового агентства готовит конкурс красоты характеров. Участницы конкурса должны продемонстрировать соотвествие архетипам богинь (любви, искусств, мудрости, материнства, любознательности, охоты). Но начальник подставляет его, в результате его арестовывают, но выпускают, когда им заинтересовался руководитель корпорации «Иерархия». Герой начинает работу в корпорации, где, оказывается, такую же должность занимает его бывший начальник. Они начинают соперничество за любовь участниц конкурса, параллельно с соперничеством в сфере политического прогнозирования. Герой правильно предсказывает исход выборов президента России, в результате чего за ним начинают охоту спецслужбы. Развязка наступает в канун выборов президента США, исход которых должен наступить согласно прогнозу героя - что делает его ключевым элементом игры властей.

В новом романе Елены Токаревой пересекаются все современные русские драмы и трагедии. В центре повествования – судьба молодого поколения русской элиты, родители которых теряют свое положение. Детям предстоит все начать сначала. Главных героев двое: девушка и юноша. Роман и Юлия. Когда они встречаются – им по пятнадцать лет. Второй раз судьба их сводит, когда им по двадцать три. Восемь лет из жизни страны. Обоим пришлось многое пережить. А главное – они вошли в другую действительность. Судьба России слишком тесно переплелась с судьбой Китая. Кто окажется наверху? Говорят, что, соприкасаясь, народы дают друг другу все, но усваивается только худшее.«Иероглиф» написан в жанре фантастического реализма. Это антиутопия. Все лица – очень узнаваемы, а все события, наоборот, – неожиданны. Они синтезированы из белка и энергии, которые писатель уловил в диалоге с высшим существом.

Эта книга написана о современном Иерусалиме (и в ней много чисто иерусалимских деталей), но все же, говоря о Городе. Денис Соболев стремится сказать, в первую очередь, нечто общее о существовании человека в современном мире.В романе семь рассказчиков (по числу глав). Каждый из них многое понимает, но многое проходит и мимо него, как и мимо любого из нас; от читателя потребуется внимательный и чуть критический взгляд. Стиль их повествований меняется в зависимости от тех форм опыта, о которых идет речь. В вертикальном плане смысл книги раскрывается на нескольких уровнях, которые можно определить как психологический, исторический, символический, культурологический и мистический. В этом смысле легко провести параллель между книгой Соболева и традиционной еврейской и христианской герменевтикой. Впрочем, смысл романа не находится ни на одном из этих уровней. Этот смысл раскрывается в их диалоге, взаимном противостоянии и неразделимости. Остальное роман должен объяснить сам.

Книга братьев Шаргородских «Иерусалимские сны» — это картина Шагала, обрамлённая Лорель и Харди.© «Ле Монд», Париж.

Известная писательница Дина Рубина живет и работает в Израиле, однако ее книги пользуются неизменной популярностью на всем русскоязычном постсоветском пространстве.«…Их бин нервосо» – книга особенная.Жанр книги был определен автором как «свободный треп» и представлен читателю. Пишет Рубина легко и изящно. Основной материал книги – это современная израильская жизнь. Приземленная повседневность недавнего эмигранта и ностальгические воспоминания о советском детстве и юности. Смешные бытовые сценки, анекдоты из жизни русских израильтян, «трудности перевода» с иврита на русский и обратно. … «читаем в разделе „Объявления“:

Довольно часто я размышляю о возникновении феномена мифа в сознании, в чувствовании человечества. Знаменитые сюжеты, исторические личности, произведения искусства, города могут взнестись до сакральных высот мифа или остаться в ряду накопленных человечеством земных сокровищ.Вот Лондон – огромный, имперской славы город.Париж – чарующий, волшебный сон!Нью-Йорк – гудящий Вавилон, законодатель мод…Иерусалим – миф.Миф сокровенный.

Книга-перевертыш, состоящая из двух романов французского автора Режиса Мессака.Роман с непроизносимым названием «Иесинанепси» продолжает традицию постапокалиптических антиутопий. Но если герои классического рассказа о конце света делают все, чтобы выжить, то здесь протагонист (или, скорее, антигерой) — чудом уцелевший при рассеивании смертельного газа, уничтожившего почти все население земли во время Второй мировой войны (через четыре года она действительно начнется!), изначально пассивен и безответственен. Он отстраненно, равнодушно, цинично наблюдает за вырождением горстки уцелевших вместе с ним детей. Отмечает, как коверкается и обедняется их язык, стирается воспитание, теряются воспоминания о прошлой жизни, а помимо этого — как формируется новый жаргон, создается новая религия и устанавливается закон: выживает сильнейший. На глазах героя вчерашние школьники превращаются в дикарей каменного века и выстраивают свое первобытное общество.В своем последнем произведении «Кретинодолье» Мессак обращается к теме далеких экзотических путешествий и научных открытий, но и здесь раскрывает ее по-своему. Экспедиция обнаруживает на затерянном в Тихом океане острове популяцию кретинов — дегенеративных человекообразных существ, чье развитие остановилось на уровне каменного века. После нескольких месяцев, потраченных на изучение и очеловечивание аборигенов, члены экспедиции сходят с ума, дичают и почти все погибают.

В эту книгу вошли тексты за «пятилетку» – опубликованные с 2015 по 2020 годы. Текстов оказалось много. Это позволяет выбрать, что интереснее – современная литература или классика, книги на английском или переводные, нонконформизм или традиционализм, книги о музыке, каталоги выставок или же что-то еще. Так и автор, как ему, во всяком случае казалось, выбирал лучшее из бесконечных волн пяти океанов книг.

В нынешнем году исполнилось 80 лет со дня рождения и 60 лет с начала литературной деятельности Менахема Тальми — весьма интересного израильского прозаика, лауреата премии имени Швимера по журналистике.Наиболее яркая проза Тальми — трилогия «Яффские картинки», первый том вышел в 1979 году и сразу привлек внимание читателей. Через год в Израиле с успехом прошел одноименный телефильм. В 1981 году увидел свет второй том «По второму кругу», также ставший бестселлером. Третий том «Яффо по кайфу. По третьему кругу» был опубликован в 1983 году «Яффские картинки» — своего рода художественно-фольклорный эпос о жителях Яффо 50–70-х, их манерах и нравах, своеобразном быте и ставшей легендарной полууголовной атмосфере, царившей в этом древнем арабском городе-порту. Язык героев — это особый местный диалект, главной отличительной чертой которого является обилие арабизмов и диалогов, наперченных сленгом, с неожиданными языковыми находками и неологизмами. Автор сознательно пренебрегает правилами нормативного иврита и допускает грамматические ошибки. Так Тальми решает лексико-художественную проблему адекватного воссоздания полукриминальной атмосферы тогдашнего Яффо и живых образов его жителей."Яффские рассказы" написаны на смеси иврита и палестинского диалекта разговорного арабского языка.

В нынешнем году исполнилось 80 лет со дня рождения и 60 лет с начала литературной деятельности Менахема Тальми – весьма интересного израильского прозаика, лауреата премии имени Швимера по журналистике.Наиболее яркая проза Тальми – трилогия «Яффские картинки», первый том вышел в 1979 году и сразу привлек внимание читателей. Через год в Израиле с успехом прошел одноименный телефильм. В 1981 году увидел свет второй том «По второму кругу», также ставший бестселлером. Третий том «Яффо по кайфу. По третьему кругу» был опубликован в 1983 году «Яффские картинки» – своего рода художественно-фольклорный эпос о жителях Яффо 50–70-х, их манерах и нравах, своеобразном быте и ставшей легендарной полууголовной атмосфере, царившей в этом древнем арабском городе-порту. Язык героев – это особый местный диалект, главной отличительной чертой которого является обилие арабизмов и диалогов, наперченных сленгом, с неожиданными языковыми находками и неологизмами. Автор сознательно пренебрегает правилами нормативного иврита и допускает грамматические ошибки. Так Тальми решает лексико-художественную проблему адекватного воссоздания полукриминальной атмосферы тогдашнего Яффо и живых образов его жителей."Яффские рассказы" написаны на смеси иврита и палестинского диалекта разговорного арабского языка.

В нынешнем году исполнилось 80 лет со дня рождения и 60 лет с начала литературной деятельности Менахема Тальми — весьма интересного израильского прозаика, лауреата премии имени Швимера по журналистике.Наиболее яркая проза Тальми — трилогия «Яффские картинки», первый том вышел в 1979 году и сразу привлек внимание читателей. Через год в Израиле с успехом прошел одноименный телефильм. В 1981 году увидел свет второй том «По второму кругу», также ставший бестселлером. Третий том «Яффо по кайфу. По третьему кругу» был опубликован в 1983 году «Яффские картинки» — своего рода художественно-фольклорный эпос о жителях Яффо 50–70-х, их манерах и нравах, своеобразном быте и ставшей легендарной полууголовной атмосфере, царившей в этом древнем арабском городе-порту. Язык героев — это особый местный диалект, главной отличительной чертой которого является обилие арабизмов и диалогов, наперченных сленгом, с неожиданными языковыми находками и неологизмами. Автор сознательно пренебрегает правилами нормативного иврита и допускает грамматические ошибки. Так Тальми решает лексико-художественную проблему адекватного воссоздания полукриминальной атмосферы тогдашнего Яффо и живых образов его жителей."Яффские рассказы" написаны на смеси иврита и палестинского диалекта разговорного арабского языка.