fb2«Месопотамія» за змістовним наповненням — це дев'ять прозових історій і тридцять віршів-уточнень. Усі тексти цієї книги — про одне середовище, герої переходять з історії в історію, а потім — у вірші. Філософські відступи, фантастичні образи, вишукані метафори й специфічний гумор — тут є все, що так приваблює у творах Сергія Жадана.
[Обережно! Ненормативна лексика!]
* * *
Історії Вавилона, переказані для тих, хто цікавиться питаннями любові й смерті. Життя міста, що лежить поміж рік, біографії персонажів, які б’ються за своє право бути почутими, хроніка вуличних сутичок і щоденних пристрастей. Освідчення й зради, втечі й повернення, ніжність і жорстокість. Найліричніша книга автора.
* * *
Що таке Месопотамія — це кожен розуміє по-своєму. Наприклад, вона може бути осілим між двома замуленими річками пагорбом Харкова. Або будь-яким іншим межиріччям. Із притаманним йому межимов’ям, межинультур’ям, межидержав’ям та рештою трагікомічних випробувань, що підстерігають нас межи народженням і смертю. Одне слово, не схоже, щоб за останні 5—6 тисяч років щось на цьому світі суттєво змінилося. Нам залишається повторювати все ті ж месопотамські подвиги і гріхи. Жадану залишається складати про них вірші і прозу. Бо хто ще між Доном і Сяном уміє так щемно писати про те, що стається з усіма скрізь і завжди?
Олександр Бойченко, літературний критик, публіцист, перекладач
Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.
«Сиеста вдвоем» – коллекция избранных произведений классика мировой литературы аргентинского писателя Хулио Кортасара (1914 – 1984). Кроме наиболее характерных для автора рассказов, написанных в разные годы, в настоящем издании также представлена его знаменитая пьеса «Прощай, Робинзон!»
За исключением рассказов «Здоровье больных» и «Конец игры» все произведения печатаются в новых переводах, специально подготовленных для настоящего издания.
Все переводы, составившие книгу, выполнены Эллой Владимировной Брагинской.
«Местечковый романс» — своеобразный реквием по довоенному еврейскому местечку, по целой планете, вертевшейся на протяжении шести веков до своей гибели вокруг скупого литовского солнца. В основе этой мемуарной повести лежат реальные события и факты из жизни многочисленной семьи автора и его земляков-тружеников. «Местечковый романс» как бы замыкает цикл таких книг Григория Кановича, как «Свечи на ветру», «Слёзы и молитвы дураков», «Парк евреев» и «Очарование сатаны», завершая сагу о литовском еврействе.
Фридрих Горенштейн эмигрировал в конце 70-х, после выпуска своевольного «Метрополя», где была опубликована одна из его повестей – самый крупный, кстати, текст в альманахе. Вот уже два десятилетия он живет на Западе, но его тексты насыщены самыми актуальными – потому что непреходящими – проблемами нашей общей российской действительности. Взгляд писателя на эту проблематику не узко социален, а метафизичен – он пишет совсем иначе, чем «шестидесятники». Кажется иногда, что его свобода – это свобода дыхания в разреженном пространстве, там, где не всякому хватит воздуха. Или смелости: прямо называть и обсуждать вещи, о которых говорить трудно – или вообще не принято. Табу. Табу – о евреях. Дважды табу – еврей о России. Трижды – еврей, о России, о православии. Горенштейн позволил себе нарушить все три табу, за что был неоднократно обвиняем и в русофобии, и в кощунстве, и чуть ли не в антисемитизме.
Убийца Свирид, не чуждый литературы; опасный сумасшедший сектант Выморков, дьявольский Ферт, философствующий маньяк Маат – все это люди. Они не оборотни, не вампиры, они среди нас, и призрак надежды появляется только в последней повести – «Место в Мозаике». Но это именно – сказка.
Каждый день бесчисленное множество людей проходит через Центральный вокзал города Нью-Йорка, мимо информационного стенда и через «шепчущую галерею» со знаменитыми часами. У каждого человека своя уникальная судьба.
Лучшие авторы романтических бестселлеров, вдохновившись культовым памятником архитектуры, создали десять историй, действие которых происходит в один и тот же удивительный день – великий день мира, первый после окончания Второй мировой войны. Это время неопределенности, надежды, перемен и жажды возрождения и любви.
Еще в детстве, мальчиком, проживая в крохотном селении у опушки леса, я представлял свою родину Россию как сказочную страну. В каждом доме затерянного поселка держали собак и топили печки, а вокруг собирались обитатели дома, чтобы поговорить за жизнь. В доме потрескивали поленья в печи и незримо присутствовала мудрость – на душе было нежно. И все время это безбрежное чувство родины. Мой друг из далекого детства и он же мудрый учитель – собака…
В книгу известного советского писателя, лауреата премии Ленинского комсомола Александра Проханова вошли его романы "Время полдень" (1975) и "Место действия" (1978). Среди героев — металлурги и хлеборобы, мелиораторы и шахтеры, все они своими судьбами создают образный "коллективный портрет" современника.
Героиня цикла «квартирных» рассказов Юлии Винер - Хана успела дать путёвку в жизнь четверым своим детям, проводила мужа в тот мир, где нет никаких горестей и забот, постарела, но всё продолжала жить в том же обветшалом доме в центральной части города, в той же квартирке, где и родилась. Между тем, это большая редкость, такое постоянно-долгое место жительства в стране, где все то и дело, по нескольку раз на год куда-то переезжают, где объявлениями: сдам, куплю, обменяю, продам квартиру испещрены все городские газеты, да и население её родного города по большей части состояло из таких людей, которым попросту долго не сиделось на одном и том же месте.
Но сейчас Хана уже постарела настолько, что её старшая дочь Ривка, хоть и не самая любимая, но самая заботливая, посоветовала ей перебраться поближе к ним и внукам. Ривка сама уже была не молода, и ей стало тяжеловато часто навещать мать из своего отдаленного спального района. Она предложила матери продать большую старую квартиру и приобрести другую, пусть и немного меньшую, но зато в новом, отменно благоустроенном доме, с лифтом, балконом и прочими удобствами, а главное, совсем рядышком от того дома, где жила сама Ривка со своей семьёй...
Юлия Винер родилась в Москве, окончила сценарное отделение ВГИКа, с 1971 года живет в Иерусалиме. Пишет стихи и прозу, переводит с английского, французского и польского языков. «Место для жизни» — цикл рассказов, объединенных «квартирной» темой, к которому примыкает повесть «Соломон Исакович». Это книга о жизненном пространстве, о том, как оно с течением времени вылепляет характер и судьбы людей. И это книга о людях, об их взаимном притяжении и отталкивании, о потерях, которые оборачиваются обретениями, и наоборот. Книга, написанная о каждом из нас.
Этот дебютный роман покорил читателей и критиков по всему миру, стал лучшей книгой года по версии Washington Post, получил более 6 международных премий и стал блестящим дебютом издательства SJP Сары Джессики Паркер.
Если жить так, как хочется, – значит разочаровать родителей…
Старшая дочь, Хадия, выходит замуж по любви вопреки традициям. Ее сестра Худа не сняла хиджаб, но пошла работать в школу. Единственный сын Амар – главное разочарование отца. Бросил учебу и три года назад ушел из дома. Секреты, предательство, а может быть, просто желание жить собственной жизнью изменили эту когда‑то крепкую семью. Что же заставляет их по‑прежнему быть вместе?.. Раскаяние, вера или любовь?
Если полюбить – значит сломать себе жизнь…
Как понять, какой путь правильный, если хороша лишь та дорога, которая ведет домой?
«Эта книга завладеет вашим умом и вашим сердцем, вы не сможете от нее оторваться. И я гарантирую, что после прочтения этого романа вы уже никогда не будете прежними» – Сара Джессика Паркер
День, когда Марта Винтер решила разрушить свою семью, начался обыкновенно, как всякий другой день…
Марта, жена и мать троих детей, садится одним летним утром, чтобы написать приглашения для гостей на свое восьмидесятилетие. Она знает, что в этот день все изменится. Марта расскажет правду, потому что больше не может молчать. Все то, что они создавали и строили вместе с мужем больше пятидесяти лет, разлетится на мелкие щепки.
Приглашения отправляются в разные уголки мира, и вот уже на празднество спешит доктор Билл, интеллектуалка Флоренс и добропорядочная Дейзи. Воссоединение обнажит душевные раны и вскроет обиды, живущие с героями всю жизнь.
Добро пожаловать в Винтерфолд.
Семья Марты Винтер возвращается домой.