fb2Сталинская эпоха – с 1925 по 1953 год – время действия трилогии Василия Аксенова «Московская сага». Вместе со всей страной семья Градовых, потомственных врачей, проходит все круги ада.
«Тюрьма и мир» – заключительная книга трилогии. Закончилась война, у людей появилась иллюзия, что теперь-то и начнется другая, свободная, счастливая жизнь. Но до конца сталинской эпохи еще далеко. Все будет в жизни наших героев – и «дело врачей», и борьба с космополитизмом, и легендарное восстание магаданских зеков…
Този път оръжието е действаща като вирус биологична субстанция, подбираща човешките мишени по тяхната ДНК. То е неуловимо, а заболяването, което носи — нелечимо.
И отново с проблема се заема подполковник Джон Смит, армейски учен изследовател, лекар и агент на свръхтайния Първи отдел на САЩ. Постепенно целта се изяснява: някой целенасочено избива топспециалистите в западните разузнавателни централи, водещи политици и военни ръководители от бившите съветски републики, посяга към ключово важни фигури и на Запад, дори към президента на САЩ Сам Кастила. Смит с помощта на старата си приятелка Ранди Ръсел от ЦРУ и бившия генерал от руската ФСС Олег Киров успява да се добере до истината. В задъхана надпревара с времето действието препуска по цял свят, влиза в спиращи дъха схватки, куршумите свистят почти безспирно, цената е висока…
В остросюжетный роман-триллер о буднях московских красавиц-моделей вплетается сказочная нить о волшебных перевоплощениях, духах и звериной жажде крови. Как защититься от повседневного и обыденного зла? Лиля находит неожиданный ответ в своем прошлом и тесной связи с отцом. Чтобы жить, нужно подружиться со Зверем, таящимся внутри нее. Чем же закончится история о дружбе Лили и Алены, искусстве камлания и кровожадном маньяке?
«… Известно, что с собаками в салон самолета не пускают, и это безусловное хамство и дискриминация собак. Посему Лучана сдавала клетку в багаж, строго выговаривая чиновнику:
– Компания «Алиталия» категорически отвечает за сохранность собаки?
– Да, синьора.
– Это не какая-нибудь обыкновенная собака, это особая собака! У нее шесть золотых медалей!
– Да, синьора!
– Более того, это любимая собака!
– Разумеется, синьора!
– И я решительно настаиваю, чтобы в полете…
– Да, синьора! – не вовремя вставил обалдевший чиновник.
Лучана мгновенно вспылила:
– Что значит «да»? Вы не дослушали до конца, и уже «да»! И почему вы дергаетесь? Это неприлично!
Чиновник почувствовал, что у него от этой милой беседы действительно задергался угол рта.
– Извините, синьора! Это нервный тик. На прошлой неделе меня продуло, и никак не проходит. На Москву выход номер сорок пять.
Стоило Лучане уйти, как чиновник перестал дергаться. …»
Литература, посвященная метафизике Москвы, начинается. Странно: метафизика, например, Петербурга — это уже целый корпус книг и эссе, особая часть которого — метафизическое краеведение. Между тем “петербурговедение” — слово ясное: знание города Петра; святого Петра; камня. А “москвоведение”? — знание Москвы, и только: имя города необъяснимо. Это как если бы в слове “астрономия” мы знали лишь значение второго корня. Получилась бы наука поименованья астр — красивая, японистая садоводческая дисциплина. Москвоведение — веденье неведомого, говорение о несказуемом, наука некой тайны. Вот почему странно, что метафизика до сих пор не прилагалась к нему. Книга Андрея Балдина “Московские праздные дни” рискует стать первой, стать, в самом деле, “А” и “Б” метафизического москвоведения. Не катехизисом, конечно, — слишком эссеистичен, индивидуален взгляд, и таких книг-взглядов должно быть только больше. Но ясно, что балдинский взгляд на предмет — из круга календаря — останется в такой литературе если не самым странным, то, пожалуй, самым трудным.
Эта книга ведет читателя в одно из самых необычных путешествий по Москве - по кругу московских праздников, старых и новых, больших и малых, светских, церковных и народных. Праздничный календарь полон разнообразных сведений: об ее прошлом и настоящем, о характере, привычках и чудачествах ее жителей, об архитектуре и метафизике древнего города, об исторически сложившемся противостоянии Москвы и Петербурга и еще о многом, многом другом. В календаре, как в зеркале, отражается Москва. Порой перед этим зеркалом она себя приукрашивает: в календаре часто попадаются сказки, выдумки и мифы, сочиненные самими горожанами. От этого путешествие по московскому времени делается еще интереснее. Под москвоведческим углом зрения совершенно неожиданно высвечиваются некоторые аспекты творчества таких национальных гениев, как Пушкин и Толстой.
В Москве, в наше ох какое непростое время, живут Серый волк и Красная Шапочка, Царевна-лягушка и вечный странник Агасфер. Здесь носится Летучий голландец и строят Вавилонскую башню… Александр Кабаков заново сочинил эти сказки и собрал их в книгу, потому что ему давно хотелось написать о сверхъестественной подкладке нашей жизни, лишь иногда выглядывающей из-под обычного быта.
Книжка получилась смешная, грустная, местами страшная до жути — как и положено сказкам.
В своей новой книге Александр Кабаков виртуозно перелагает на «новорусский» лад известные сказки и бродячие легенды: о Царевне-лягушке и ковре-самолете, Красной Шапочке и неразменном пятаке, о строительстве Вавилонской башни и вечном страннике Агасфере. И все эти чудеса происходят с героями в современной Москве, городе странном, полном мистических совпадений…
Роман Сенчин пришел в литературу после «поминок по советской прозе». И доказал, что русская литература жива.
Новая книга Сенчина «Московские тени» – это хроника жизни москвичей, чьи судьбы переплетаются самым странным и причудливым образом. Это рассказ о тех, кто никогда не возьмет кредит, не поедет за границу, не купит «Бентли», не проверит, что бриться «Жилетом» лучше, чем обычной бритвой.
Эти люди – лишь «тени» в мире богатых и успешных. Их миллионы, но только миллионы и могут стать портретом современности. Такой, какая она есть, – без прикрас и гламура, но с верой в кухонные посиделки и футбол.
Юрий Мамлеев — родоначальник жанра метафизического реализма, основатель литературно-философской школы.
Сверхзадача метафизика — раскрытие внутренних бездн, которые таятся в душе человека.
Самое афористичное определение прозы Мамлеева — Литература конца света.
Жизнь довольно кошмарна: она коротка… Настоящая литература обладает эффектом катарсиса, ее исход таинственное очищение, даже если жизнь описана и ней как грязь.
Рукопись романа «Московский гость», прежде чем воплотиться в данную книгу, таинственным образом исчезала в редакциях разных журналов и издательств. Ответственные люди этих редакций лишь недоуменно разводили руками. А возрождалась рукопись уже не столько в силу вмешательства неведомых сил, сколько благодаря настойчивому труду ее автора. Впрочем, немало таинственных событий происходит и в самом романе.
Опубликовано в журнале: «Знамя» 2011, № 8
Детство кончилось, когда Тате исполнилось шестнадцать лет: умер отец. Мать полностью зависит от нового отчима, и девушке приходится рассчитывать только на себя. Она приехала в Москву, не имея ничего, даже высшего образования, и стала карабкаться в гору. Ее мечта как у всех – любимая работа, семья и своя квартира. Но на пути к счастью предстоит сделать сложный моральный выбор, а так хочется любви…
Автор в 1972 г. был осужден на семь лет лишения свободы и приговорен к пяти годам ссылки, но в 1976 г. был обменен на Первого секретаря чилийской компартии Луиса Карволана. Теперь проживает в Англии.
В Париже в издательстве «Фобер Лаффон» вышла на французском языке книга В. Буковского «Московский процесс». Впервые в России отрывки из книги были опубликованы в газете «Русская мысль».
«Московский процесс» — главный результат участия В. Буковского в суде по делу КПСС, куда известный правозащитник был приглашен в качестве эксперта. Автор пытается превратить формальный и малоубедительный результат процесса в Конституционном суде РФ в окончательный приговор рухнувшей коммунистической партии.
Автор в 1972 г. был осужден на семь лет лишения свободы и приговорен к пяти годам ссылки, но в 1976 г. был обменен на Первого секретаря чилийской компартии Луиса Карволана. Теперь проживает в Англии.
В Париже в издательстве «Фобер Лаффон» вышла на французском языке книга В. Буковского «Московский процесс». Впервые в России отрывки из книги были опубликованы в газете «Русская мысль».
«Московский процесс» — главный результат участия В. Буковского в суде по делу КПСС, куда известный правозащитник был приглашен в качестве эксперта. Автор пытается превратить формальный и малоубедительный результат процесса в Конституционном суде РФ в окончательный приговор рухнувшей коммунистической партии.
Эссе о романе А. Платонова «Счастливая Москва».
В книгу вошли пьесы Людмилы Петрушевской, часть из которых неизвестна читающей и театральной публике. Это, прежде всего, знаменитый "Московский хор", получивший множество премий (после постановки в петербургском Малом драматическом театре) и публикующийся впервые. В сборнике есть и другой лауреат - пьеса "Бифем", спектакль по которой был награжден премией за лучший текст года на фестивале "Новая драма" в 2003 г. Вошли в книгу и пьесы, недавно поставленные ("Певец певица"), и совершенно новые ("Еду в сад"). В разделе "Детский театр" представлены пьесы, уже много лет идущие в разных городах страны.