Во мраке
Йенсен Йоханнес Вильгельм
В том избранных произведений известного датского писателя, лауреата Нобелевской премии 1944 года Йоханнеса В. Йенсена (1873-1950) входит одно из лучших произведений писателя – исторический роман «Падение короля», в котором дана широкая картина жизни средневековой Дании, звучит протест против войны; автор пытается воплотить в романе мечту о сильном народном характере. В издание включены также рассказы из сборника «Химмерландские истории» – картина быта и нравов датского крестьянства, отдельные мифы – особый философский жанр, созданный писателем.
|
Во славу науки
Жаботинский Владимир Евгеньевич
- еврейский русскоязычный писатель, видный деятель сионистского движения. Близкий друг Корнея Чуковского.
|
Во тьме
Драйзер Теодор
|
Во Флоренах
Барский Лев Миронович
В настоящее издание вошла повесть молдавского прозаика и драматурга Л. М. Барского (1909-1974) "Во Флоренах".
|
Во цвете лет
Агнон Шмуэль-Йосеф
Повесть «Во цвете лет» — Агнонова «Лолита», или точнее анти-Лолита. Рассказ ведется от лица девушки, а не ее поклонника. Она сама выбирает себе взрослого кавалера — вопреки установкам общества. Агнон выбрал форму не дневника, но мемуара — героиня по имени Тирца вспоминает и рассказывает о том, что произошло с ней за несколько последних лет, с тех пор, как умерла ее мать. Действие происходит в конце прошлого — начале нашего века, в австро-венгерской Галиции, в еврейском городке. Тирца ведет свой рассказ не на разговорном еврейском (идиш), но на иврите, которому ее учили учителя, то есть на книжном иврите Библии и славословий. Живого иврита в те времена не было, отсюда архаичность и псевдобиблейский стиль повествования: рассказчица просто не знает другого письменного языка. Его языковым эквивалентом были бы французские дневники образованных русских барышень конца XVIII века или латинские записи европейских девушек. Язык этой повести Агнона резко отличается от языка прочих его произведений. Она написана на «женском иврите». В то время как мужчины учили Талмуд и другие религиозные произведения, написанные по-арамейски, женщины обходились Библией с ее иной лексикой. (Так, в Японии времен Мурасаки Сикибу мужчины писали по-китайски, а женщины — по-японски.).Начало повести написано белыми стихами и в первом издании печаталось как стихи, а не сплошным текстом.
|
Во цвете лет
Агнон Шмуэль Иосеф
Повесть "Во цвете лет" – Агнонова «Лолита», или точнее анти-Лолита. Рассказ ведется от лица девушки, а не ее поклонника. Она сама выбирает себе взрослого кавалера – вопреки установкам общества. Агнон выбрал форму не дневника, но мемуара – героиня по имени Тирца вспоминает и рассказывает о том, что произошло с ней за несколько последних лет, с тех пор, как умерла ее мать. Действие происходит в конце прошлого – начале нашего века, в австро-венгерской Галиции, в еврейском городке. Тирца ведет свой рассказ не на разговорном еврейском (идиш), но на иврите, которому ее учили учителя, то есть на книжном иврите Библии и славословий. Живого иврита в те времена не было, отсюда архаичность и псевдобиблейский стиль повествования: рассказчица просто не знает другого письменного языка. Его языковым эквивалентом были бы французские дневники образованных русских барышень конца XVIII века или латинские записи европейских девушек. Язык этой повести Агнона резко отличается от языка прочих его произведений. Она написана на "женском иврите". В то время как мужчины учили Талмуд и другие религиозные произведения, написанные по-арамейски, женщины обходились Библией с ее иной лексикой. (Так, в Японии времен Мурасаки Сикибу мужчины писали по-китайски, а женщины – по-японски.).Начало повести написано белыми стихами и в первом издании печаталось как стихи, а не сплошным текстом.
|
Во цвете лет
Агнон Шмуэль-Йосеф
Повесть «Во цвете лет» — Агнонова «Лолита», или точнее анти-Лолита. Рассказ ведется от лица девушки, а не ее поклонника. Она сама выбирает себе взрослого кавалера — вопреки установкам общества. Агнон выбрал форму не дневника, но мемуара — героиня по имени Тирца вспоминает и рассказывает о том, что произошло с ней за несколько последних лет, с тех пор, как умерла ее мать. Действие происходит в конце прошлого — начале нашего века, в австро-венгерской Галиции, в еврейском городке. Тирца ведет свой рассказ не на разговорном еврейском (идиш), но на иврите, которому ее учили учителя, то есть на книжном иврите Библии и славословий. Живого иврита в те времена не было, отсюда архаичность и псевдобиблейский стиль повествования: рассказчица просто не знает другого письменного языка. Его языковым эквивалентом были бы французские дневники образованных русских барышень конца XVIII века или латинские записи европейских девушек. Язык этой повести Агнона резко отличается от языка прочих его произведений. Она написана на «женском иврите». В то время как мужчины учили Талмуд и другие религиозные произведения, написанные по-арамейски, женщины обходились Библией с ее иной лексикой. (Так, в Японии времен Мурасаки Сикибу мужчины писали по-китайски, а женщины — по-японски.).Начало повести написано белыми стихами и в первом издании печаталось как стихи, а не сплошным текстом.
|
Во что обходится любезность
Джером Джером Клапка
(англ. Jerome Klapka Jerome) — английский писатель-юморист.В настоящем разделе будут размещаться только свободные русские переводы Джерома.
|
Воалът на анархията
Нивън Лари
|
Воалът на господството (Преплетеният път[3])
Удинг Крис
Войната, която раздира древната империя Сарамир, достига връхната си точка.Подчинените на злия бог-луна Арикарат, вещерите вече не са в сянка, а открито налагат контрол над столицата и целия континент. Лукавият Авун ту Коли е със статута на Император, но е подчинен на полуделия Върховен чаросплетник Какре. Армии от нови, неуязвими чудовища превземат главните имперски градове един по един. Разпръснати и разединени, благородниците не са в състояние да окажат съпротива и се обръщат за помощ към Различните Сестри и признават официално Аления орден. Щерката наследница Лусия ту Еринима излиза от летаргичния си унес и дава дългоочакваната надежда за спасение. Либера Драмач, Аления орден и бараксите се обединяват за последен, отчаян сблъсък за спасението не само на империята си, а и на цялата планета.
|
ВОВК-СТАРШИНА
Франко Iван Якович
|
Вогнем і мечем
Сенкевич Генрик
Роман «Вогнем і мечем» польського письменника Генріка Сенкевича (1846–1916) відтворює події середини ХVII століття, коли Річ Посполита вела запеклу боротьбу з охопленою народними повстаннями Україною. Герої роману потрапляють у самий вир кривавої бійки, і відтоді їхні долі вже нерозривно пов’язані з війною. Так, війна звела і розлучила двох закоханих – польського шляхтича Яна Скшетуського і молоду князівну Олену, і вони, щоб відстояти своє кохання, долають безліч перешкод.Серед багатьох персонажів роману привертає увагу постать Богдана Хмельницького, великої і неповторної особистості в історії України, гетьмана козачого, що втілив у собі «народну геніальність у всьому: в розумі, обдарованості, буйнощах, нестриманості натури, у великій мрії про волю для рідної країни».
|
Вода
Бетов Бойко
|
Вода живая
Лиспектор Клариси
«Вода живая» — экспериментальный роман-размышление о природе жизни и времени важнейшей бразильской писательницы ХХ века Клариси Лиспектор, написанный в форме импровизационного поэтического монолога, на первый план в котором выступают живописные, музыкальные и тактильные свойства текста. Неконвенциональность языка, философская глубина, чувственность и стремление к универсальности не позволяют дать прозе Лиспектор однозначные жанровые определения, увлекая читателя колдовским, демиургическим вихрем в мир синестезии, оголенного существования на грани между животным, растительным и человеческим.
|
Водачката (Земляци[11])
Йовков Йордан
|
Водевиль
Чехов Антон Павлович
|
Водител
Велков Крум
|
Водовъртеж от противоречия (Аз, ти, той[12])
Пелин Елин
|
Водоносец и водолеец
Кехлибарева Надя
|
Водопад в пустинята
Робъртс Нора
Абра Уилсън е главен инженер на строежа на луксозен курорт в аризонската пустиня. За нея това е първата истинска възможност да се издигне благодарение на способностите и упоритостта си. И тя няма да позволи на някакъв самоуверен, хвърчащ в облаците архитект от Източното крайбрежие да провали всичко с чудатите си приумици.Ала за Коди Джонсън този строеж е не по-малко важен, отколкото за нея. И проблемът не е само в професионалните им спорове. Между двамата непрекъснато прехвърчат искри и, макар никой от двамата да няма намерение да се обвързва, по-добре е да приемат този факт, за да не пречат личните им отношения на работата. Но ще успее ли всеки от тях да тръгне по пътя си, когато строежът завърши?
|