Детство. В людях. Мои университеты (БВЛ. Серия третья[147])
Горький Максим
Вступительная статья Даниила Гранина. Иллюстрации Б. Дехтерева.
|
Детство. В людях. Мои университеты
Горький Максим
Автобиографическая трилогия Максима Горького «Детство. В людях. Мои университеты», над которой он работал 10 лет – одно из самых значительных произведений русской реалистической литературы ХХ века. Сам писатель называл ее «той правдой, которую необходимо знать до корня, чтобы с корнем же и выдрать ее из памяти, из души человека, из всей жизни нашей, тяжкой и позорной». Перед читателем трилогии буквально оживает провинциальная Россия конца XIX – начала ХХ столетия, с ее купеческими дворами и рабочими предместьями, волжскими портами, чередой колоритных персонажей и бесконечной глубиной понимания самой души русского народа, вечно балансирующей на грани между прекрасным и безобразным, между преступлением и святостью. |
Детство. Отрочество. После бала. Кавказский пленник
Толстой Лев Николаевич
В книгу вошли повести «Детство» (1852) и «Отрочество» (1854), рассказы «Кавказский пленник» (1872) и «После бала» (1886). Читатель знакомится с Николенькой Иртеньевым, добрым, ласковым мальчиком, любящим своих родителей и всех на свете и интересующимся абсолютно всем, что его окружает. Писатель исследует поведение, мысли и чувства ребёнка в различные моменты его жизни, показывает этапы его взросления и становления личности. Рассказ «Кавказский пленник» о русских офицерах Жилине и Костылине в плену у горцев отчасти основан на реальных событиях, произошедших с Л. Н. Толстым во время его службы на Кавказе. В основе рассказа «После бала» лежат события, произошедшие со старшим братом Л. Толстого Сергеем. Сергей Николаевич был влюблён в дочь военного начальника и бывал у них в доме. Но после увиденного им избиения беглого солдата под руководством отца девушки, чувства влюблённого быстро охладели, и он отказался от намерения жениться на ней. |
Детство. Отрочество. Юность
Толстой Лев Николаевич
Удивительная, пронзительная и лиричная трилогия, в которую Лев Толстой вложил немало автобиографических мотивов. Перед читателем день за днем проходит жизнь Николеньки Иртенева, мальчика из аристократической русской семьи, – детские игры, отношения с друзьями, первая влюбленность, смерть матери, нелепые и смешные ошибки первых шагов «в свете», представляющиеся в юности судьбоносными и трагическими. Герой трилогии взрослеет буквально на наших глазах – и мы невольно переживаем его радости и горести, победы и поражения как свои собственные. |
Детям (сборник)
Достоевский Федор Михайлович
В книгу вошли произведения Федора Михайловича Достоевского, адресованные детям.
|
Дефинитивно лечение
Уилсън Ф. Пол
|
Деца и кукли
Родари Джани
|
Децата на Арбат
Рибаков Анатолий
|
Децата на Дюн
Хърбърт Франк
Месията на Дюна Пол Муад’диб е мъртъв… Планетата започва бавно да се променя благодарение на човешките усилия — сред безкрайните и пустини се появяват зеленина и свободно течаща вода. Но и сега мечтата не е постигната — измененията в климата са смъртоносни за гигантските пясъчни червеи, на които се крепи могъществото на Аракис. Управлението на Атреидите отново е заплашено от техния най-голям враг — генетично „преродения“ барон Владимир Харконен.Всички тези предизвикателства се стоварват върху децата на Муад’диб Лето и Ганима… и създават впечатляваща градация на напрежението в едно от върховите фентъзи-постижения за всички времена.--Месията на Дюна Пол Муад’диб е мъртъв, но Проповедникът — бащата на царствените близнаци — като по чудо е оцелял в пустинята. Шай-хулуд опазва някогашния всемогъщ властник, за да допие до дъно горчивата чаша на съдбата си. Има ли граници наглед безграничното величие и не зрее ли в него собствената му жестока противоположност? Стремейки се да избягат от отговора, Алая и Дънкан Айдахо загиват. А Лето Атреидес трябва да заплати още по-страшна цена…
|
Децата на нашите деца
Саймък Клифърд
Ако посетителите не бяха толкова много, никой не би повярвал на странното им твърдение, че идват от бъдещето. Но те пристигат с милиони — постоянен поток от хора, бягащи в миналото от нашествие на кръвожадни извънземни: хора, за които сега светът носи отговорност, защото те са децата на нашите деца. Предполага се, че времевите тунели на бегълците — еднопосочните проходи, които ги водят до временно убежище на земята — са сигурни и защитени с модерни оръжия. Но когато извънземни чудовища пробиват защитата им, светът е изправен пред безразборна война и смърт.
|
Децата на обединеното кралство
Тинчева-Еклесия Мариана
|
Децата на царевицата
Кинг Стивън
|
Децата на царя
Грим Братя
|
Джаз
Сароян Уильям
«Грустное и солнечное» творчество американского писателя Уильяма Сарояна хорошо известно читателям по его знаменитым романам «Человеческая комедия», «Приключения Весли Джексона» и пьесам «В горах мое сердце…» и «Путь вашей жизни». Однако в полной мере самобытный, искрящийся талант писателя раскрылся в его коронном жанре – жанре рассказа. Свой путь в литературе Сароян начал именно как рассказчик и всегда отдавал этому жанру явное предпочтение: «Жизнь неисчерпаема, а для писателя самой неисчерпаемой формой является рассказ».В настоящее издание вошли более сорока ранее не публиковавшихся на русском языке рассказов из сборников «Отважный юноша на летящей трапеции» (1934), «Вдох и выдох» (1936), «48 рассказов Сарояна» (1942), «Весь свят и сами небеса» (1956) и других. И во всех них Сароян пытался воплотить заявленную им самим еще в молодости программу – «понять и показать человека как брата», говорить с людьми и о людях на «всеобщем языке – языке человеческого сердца, который вечен и одинаков для всех на свете», «снабдить пустившееся в странствие человечество хорошо разработанной, надежной картой, показывающей ему путь к самому себе».
|
Джакомо Джойс
Джойс Джеймс
«Джакомо Джойс», несмотря на малый объем произведения, дает полное представление о поэтике писателя.
|
Джамиля
Айтматов Чингиз Торекулович
В повести «Джамиля», героем-повествователем которой был 15-летний подросток, проявилась главная особенность прозы Айтматова: сочетание напряженного драматизма в описании характеров и ситуаций с лирическим строем в описании природы и обычаев народа.
|
Джейк (Каубои[1])
Грийнууд Лей
|
Джеймс Кук
Свет Яков Михайлович
|
Джейн
Моэм Сомерсет
|
Джейн
Моэм Сомерсет
|