В Москве
Чехов Антон Павлович
|
В мрака (Видено и чуто[5])
Вазов Иван
|
В мусафирхане
Андрич Иво
В том выдающегося югославского писателя, лауреата Нобелевской премии, Иво Андрича (1892–1975) включены самые известные его повести и рассказы, созданные между 1917 и 1962 годами, в которых глубоко и полно отразились исторические судьбы югославских народов.
|
В навечерието
Тургенев Иван
|
В наказателната колония
Кафка Франц
|
В начале жатвы. Повести и рассказы
Китайский Станислав Борисович
В сборник вошли уже известные и новые произведения иркутского писателя("В начале жатвы.", "Спеши строить дом.", "Рупь делов.", "Собачья школа", "Ягодка", "Такая вот картина", "Когда же ты вернешься?", "Утро этого дня"), которого привлекают вечные и злободневные морально-этические вопросы, часто ускользающие в обыденной жизни от нашего внимания.
|
В начале жатвы. Повести и рассказы
Китайский Станислав Борисович
В сборник вошли уже известные и новые произведения иркутского писателя("В начале жатвы.", "Спеши строить дом.", "Рупь делов.", "Собачья школа", "Ягодка", "Такая вот картина", "Когда же ты вернешься?", "Утро этого дня"), которого привлекают вечные и злободневные морально-этические вопросы, часто ускользающие в обыденной жизни от нашего внимания.
|
В наше время
Хемингуэй Эрнест Миллер
"В наше время" - сборник рассказов Эрнеста Хемингуэя. Каждая глава включает краткий эпизод, который, в некотором роде, относится к следующему рассказу. Сборник был опубликован в 1925 году и ознаменовал американский дебют Хемингуэя.
|
В наше время (сборник рассказов)
Хемингуэй Эрнест Миллер
"В наше время" - сборник рассказов Эрнеста Хемингуэя. Каждая глава включает краткий эпизод, который, в некотором роде, относится к следующему рассказу. Сборник был опубликован в 1925 году и ознаменовал американский дебют Хемингуэя.
|
В наше время (сборник рассказов)
Хемингуэй Эрнест Миллер
|
В нашей синагоге
Кафка Франц
Франц Кафка – австрийский писатель, основоположник литературного «абсурдизма». Рассказы Кафки изящны и выразительно недосказаны.
|
В недiлю рано зiлля копала
Кобилянська Ольга Юліанівна
В основі повісті Ольги Кобилянської (1863-1942р.р.) «В неділю рано зілля копала…» (1909р.) покладено мотив романтичної пісні-балади «Ой, не ходи Грицю…» про нещасливе кохання. Ця легенда неодноразово опрацьовувалась українськими письменниками, зокрема, М.Старицьким у драмі під однойменною назвою (1885р.), яка була надзвичайно популярною як у трупах М.Старицького, М.Кропивницького, М.Садовського, так і пізніше, у численних театрах України. Трагічна історія зрадливого кохання, пристрасті, неординарні, сильні, харизматичні характери в повісті Ольги Кобилянської більш об’ємні. Авторка розвинула сюжет додавши паралельно, не менш трагічну долю циганки Маври – мати Гриця. Тема кохання, зради, набула глибшого, філософського звучання і узагальнення.
|
В ногу!
Андерсон Шервуд
В романе Андерсона, шокировавшем современников эмоциональным накалом и экзотичностью идей, проявилось психологическое состояние автора — преуспевающего бизнесмена, стоящего на пороге разрыва со своей карьерой и респектабельной жизнью. Автор посвятил эту книгу американскому рабочему классу. Перевод с английского М. Г. Волосова, дополненный и исправленный Е. М. Салмановой. |
В ночь на 3-е число. Из романа «Алый мах» (Красная корона. Проза 1918-1920-х годов[3])
Булгаков Михаил Афанасьевич
|
В ночь урагана
Нарайан Разипурам Кришнасвами
Рассказы Нарайана поражают широтой охвата, легкостью, с которой писатель переходит от одной интонации к другой. Самые различные чувства — смех и мягкая ирония, сдержанный гнев и грусть о незадавшихся судьбах своих героев — звучат в авторском голосе, придавая ему глубоко индивидуальный характер.
|
В нощта на големия прилив (В нощта на големия прилив[2])
Крапивин Владислав
|
В облачный день
Короленко Владимир
|
В овраге
Чехов Антон Павлович
|
В овраге
Чехов Антон Павлович
|
В огонь и в воду (Приключения графа де Монтестрюка[1])
Ашар Амеде
«Граф Гедеон-Поль-де Монтестрюк, известный также под именем графа де-Шаржполя, считался, около 164… года, одним из богатейших и счастливейших дворян южной Франции. У него были обширные владения и хотя дворянство его не восходило до первых времен монархии и его предки не попали в число рыцарей-завоевателей Палестины, но он был в родстве с знатнейшими фамилиями королевства, которое только что было вверено Провидением рукам еще неопытного Людовика XIV. Этим завидным положением фамилия де Монтестрюк, стоявшая в уровень с первыми домами в Арманьяке, одолжена была странным обстоятельством, ознаменовавшим начало её известности, и особенному благоволению короля Генриха IV, славной памяти…» Книга также выходила под названием «Плащ и шпага». |