У нас уже утро
Чаковский Александр Борисович
|
У подножия Мтацминды
Ивнев Рюрик
Рюрик Ивнев, один из старейших русских советских писателей, делится в этой книге воспоминаниями о совместной работе с А. В. Луначарским в первые годы после победы Октябрьской революции, рассказывает о встречах с А. М. Горьким, А. А. Блоком, В. В. Маяковским, В. Э. Мейерхольдом, с С. А. Есениным, близким другом которого был долгие годы.В книгу включены новеллы, написанные автором в разное время, и повесть «У подножия Мтацминды», в основе которой лежит автобиографический материал.
|
У пристани (Богдан Хмельницкий. Трилогия[3])
Старицкий Михайло Петрович
В романе «У пристани» — заключительной части трилогии о Богдане Хмельницком — отображены события освободительной войны украинского народа против польской шляхты и униатов, последовавшие за Желтоводским и Корсунским сражениями. В этом эпическом повествовании ярко воссозданы жизнь казацкого и польского лагерей, битвы под Пилявцами, Збаражем, Берестечком, показана сложная борьба, которую вел Богдан Хмельницкий, стремясь к воссоединению Украины с Россией.
|
У развалин
Соловьев Всеволод Сергеевич
Всеволод Соловьев так и остался в тени своих более знаменитых отца (историка С. М. Соловьева) и младшего брата (философа и поэта Владимира Соловьева). Но скромное место исторического беллетриста в истории русской литературы за ним, безусловно, сохранится.Помимо исторических романов представляют интерес воспоминания
|
У стен Анакопии
Петрозашвили Роман Георгиевич
Историческая повесть «У стен Анакопии» уводит читателя в первую половину VIII века, когда Абхазия называлась Абазгией, а ее столицей была Лилкопия, находившаяся на месте нынешнего курорта Новый Афон. К пей получила художественное воплощение одна из ярчайших страниц раннефеодальной Абхазии - это разгром мощного арабскою войска Мервана ибн-Мухаммеда (Мурвана Кру) объединенными силами абаэгов и. картлийцев под стенами Анакопии.В повести прослеживаются истоки дружбы грузинского и абхазского народов, корни которой уходят в глубь веков.
|
У ступеней трона
Павлов Александр Петрович
В романе разворачиваются события, происшедшие за короткий период правления Россией регентши Анны Леопольдовны, племянницы Анны Иоанновны. В это время активизировались сторонники Елизаветы, дочери Петра Великого, которые и привели ее к власти.На страницах романа бушуют страсти, плетутся интриги, действуют известные и неизвестные исторические личности. Коварный граф Головкин препятствует любви княгини Трубецкой и молодого дворянина Баскакова, едва не закончившейся трагедией; Анна Леопольдовна навсегда теряет свою единственную привязанность в жизни — графа Линара, а также недолгую власть; красавица Елизавета с триумфом восходит на престол…
|
У ступеней трона
Павлов Александр Петрович
Александр Петрович Павлов – русский писатель, теперь незаслуженно забытый, из-под пера которого на рубеже XIX и XX вв. вышло немало захватывающих исторических романов, которые по нынешним временам смело можно отнести к жанру авантюрных. Среди них «Наперекор судьбе», «В сетях властолюбцев», «Торжество любви», «Под сенью короны» и другие.В данном томе представлен роман «У ступеней трона», в котором разворачиваются события, происшедшие за короткий период правления Россией регентши Анны Леопольдовны, племянницы Анны Иоанновны. В это время активизировались сторонники Елизаветы, дочери Петра Великого, которые и привели ее к власти. На страницах романа бушуют страсти, плетутся интриги, действуют известные и неизвестные исторические личности.
|
У чёрного моря
МИШЕ АБ
«У чёрного моря» - полудокумент-полувыдумка. В этой книге одесские евреи – вся община и отдельная семья, их судьба и война, расцвет и увядание, страх, смех, горечь и надежда… Книга родилась из желания воздать должное тем, кто выручал евреев в смертельную для них пору оккупации. За годы работы тема расширилась, повествование растеклось от необходимости вглядеться в лик Одессы и лица одесситов. Книжка стала пухлой. А главной целью её остаётся первоначальное: помянуть благодарно всех, спасавших или помогших спасению, чьи имена всплыли, когда ворошил я свидетельства тех дней. Всем им, и увенчанным, и обойдённым официальным признанием, кому ни дерева именного, ни медали, ни льготы мало-мальской – им эта вот книжка негромкая, памятник самодельный,каждому, чьё имя мы не удосужились расслышать в глухоте прошедших десятилетий, и каждому, кто на этих страницах назван.
|
У чёрного моря
МИШЕ АБ
«У чёрного моря» - полудокумент-полувыдумка. В этой книге одесские евреи – вся община и отдельная семья, их судьба и война, расцвет и увядание, страх, смех, горечь и надежда… Книга родилась из желания воздать должное тем, кто выручал евреев в смертельную для них пору оккупации. За годы работы тема расширилась, повествование растеклось от необходимости вглядеться в лик Одессы и лица одесситов. Книжка стала пухлой. А главной целью её остаётся первоначальное: помянуть благодарно всех, спасавших или помогших спасению, чьи имена всплыли, когда ворошил я свидетельства тех дней. Всем им, и увенчанным, и обойдённым официальным признанием, кому ни дерева именного, ни медали, ни льготы мало-мальской – им эта вот книжка негромкая, памятник самодельный,каждому, чьё имя мы не удосужились расслышать в глухоте прошедших десятилетий, и каждому, кто на этих страницах назван.
|
Уарда
Эберс Георг
Данная книга является участником проекта «Испр@влено». Если Вы желаете сообщить об ошибках, опечатках или иных недостатках данной книги, то Вы можете сделать это по адресу: http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?p=12427#12427
|
Убивство и неупокоенные духи [litres] (Торонтская трилогия[1])
Дэвис Робертсон
Робертсон Дэвис – крупнейший канадский писатель, мастер сюжетных хитросплетений и загадок, один из лучших рассказчиков англоязычной словесности. Его «Дептфордскую трилогию» («Пятый персонаж», «Мантикора», «Мир чудес») сочли началом «канадского прорыва» в мировой литературе. Он попадал в шорт-лист Букера (с романом «Что в костях заложено» из «Корнишской трилогии»), был удостоен главной канадской литературной награды – Премии генерал-губернатора, под конец жизни чуть было не получил Нобелевскую премию, но, даже навеки оставшись в числе кандидатов, завоевал статус мирового классика. «Печатники находят по опыту, что одно Убивство стоит двух Монстров и не менее трех Неупокоенных Духов, – писал английский сатирик XVII века Сэмюэл Батлер. – Но ежели к Убивству присовокупляются Неупокоенные Духи, никакая другая Повесть с этим не сравнится». И герою данного романа предстоит проверить эту мудрую мысль на собственном опыте: именно неупокоенным духом становится в первых же строках Коннор Гилмартин, редактор отдела культуры в газете «Голос», застав жену в постели с любовником и получив от того (своего подчиненного, театрального критика) дубинкой по голове. И вот некто неведомый уводит душу Коннора сперва «в восемнадцатый век, который по масштабам всей истории человечества был практически вчера», – и на этом не останавливается; и вот уже «фирменная дэвисовская машина времени разворачивает перед нами красочные картины прошлого, исполненные чуда и озорства» (The Los Angeles Times Book Review). Почему же Коннору открываются картины из жизни собственных предков и при чем тут церковь под названием «Товарищество Эммануила Сведенборга, ученого и провидца»? |
Убийство на Знаменской
Ракитин Алексей Иванович
Сюжет романа основан на реальных событиях — убийстве в августе 1885 г. в самом центре столицы, в гостинце «Знаменская», неизвестного мужчины. Преступление без очевидного мотива, произошедшее при весьма загадочных обстоятельствах, стало широко известно и вызвало немалый переполох среди обывателей. Вместе с героями романа — частным сыщиком Шумиловым и чинами Сыскной полиции — читатель пройдет все зигзаги расследования, каждый шаг которого переворачивал картину случившегося с ног на голову.
|
Убийство Сталина и Берия
Мухин Юрий Игнатьевич
О том, что Сталина убили в лучшем случае неоказанием помощи, а Берия заманили в засаду и убили безо всякого суда, известно давно. Хрущев, по сути, от Запада этого никогда и не скрывал. «За дураков держали» и «держат» только советский народ.Но в этом деле и историкам Запада был неясен мотив убийств. Стандартное объяснение – «они боролись за власть» – объясняет все и ничего. У непосредственных убийц Сталина и Берия власти было более, чем достаточно, более того, накануне убийства они были еще более приподняты в глазах страны и всего мира: Маленков, а не Сталин, читал отчетный доклад на XIX съезде КПСС, а Хрущев читал главный доклад Съезда – доклад об изменении Устава КПСС. Почему они, тем не менее, пошли на убийство? Почему вся партийная и государственная номенклатуры СССР эти убийства покрыла? В чем был ее коллективный интерес в этих убийствах? В книге вскрыты не только мотив убийств и конкретные убийцы, но показаны и все этапы заговора номенклатуры против советского народа: сплочение и поражение заговорщиков в 30-х годах, новое сплочение после Отечественной войны, прикрытие заговора еврейской версией («дело врачей»), убийство вождей советского народа и, наконец, полная победа заговорщиков над народом в 1991 г. Показано то сложное положение, в которое попала победившая номенклатура КПСС в России и СНГ, даже имея ничем не ограниченную власть над населением и баснословные суммы денег, украденных у народа СССР.Для историков, политологов, студентов исторических специальностей и всех интересующихся историей.Художник – Рауль Еркимбаев.
|
Убийство чечено-ингушского народа. Народоубийство в СССР
Уралов (Авторханов) Александр
|
Убийството на султана
Юмит Ахмед
|
Убийството на султана
Юмит Ахмед
Ще плати с кръвта си онзи, който посегне на светините в историята…Известната турска историчка Нюзхет прави световна кариера, оспорвайки общоприетите представи за историята на Османската империя. След дълги години в чужбина тя се връща в Истанбул и се обажда да покани в дома си своя някогашен любим Мющак, който така и никога не я е забравил. В нейния апартамент обаче го очаква кошмар – Нюзхет е убита със сребърен нож за писма с туграта на султан Мехмед Завоевателя. А най-страшното е, че Мющак не помни какво е правил последните няколко часа. И собствения му нож за писма го няма…Престъплението е налице, извършителят май е ясен. Мющак се разкъсва между угризенията и желанието да не влезе в затвора. Скоро обаче научава, че Нюзхет се е готвела да предизвика огромна буря, посягайки на една от забранените теми в османската история – мистериозната смърт на Мурад II, който според нея е бил отровен от сина му, бъдещия покорител на Константинопол Мехмед Завоевателя. И гибелта на неговата любима изведнъж става още по-голяма загадка
|
Убийца фараона (Друг фараона[2])
Андриенко Владимир Александрович
Том 2 романа «Друг фараона» повествует о периоде ожесточенной борьбы за власть при дворе Эхнатона, об убийстве фараона и его жены Нефертити, а также о коротком царствовании фараона Семенхкара и коронации Тутанхатона.
|
Убийцы для императора
Серба Андрей Иванович
Динамичные и живые приключенческие повести Андрея Сербы знакомят читателя с бурными событиями истории вечно воевавшей Руси. Воинственные князья, мудрые красавицы, интриги, динамичный сюжет — всё это можно найти на страницах повестей, включенных в данный сборник. Внимание читателя, без сомнения, привлекут героические подвиги во имя Родины, коварство изменников, стойкость русского характера.
|
Убитый, но живой
Цуканов Александр Николаевич
Семейная драма нескольких поколений Малявиных охватывает весь ХХ век – от Русско-японской войны до начала перестройки в СССР. В верности поговорки: «От тюрьмы и сумы не зарекайся» – приходится удостовериться многим представителям этой уральской фамилии, ведь жизнь в недавно минувшем столетии была сродни огромной бурной реке со множеством водоворотов. Трудно выжить, но еще труднее сохранить в себе человечность.
|
Убить Архимеда
Башкуев Александр Эрдимтович
Жизнь и деяния центуриона Марка Юния Брута, римского консула, убийцы Архимеда.
|