Чорна дошка
Доляк Наталка
Страшні видіння приходять до Сашка у снах. Висушені голодом жінка і маленькі діти зазирають йому в обличчя скляними очима, німотно благають про допомогу, простягають до нього руки… Лесь Терновий, прадід Сашка, має що розповісти онуку про цих людей. Бо він — один із них. Один з тих, хто вижив, пройшовши через пекло Голодомору 30-х років. |
Чорна рада
Куліш Пантелеймон Олександрович
|
Чорна Рада
неизвестный автор
|
Чорная страла
Стывенсан Робэрт Льюіс
|
Чорны замак Альшанскі
Караткевіч Уладзімір
«Чорны замак Альшанскі» — адзін з апошніх раманаў беларускага класіка гістарычнай літаратуры. Уладзімір Караткевіч у адметнай форме спрабуе прывабіць чытача таямніцамі і легендамі, якімі поўніцца беларуская зямля. У рамане чарговы раз спалучаецца мінуўшчына з сёньняшнім днём, дэтэктыў з гістарычнай асновай прадстаўляе нам захапляльную і цікавую гісторыю нашага народу.
|
Что держала в руках Венера
Пикуль Валентин Саввич
|
Что лучше?
Ян Василий
|
Чтобы помнили
Квашин Виктор
Фронтовики — удивительные люди! Пройдя рядом со смертью, они приобрели исключительную стойкость к невзгодам и постоянную готовность прийти на помощь, несмотря на возраст и болезни. В их письмах иногда были воспоминания о фронтовых буднях или случаях необычных. Эти события военного времени изложены в рассказах почти дословно. |
Чтобы свеча не угасла
Грязев Александр Алексеевич
|
Чудак
Гулиа Георгий Дмитриевич
«… Ахаун сказал:– Но прежде я хотел бы, чтобы вы послушали одного чудака…– Чудака? – спросил зверолов.– Чудака…– Как это – чудака? – словно бы не расслышал лучший метатель камней.– Вот так – чудак! – Вождь племени чуть не продырявил себе указательным пальцем висок, чтобы показать, какой же это непроходимый чудак.– Где же он? – сказал следопыт, шмыгая носом, точно чудак должен был пахнуть как-то особенно.– Он ждет на лужайке. Перед моим домом.Охотник на барсов вышел из пещеры, чтобы привести этого чудака.Ахаун сказал:– Вы сейчас услышите нечто, но вы не смейтесь. Изо всей мочи крепитесь. Не вздумайте хохотать. Вы меня поняли? Слушать серьезно…»
|
Чудаки
Крашевский Юзеф Игнаций
Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.В шестой том Собрания сочинений вошли повести `Последний из Секиринских`, `Уляна`, `Осторожнеес огнем` и романы `Болеславцы` и `Чудаки`.
|
Чудеса и диковины
Норминтон Грегори
Позднее Возрождение… Эпоха гениальных творцов, гениальных авантюристов… и гениев, совмещающих талант к творчеству с талантом к преступлению.Перед вами – не просто потрясающий интеллектуальный авантюрный роман, но – удивительная анатомия самого духа, двигавшего этой эпохой. Причем режет этот дух по-живому человек, ставший своеобразным его воплощением…"Чудеса и диковины" – второй роман Грегори Норминтона, прозванного "золотым мальчиком" постмодернизма
|
Чудеса и диковины
Норминтон Грегори
Позднее Возрождение… Эпоха гениальных творцов, гениальных авантюристов… и гениев, совмещающих талант к творчеству с талантом к преступлению. Перед вами – не просто потрясающий интеллектуальный авантюрный роман, но – удивительная анатомия самого духа, двигавшего этой эпохой. Причем режет этот дух по-живому человек, ставший своеобразным его воплощением… "Чудеса и диковины" – второй роман Грегори Норминтона, прозванного "золотым мальчиком" постмодернизма |
Чудесный шар
Волков Александр Мелентьевич
Действие романа развивается в 50-х годах XVIII века в царствование Елизаветы Петровны. Дмитрий Ракитин – высокообразованный человек, талантливый ученик Ломоносова – в стенах тюремной камеры изобретает летательный аппарат, подъемную силу которого дает горячий воздух.О трудной судьбе Дмитрия Ракитина, о его невзгодах и радостях рассказывает настоящая книга.
|
Чудо
Форсайт Фредерик
«Ветеран» – сборник повестей Фредерика Форсайта. Эта книга в очередной раз подтверждает репутацию автора как блестящего мастера жанра, ведь каждое из вошедших в нее произведений – настоящий шедевр!
|
Чудо пылающего креста
Слотер Френк Джилл
Исторический роман Френка Слотера переносит нас во времена позднего Рима — первую треть IV века. На трон восходит Флавий Валерий Константин, сконцентрировавший в своих руках единоличную и абсолютную императорскую власть. Через сражения и кровь, смерть близких шел он к своей цели, стараясь возродить былое величие и мощь Римской империи. В увлекательном, захватывающем описании жизни этого человека, основателя Нового Рима — Константинополя, автор развертывает перед нами широкое историческое полотно, в котором много страниц уделено созданию Церкви и первым христианам, которых мощно поддерживал уверовавший в Бога император. И недаром церковные историки нарекли Константина Великим и провозгласили его образцом христианского правителя.Френк Джилл Слотер родился в Вашингтоне 25 февраля 1908 года. Окончил Оксфордскую высшую школу в Северной Каролине и университет в Дархеме. Врач. Служил в армии США в медицинском корпусе. Женился на Джейн Манди в 1933 году. Два сына. Свою литературную деятельность начал в 1941 году романами «That None Should Die» и «In a Dark Garden». Френк Слотер разносторонний автор, пишущий и о медицине, и исторические произведения, но более всего ему удаются сочинения на библейские темы или смешанной формы. В 1959 году Слотер выпускает один за другим два романа: «Крест и корона, или Жизнь Христа» и «Иосиф Аримафейский», а через год роман о римском императоре Константине Великом «Чудо пылающего креста», который мы и предлагаем нашему читателю.Слотер трудится в литературе почти 40 лет. За это время общий тираж его книг составил более 60 миллионов экземпляров. Один из последних романов 1987 года снова на медицинскую тему — «Transplant».Текст печатается по изданию: Constantine: The miracle of the flaming cross, by Frank G. Sloughter. Doubleday and Company, Inc. New York, 1965.
|
Чудовища и герои
Березин Алексей
Совершая второй подвиг из двенадцати, Алкид вышел на бой с Лернейской гидрой. Ведь герои всегда побеждают чудовищ. Любой ценой.
|
Чудом рождённый
Кербабаев Берды
Имя замечательного туркменского писателя Берды Кербабаева широко известно не только в нашей стране, но и за её пределами. Автор романов «Решающий шаг» и «Небит-Даг» порадовал своих читателей новым крупным произведением. Он написал роман-хронику «Чудом рождённый» о видном туркменском революционере и государственном деятеле Кайгысызе Атабаеве.Эта книга уже издана на туркменском языке и получила положительные отзывы читателей. При подготовке к печати романа на русском языке автор совместно с переводчиками внёс в него некоторые дополнения и изменения.
|
Чужой
Таган Атаджан
Атаджан Таган автор свыше дюжины книг рассказов, повестей, романов, изданных в Ашхабаде, Москве, Душанбе, Софии, Бишкеке, и в некоторых других странах. Его лучшие повести и рассказы были опубликованы на страницах журналов «Знамя», «Октябрь», «Огонек», «Дружба народов». По его произведениям сняты художественные фильмы «Возвращение музыканта», «Охламон», «Судьба», «Сын».Роман «Чужой» основывается на достоверных документально-исторических фактах, которые взяты из дневника Гулибефа де Блоквиля «14-ти месячный плен у туркмен» и воспоминаний персидского воина Сейит Мухаммет Алы аль-Хусейни «Мервская война», участником которой он был.
|
Чукур
Байзаков Марат
События, описываемые в рассказе, происходят в девяностые, в маленьком узбекском ауле, затерянном где-то в горах. Жители зовут свой аул – «Чукур», что переводится как «Яма». Однажды в Яме умирает человек, который приютил у себя христианских сектантов. Народ, под предводительством имама, отказывается хоронить Хуснуда по мусульманским обычаям. Брат покойного – Мансур вынужден везти усопшего в горы и там предать его земле.
|