«Если день не заладился с утра, нечего и ожидать перемен к лучшему. После того как «Феникс» потратил большую часть утра, пытаясь зайти в столичную гавань и не напороться при этом на рифы, – под громогласную ругань капитана Жюно, поминавшего богохульным образом портовое начальство, что не соизволило выслать лоцманов, – оказалось, что унижения французов в чужой земле только начинаются…»

«Доски мостка отделялись одна за другой, отскакивали от каркаса, вытряхивали гвозди и принимались тереть бока невыполнимой. Охаживали до тех пор, пока ее тело не принимало вид мостка, становилось коричневым от ушибов и древесины. Доски с точностью передавали невыполнимой свой рисунок, цвет, все пятнышки, мелких жучков, трещинки. Потом переворачивали ее, посиневшую и гноящуюся от ушибов, вверх тормашками – так, чтобы легла на их место…» Перевод: Наталия Арлаускайте

Сравнительно недавно вошел в литературу Юрий Антропов. Но его произведения уже получили общественное признание, — писатель стал первым лауреатом премии имени К. Федина.

Эту книгу составляют повести и рассказы, в которых Юрий Антропов исследует духовный мир нашего современника. Он пишет о любви, о счастье, о сложном поиске человеком своего места в жизни.

«Во дворе под липами, там, где обычно грелись на солнышке бабушки, играли в шахматы. На длинной скамье, рядом с ней, на столе для домино и даже на нескольких табуретах, принесенных для такого случая из квартир первого этажа, располагались шахматные доски. Бабушки, если верить их словам, по причине „шахматного безумия“ перебрались в тенек у подъезда и издали обсуждали игроков…»

Альона була перукаркою. Колись працювала в найдорожчих салонах міста, куди до неї ходили вірні клієнтки і мігрували разом з нею із салону до салону… Кілька останніх років Альона частково працювала вдома. Юстина була масажисткою, точніше, зараз вона вже була співвласницею одного з масажних салонів на центральній вулиці міста. Їхні вечори проходили за налагодженою схемою – по черзі готували вечерю і так само по черзі купували пляшку. Повечерявши, сідали дивитися фільм або серіал. За серіал випивали пляшку вина, за фільм – дві. Пива випивали по дві пляшки, маленької мартіні вистачало на серіал, але на фільм уже треба було велику, і від цього вони вже справді п’яніли. Таким чином вибір фільмів та серіалів часто зумовлювався тим, чи можуть вони собі дозволити завтра вранці бути не в формі, тобто вибором типу і кількості алкоголю…

«– Что это за забавные картинки на стенах? – спросил я. Хорошенькая служанка, пышная блондинка, только что принесла мне третью чашу вина, и картинки казались мне все забавнее. Антипатр, мой попутчик и первый наставник во всем, нахмурил густые седые брови и наградил меня уничтожающим взглядом, который я уже слишком много раз видел за время нашего путешествия. Конечно, мне было девятнадцать, и по римским законам я уже считался взрослым мужчиной, но под этим взглядом я ощущал себя девятилетним мальчиком.– Гордиан! Может ли быть такое, чтобы ты не слышал рассказы про Фафхрда и Серого Мышелова?– Серого кого?– Мышелова…»

«Рохля или Недотепа – вот и все, что можно сказать об этом неудачнике. Дожить до 25 лет и падать с семилетней кобылы, как мешок овса, мог, конечно, только такой простак, как наш Кэрол. Перевернуться на тракторе, тонуть в Зеленом ручье, испугаться выскочившего из загона быка и позорно бежать от него, тряся своим толстым животом, – это все, конечно, Кэрол, кто же еще? Да что тут говорить! А получить при рождении женское имя Кэрол только потому, что родители уже имели четырех пацанов и хотели девочку – это, по-вашему, что? Везение? В нашем баре «Игл нэст», орлиное гнездо, каждый вечер можно было услышать: «Слыхали, что вчера случилось с рыжим Кэролом?»И тут в бар входил Кэрол…»

«Сегодня проснулся оттого, что за стеной играли на фортепиано. Там живет старушка, которая дает уроки. Играли дерьмово, но мне понравилось. Решил научиться. Завтра начну. Теннисом заниматься больше не буду…»

Йожеф Лендел (1896–1975) — известный венгерский писатель, один из основателей Венгерской коммунистической партии, активный участник пролетарской революции 1919 года.После поражения Венгерской Советской Республики эмигрировал в Австрию, затем в Берлин, в 1930 году переехал в Москву.В 1938 году по ложному обвинению был арестован. Реабилитирован в 1955 году. Пройдя через все ужасы тюремного и лагерного существования, перенеся невзгоды долгих лет ссылки, Йожеф Лендел сохранил неколебимую веру в коммунистические идеалы, любовь к нашей стране и советскому народу.Рассказы сборника переносят читателя на Крайний Север и в сибирскую тайгу, вскрывают разнообразные грани человеческого характера, проявляющиеся в экстремальных условиях. Лендел далек от нагнетания ужасов, смакования темных сторон действительности, прямого морализирования; для его повествования характерны полутона, лиризм, психологическая глубина.

Ричард Хьюз (1900–1976) — английский писатель-романист, новеллист, драматург. В классику английской прозы XX века вошли его романы «Сильный ветер на Ямайке» (1929), цикл романов «Удел человеческий», морская повесть «Наудачу» и др. Рассказ «Незнакомец» взят из сборника «Лучшие английские рассказы 1923 года».Опубликован на русском языке в журнале «Иностранная литература» № 3, 1992.

Опубликовано в журнале «Октябрь» 2003, № 3

Ты только проснулся. Лежишь в своей постели, рядом – красивая девушка, всё хорошо. И тут что-то упирается тебе в висок, а потом ты видишь перед собой трёх инопланетян в скафандрах…

Не мог удержаться от комментария. Вероятно, эта далёкая от идеала вещица напечатана в ходе компании искоренения абстракционистов, начавшейся с матерного выступления Хрущева на выставке в Манеже, кажется, 1.12.1962 г. За два года борьба достигла иных звёздных систем! Забавно, что за считанные дни до печати этого номера наш Первый секретарь был отправлен на пенсию без всякого почёта. С. П. ХлынинЖурнал «Техника-молодежи» 1964 г., № 11, с.8

Уилл Селф (р. 1961) – один из самых ярких современных английских прозаиков, «мастер эпатажа и язвительный насмешник с необычайным полетом фантазии».Критики находят в его творчестве влияние таких не похожих друг на друга авторов, как Франц Кафка, Уильям С. Берроуз, Мартин Эмис, Виктор Пелевин.С каждым прикосновением к прозе У. Селфа убеждаешься, что он еще более не прост, чем кажется с первого взгляда. Его фантастические конструкции, символические параллели и метафизические заключения произрастают из почвы повседневности, как цветы лотоса из болотной тины, с особенной отчетливостью выделяясь на ее фоне. Автор заставляет нас поверить в полную реальность происходящего, которая то и дело подтверждается десятками и сотнями конкретных деталей, заставляя удивляться и сопереживать, восхищаться и утирать слезы от смеха.

«В датском говорящем лесу росли датские говорящие деревья. Они разговаривали только по-датски.В жаркие солнечные дни, изнемогая от зноя, деревья перешептывались друг с другом так тихо, что даже чуткие птицы не могли разобрать, о чем они шепчутся. Зато как только поднимался ветер, в лесу начинался такой шумный разговор, что его без труда мог услышать всякий…»

Никто не умеет сочинять истории о власти литературы над читателем и реальностью лучше Стивена Кинга. Это общеизвестно.Майка Андерсона можно назвать литератором с большой натяжкой. Он не пишет романов, которые становятся бестселлерами. Он получает гроши, делая работу, которой стыдится сам. Но его слова обладают страшной силой. И чтобы она вырвалась на волю, ему достаточно написать «НЕКРОЛОГ...»

Шолом-Алейхем – псевдоним одного из основоположников еврейской литературы на идиш Шолома Нохумовича Рабиновича. Выдающийся бытописатель и юморист, Шолом-Алейхем создал в своем творчестве незабываемые образы обыкновенных людей, беспросветная жизнь которых скрашивается смехом, хотя часто это «смех сквозь слезы».

«Зачем некоторые люди ропщут и жалуются на свою судьбу? Даже у гвоздей – и у тех счастье разное: на одном гвозде висит портрет генерала, а на другом – оборванный картуз… или обладатель оного…»