fb2«Одна женщина, Один мужчина…» – сборник кротких ироничных историй о любви, о нелепых и не очень лестных ситуациях, в которые попадает каждый человек. Никто не проживёт, не совершив глупостей и ошибок на любовном фронте, но такие вещи рассказывать о себе неловко, поэтому в роли главных героев часто фигурируют «подруги», «знакомые» или просто «одна женщина», «один мужчина».
В книгу вошли работы двадцати талантливых и популярных авторов, которые с большой добротой относятся к своим персонажам. Счастье, утверждают они, есть, просто иногда встречается там, где его никогда не думали искать.
«… На следующий день Иван Алексеевич уехал. И прошло еще двадцать шесть лет.
Наши старики хорошо помнят эти годы: и первую германскую войну, и революцию, и гражданскую войну, и нэп, и великий перелом в деревне. Ивану Алексеевичу многое пришлось пережить, и вот пятидесятишестилетним стариком он вернулся в родное село.
Здесь от Степана Лаптева он узнал, что Стешин первый сын, Михаил, утонул, а теперь около нее вытягивается и крепчает второй сын, Василий, белобрысый, долговязый парень, глядящий на всех взрослых исподлобья и постоянно грубящий матери своим сиповатым баском.
И тогда с Иваном Алексеевичем приключилось нечто странное, что бывает уделом только высоких душ, напряженно и небесследно живущих на нашей земле. Он увидел знакомые места, увидел Стешу и с недоумением, сердечной мукой понял, что никогда не переставал любить ее. Поэтому и не женился, хотя вовсе не трудно было ему при его трезвости, деловитой солидности подобрать себе хорошую жену. «О память сердца, ты сильней рассудка памяти печальной!..» Память сердца властвовала над ним. …»
«Прищурив и без того узкие недобрые глаза, Китаец тщательно перетасовал колоду. Завершил тасовку залихватской врезкой и размашистым полукругом двинул колоду по столу Гнилому – подснять. Продемонстрировав фиксатый, траченный кариесом оскал, Гнилой выполнил съем, по-жигански чиркнул спичкой о ноготь, поднес прикурить Ершу и прикурил сам…»
«Рыжий Фишел, внук старого шойхета Ицхака, прибежал, едва я открыл лавку.
– Шолом, дядя Эфраим, – поздоровался Фишел, не успев даже отдышаться. – Ой, дядя Эфраим, к тебе там из самого Йерушалайма приехали.
Сначала я подумал, что приехала Гита, и обрадовался, и хотел немедленно бежать ей навстречу, моей младшенькой, ягодке моей. Но потом сообразил, что Гита приедет только на рош-ходеш, первый день месяца адар. И огорчился, и едва не расплакался, потому что до рош-ходеша оставалось еще три дня, мне ли о том не знать, когда каждое утро я дни эти считал. Так я рыжему внуку старого Ицхака и сказал…»
«– Обождем.
– Зачем?
– Пусть пройдут.
– А нам что до них?
– Больно веселенькие…»
"Одно Рождество" — поздняя проза Трумена Капоте. Рассказ опубликован в 1982 году, за два года до смерти писателя. Пик славы Капоте, автора "Других голосов, других комнат", и "Луговой арфы", одного из королей нью-йоркского света, острослова, законодателя мод, устроителя знаменитого черно-белого бала, пришелся на шестидесятые. О периоде, когда был написан этот рождественский рассказ, друзья писателя вспоминают, что Капоте жил одиноко, и любимым его занятием было разглядывать портреты светских красавиц и определять (с поразительной точностью!) сколько раз каждая из них выходила замуж.
[b](Дмитрий Волчек, 1998 год)[/b]
Никогда ранее не издававшиеся рассказы, эссе и дневники Василия Аксенова из американского архива писателя впервые выходят в свет под одной обложкой, сопровожденные блистательными комментариями давних друзей и коллег Аксенова – писателей Анатолия Гладилина и Виктора Есипова. Название этой новой книге дал одноименный рассказ, посвященный Булату Окуджаве, но в книге читатель найдет и Беллу Ахмадулину, и Билла Клинтона, и даже Дж. Д. Сэлинджера. В новом сборнике Аксенов предстает как истинный гражданин мира, которого интересуют и ясный реализм, и обэриутство, и постмодернизм.
«Макс слушал, насупившись, не перебивая, поигрывая карандашиком над бумажным листом со списком фигурантов. Когда я закончил, он помолчал еще с полминуты, затем вздохнул и сказал с досадой:
– Тоша, не знай я тебя как облупленного, решил бы, что ты спятил или издеваешься надо мной. Сколько, говоришь, было младшему из них полста лет назад? За сорок? А сейчас ему, значит, за девяносто и он, по-твоему, живет и здравствует?..»
Рассказы Галины Артемьевой – мудрые, тонкие и честные. Все они – о нас, обычных людях, живущих своей привычной жизнью. Это истории о радости и печали, об искушениях и тех обыденных чудесах, которые порой спасают нас в самые тяжелые моменты, о равнодушии и безграничной любви.
«Одушевленный предмет» – рассказ из сборника Галины Артемьевой «Чудо в перьях».
Рассказ Варлама Шаламова «Ожерелье княгини Гагариной» входит в сборник колымских рассказов «Левый берег».
Гюнтер Герлих был почетным гостем Второго фестиваля дружбы молодежи СССР и ГДР в Ленинграде
Это рассказ о тех, кто в годы Великой Отечественной войны в Донбассе, в городе Дебальцево оставался под оккупационной властью фашистской Германии. Рассказ написан по воспоминаниям очевидцев. Детство автора прошло в этом многострадальном городе, вновь пережившем оккупацию теперь уже украинских нацистов-бандеровцев.
«На этом подоконнике можно было разместить кого-нибудь, если убрать не допитую бутылку французского вина и не начатую пачку презервативов. Правда, этот кто-нибудь ноги все равно бы не вытянул, потому что подоконник был широкий, но короткий. Ноги пришлось бы поджать к животу или лечь на бок. Лицом в комнату «кто-нибудь» увидел бы меня, стоящую у окна в новом белье из магазина Агент Провокатор. Увидел бы очень близко…»
«Таинственная спутница Темзы, искрящаяся дымка, и плотная, и прозрачная сразу, светлела и сверкала все больше по мере того, как солнце поднималось над Вестминстером, а два человека шли по Вестминстерскому мосту. Один был высокий, другой – низенький, и мы, повинуясь причуде фантазии, могли бы сравнить их с гордой башней парламента и со смиренным, сутулым аббатством, тем более что низкорослый был в сутане. На языке же документов высокий звался Эркюлем Фламбо, занимался частным сыском и направлялся в свою новую контору, расположенную в новом многоквартирном доме напротив аббатства; а маленький звался отцом Дж. Брауном, служил в церкви Св. Франциска Ксаверия и, причастив умирающего, прибыл из Камберуэла, чтобы посмотреть контору своего друга…»