«Багровое и пузатое солнце скувырнулось с небосклона. Куда? В пучину страдающего прострацией моря. Море закипело.На востоке опрокинутой вверх дном небесной чаши переменились постепенно все цвета, чрез которые проходит подставленный под глазом синяк…»

Один из самых известных юмористов в мировой литературе, О. Генри создал уникальную панораму американской жизни на рубеже XIX–XX веков, в гротескных ситуациях передал контрасты и парадоксы своей эпохи, открывшей простор для людей с деловой хваткой, которых игра случая то возносит на вершину успеха, то низвергает на самое дно жизни.«…Премьерши имеют по пять мужей и массу драгоценностей, фальшивых, конечно. А сложение у них ничуть не хуже вашего, мадам, просто они пользуются накладками. Хористки – это сплошь пергидроль, поклонники и «паккарды». С гастролей все актеры возвращаются по шпалам на своих двоих. Добродетельные актрисы в Нью-Йорке требуют, чтобы на роли комических старух брали их мамаш, а на гастролях – хотя бы двоюродных тетушек. Настоящее имя Кэрл Беллью – Бойл О’Келли. Джон Мак-Куллок свои разоблачения, вот что записаны на фонограф, попросту украл у Эллен Терри, перекупив по дешевке ее мемуары. Джо Уэббер куда смешнее, чем И. Г. Содери; а Генри Миллер явно стареет и уже не тот, что был раньше. Ночью после спектакля все, кто работает в театре, пьют шампанское и заедают омарами, и так до утра или даже до полудня. Да чего там, все равно кинематограф сделал из них всех котлету…»

Один из самых известных юмористов в мировой литературе, О. Генри создал уникальную панораму американской жизни на рубеже XIX–XX веков, в гротескных ситуациях передал контрасты и парадоксы своей эпохи, открывшей простор для людей с деловой хваткой, которых игра случая то возносит на вершину успеха, то низвергает на самое дно жизни.«Вы, конечно, сами все знаете про театры и про актеров. Вы задевали живых актеров локтями на улицах, а они задевали вас за живое на сцене. Вы читали критику на них в газетах и видели в журналах остроумные шутки насчет хористок и длинногривых трагиков. Если свести воедино ваши представления о таинственной закулисной стране, то получится примерно следующее…»

Один из самых известных юмористов в мировой литературе, О. Генри создал уникальную панораму американской жизни на рубеже XIX–XX веков, в гротескных ситуациях передал контрасты и парадоксы своей эпохи, открывшей простор для людей с деловой хваткой, которых игра случая то возносит на вершину успеха, то низвергает на самое дно жизни.«Ясно вижу, как хмурит лоб художник и грызет карандаш, когда речь заходит о том, чтобы изобразить пасхальный сюжет, – оно и понятно, ибо его профессиональные представления о тех, кто может быть причастен к этому празднику, вполне законно сводятся всего к четырем персонажам…»

«Если день начинается воскресной тишиной, а вы точно знаете, что сегодня среда, значит, что-то неладно».Однажды вечерней порой жители Лондона с интересом наблюдали необычное явление – зеленый звездный дождь, озаривший все небо. Наутро свидетели загадочного явления проснулись слепыми, а вскоре стало ясно, что зрения лишилось почти все население Земли.В мире грядут большие перемены. Те немногие, кто сумел сохранить зрение, получают почти безграничную власть и доступ к накопленным человечеством ресурсам. Но беда, как известно, не приходит одна – и в действие вступает третья сила: триффиды, разумные хищные растения, способные передвигаться и охотиться на людей. Сложная система безопасности, созданная для сдерживания очень ценных, но чрезвычайно опасных растений, дает сбой, и триффиды вырываются на свободу…

«В комнате висела тяжелая, подавляющая тишина. Лампа под зеленым абажуром время от времени начинала играть, тихо, томительно, однообразно. Её музыка, напоминавшая жужжание комара, раздражающе действовала на слух и нервы художника Брагина, путала его мысли и сжимала сердце смутным предчувствием какой-то близкой беды.Когда, после небольшой паузы, лампа снова, чуть ли не в десятый раз, заиграла, Брагин не выдержал, вскочил и нервно зашагал по комнате. Истощенное лицо его конвульсивно дергалось, и руки никак не могли попасть в карманы брюк…»

Молодой аристократ Берти Вустер обладает удивительной способностью попадать в безвыходные ситуации. Безвыходные с точки зрения самого Берти. Но его камердинер – невозмутимый и находчивый Дживс – всегда готов прийти на помощь незадачливому хозяину и выручить его из очередного капкана.

Тове знает, что она неудачница и ее детство сделали совсем для другой девочки, которой оно пришлось бы в самый раз. Она очарована своей рыжеволосой подругой Рут, живущей по соседству и знающей все секреты мира взрослых. Но Тове никогда по-настоящему не рассказывает о себе ни ей, ни кому-либо еще, потому что другие не выносят «песен в моем сердце и гирлянд слов в моей душе». Она знает, что у нее есть призвание и что однажды ей неизбежно придется покинуть узкую улицу своего детства.«Детство» – первая часть «копенгагенской трилогии», читающаяся как самостоятельный роман воспитания. Это книга о взрослении, семье, дружбе, амбициях и предназначении, полная эмоциональных прозрений и иронии.

В этой повести автор увлекательно, «без утайки и рисовки» рассказывает о своем детстве, пережитых им и запомнившихся на всю жизнь радостях, проступках, мечтах.Для среднего школьного возраста.

В сборник вошли рассказы, написанные для детей и о детях. Все они проникнуты высокими христианскими мотивами любви и сострадания к ближним.Для среднего школьного возраста.

Для настоящего джентльмена встреча с блондинкой никогда не проходит даром – в прямом и переносном смысле слова! В этом знаменитая сценаристка и писательница Анита Лус (1891–1981) не раз убеждалась на собственном опыте: по ее признанию, себя она ассоциировала с брюнеткой Дороти – умудренной жизнью подругой очаровательной блондинки Лорелеи Ли. Замечательная рассказчица, Лус начала публиковать небольшие истории из жизни Лорелеи в «Harper’s Bazaar» в 1925 году, и благодаря их популярности тираж журнала вырос в четыре раза. Книга «Джентльмены предпочитают блондинок» и ее продолжение «Но женятся джентльмены на брюнетках» (1927) имели оглушительный успех, о чем свидетельствовало и появление музыкальной бродвейской версии произведения. А в 1953 году появился фильм с незабываемой Мэрилин Монро в главной роли. Ее героиня соткана из противоречий: она очаровательная и эгоистичная, глупая и рассудительная, откровенная и лживая – словом, настоящая блондинка…

Один из самых известных юмористов в мировой литературе, О.Генри создал уникальную панораму американской жизни на рубеже XIX–XX веков, в гротескных ситуациях передал контрасты и парадоксы своей эпохи, открывшей простор для людей с деловой хваткой, которых игра случая то возносит на вершину успеха, то низвергает на самое дно жизни.«Джефф Питерс делал деньги самыми разнообразными способами. Этих способов было у него никак не меньше, чем рецептов для изготовления рисовых блюд у жителей Чарлстона, штат Южная Каролина.Больше всего я люблю слушать его рассказы о днях его молодости, когда он торговал на улицах мазями и порошками от кашля, жил впроголодь, дружил со всем светом и на последние медяки играл в орлянку с судьбой…»

Дживс и Вустер – самые популярные герои вудхаусовской литературной юморины, роли которых на экране блистательно исполнили Стивен Фрай и Хью Лори. Проходят годы, но истории приключений добросердечного великосветского разгильдяя Берти Вустера и его слуги, спасителя и лучшего друга – изобретательного Дживса – по-прежнему смешат читателей.Итак, что же представляет собой феодальная верность в понимании Дживса?Почему тетушек нельзя считать джентльменами?И главный вопрос, волнующий всех без исключения родственников Бертрама Вустера: «В каком состоянии сейчас Дживсовы мозги?» Ведь стоит юному аристократу услышать мольбы страждущих о помощи, он неизменно отвечает: «Посоветуйтесь с Дживсом!» И тогда… достопочтенный мистер Филмер будет спасен и прозвучит Песня песней.

Дживс, вы – гений!Легкомысленный Берти Вустер, самоотверженно пытающийся решить матримониальные проблемы своего друга, попадает в серьезную передрягу. Но верный Дживс, умница, эрудит и философ, как всегда, бросается на помощь своему хозяину и находит выход из абсолютно безвыходной ситуации.Ваша взяла, Дживс!Между неразлучными джентльменом-шалопаем и его многоопытным слугой пробежала черная кошка… точнее – белый клубный пиджак с золотыми пуговицами, ставший причиной их размолвки и тайного соперничества. Уязвленный Берти стремится доказать всем, что он куда изобретательнее и умнее прославленного Дживса, а потому берется примирить рассорившихся влюбленных и устроить судьбу школьного друга. Что же из этого выйдет?

Великолепный Джимми Крокер, юный американский наследник, одержимый желанием превратиться в британского аристократа, вынужден признать, что на элегантной Пиккадилли, в отличие от родного Бродвея, его ждут одни неприятности…

«…Первая мировая война 1914–1918 гг. Одно из основных сражений на русском (восточном) театре военных действий развернулось тогда на юго-западе против войск Австро-Венгрии. Галицийская битва – август-сентябрь 1914 года – явилась крупной военно-стратегической победой России. Русская армия продвинулась вглубь на 230–300 километров, захватила Галицию и ее главный город Львов. На фоне этих событий и разворачивается действие романа “Дикая дивизия”…»

«В один не слишком погожий и не слишком хмурый, не слишком знойный и не слишком студеный день по пустынным горам с суматошной скоростью катил допотопный потрепанный «Форд». От лязга и скрежета металлических частей взмывали вверх трясогузки в рассыпчатых облачках пыли. Уходили с дороги ядовитые ящерицы – ленивые поделки индейских камнерезов. С шумом и грохотом «Форд» все глубже вторгался в немую глухомань…»

«Bo всей валенсіанской равнине отъ Кульера до Сагунто не было деревни или города, где бы его не знали.Какъ только раздавались на улице звуки его гобоя, мальчишки прибегали во весь опоръ, кумушки звали другъ друга съ жестами удовольствія, а мужчины покидали трактиръ…»Произведение дается в дореформенном алфавите. Перевод: Татьяна Герценштейн

«В ноябрьский слякотный вечер шестнадцатого года пришел в госпиталь лазаретный батюшка о. Василий. Маленькая русая бородка клинушком, глаза как у пятилетней девочки.Дождевик в парадной повесил, с часовым у денежного ящика поздоровался (что батюшке по уставу как будто и не полагается) и вприпрыжку по широкой лестнице пошел в коридор…»

«Дитя волн» – сборник фантастических притч французского прозаика и поэта Жюля Сюпервьеля (1884–1960). В России он не слишком широко известен, зато французы называют его одним из величайших писателей XX века. Проза Сюпервьеля удивительно поэтична. В каждой из притч он создает особый мир, похожий и в то же время непохожий на наш, в чем-то даже вывернутый наизнанку, – мир, в котором действуют свои, подчас странные, законы. И всегда находятся те – одиночки, чудаки, изгои, – для кого не приемлем существующий порядок вещей. Истории, рассказанные Сюпервьелем, полны грусти, но они красивы, и их красота – печальная, задумчивая, нежная, чуть болезненная – завораживает.